Экономисты и аналитики, к каким бы школам они не принадлежали, солидарно констатируют: отдельные компании захватили огромные куски и тем самым получили беспрецедентное влияние, имея доступ к гигантским объемам цифровых данных. Эксперты говорят: безусловно, необходимо регулировать их деятельность, а для этого мы регуляторы обязаны принять такие антимонопольные правила, которые должны отвечать требованиям и вызовам сегодняшнего дня.


Эксперты пишут, что на базе нового ресурса возникает прибыльная, быстрорастущая индустрия; антитрестовские регуляторы вынуждены вмешиваться, чтобы сдерживать тех, кто контролирует эти потоки. Еще совсем недавно безоговорочно самым ценным ресурсом была нефть. Сейчас же озабоченность вызывают гиганты в области больших данных, которые, по сути, стали «нефтью» цифровой эпохи. Приходится констатировать, что очень быстро образовались и сформировались гиганты, — пять наиболее дорогих публичных компаний в мире: Alphabet (материнская компания Google), Amazon, Apple, Facebook и Microsoft, — которые кажутся необъятными и непоколебимыми. Их доходы растут неслыханными темпами. Только за первый квартал 2017 года они получили более 25 миллиардов долларов чистой прибыли. Компания Amazon забирает себе половину того, что тратят в онлайн-магазинах американцы. В прошлом году почти весь рост выручки в области онлайн-рекламы в США пришелся на компании Google и Facebook. В экономической истории такого не было никогда, говорят аналитики.


Господство этих технологических гигантов расширяется и этот процесс контролировать становится все сложнее. Именно поэтому, на этом фоне звучат призывы некоторых экономистов к разделению современных бизнес монстров подобно тому, как когда-то это сделали с нефтяным гигантом Standard Oil в начале XX века. Британские же эксперты, точка зрения которых отражается в материале Economist, выступают против подобных резких кардинальных действий. Их аргументы сводятся к тому, что, по их мнению, размер компании как таковой не является криминалом. Более того, успех этих гигантов приносит пользу потребителям. Мало кто хочет жить без поисковика Google, однодневной доставки Amazon или ленты новостей Facebook. К тому же, эти фирмы не вызывают беспокойства, когда проводится их проверка на основе стандартных антимонопольных тестов. Они не занимаются вымогательством: многие из их услуг бесплатны (по сути, пользователи платят, передавая им еще больше данных). Если принять в расчет их офлайн-конкурентов, то их доля на рынке вызывает еще меньше беспокойства. Появление молодых компаний, таких как Snapchat, показывает, что новые игроки на этом рынке по-прежнему могут уверенно заявлять о себе.


И все же, как считает целый ряд аналитиков, причины для озабоченности существуют. Интернет-компании обеспечивают себе огромное влияние, получая контроль над данными. Старые представления о конкуренции, выработанные и отточенные в «нефтяную эпоху», кажутся устаревшими в современных условиях «экономики данных». Эксперты уверены, мир изменился, а в новых условиях необходим и новый подход со своими правилами.


Что же изменилось? Благодаря смартфонам и интернету цифровые данные стали объемными, вездесущими и куда более ценными. Идете ли вы на пробежку, смотрите телевизор или просто стоите в автомобильной пробке, — практически вся ваша деятельность оставляет цифровой след — новое сырье для цифровых «перегонных заводов». Объем данных растет по мере того, как все большее число устройств — от наручных часов до автомобилей — получает привязку к интернету: по некоторым оценкам, беспилотный автомобиль генерирует 100 гигабайт необработанной информации в секунду. Тем временем носители искусственного интеллекта, такие как самообучающиеся машины, извлекают все больше полезной информации из цифровых данных. Алгоритмы позволяют предсказать, когда клиент готов совершить покупку, реактивный двигатель нуждается в техническом обслуживании или человек рискует заболеть. Производственные гиганты, такие как GE и Siemens, теперь позиционируют себя в качестве продавцов данных.


Это изобилие информации меняет природу конкуренции. Технологические гиганты всегда извлекали пользу из эффекта сетевой выгоды: чем больше пользователей заводит аккаунт в Facebook, тем более привлекательным становится присоединение к этой социальной сети для других. Цифровые данные создают добавочные эффекты сетевой выгоды. Пользуясь поступающей информацией, компания совершенствует свой продукт, это привлекает новых пользователей и приводит к поступлению еще большего объема данных и т.д. Чем больше данных поступает с беспилотных автомобилей Tesla, тем больше возможностей для совершенствования своего продукта получает компания. Это одна из причин, по которым фирма, чьи продажи составили всего 25 тысяч машин в первом квартале года, сегодня стоит больше чем GM, реализовавшая 2,3 миллиона автомобилей. Обладание большим объемом данных подобно рву безопасности.


Доступ к данным защищает компании от конкурентов еще одним способом. Да, можно быть спокойным за то, что конкуренция в сфере информационных технологий сохраняется, ведь сегодняшние лидеры потенциально рискуют получить внезапный удар со стороны молодой компании, зреющей в «гараже стартапов», или пострадать в результате непредвиденного технологического сдвига. Однако в «эпоху данных» такая вероятность становиться все меньше. Системы наблюдения компаний-гигантов следят за всеми событиями в экономике: Google видит, что ищут пользователи интернета, Facebook — чем эти пользователи живут и делятся друг с другом, Amazon же — то, что они покупают. Они владеют магазинами приложений и операционными системами, предоставляют свои вычислительные ресурсы стартапам. Они как «всевидящее око» обозревают всю деятельность на своих собственных рынках и за их пределами. Они видят, когда новый продукт или услуга набирает обороты, что позволяет им копировать или просто покупать достигшие внезапного успеха компании до того, как они станут слишком опасными конкурентами. Многие уверены, что, купив приложение WhatsApp со штатом сотрудников менее 60 человек за 22 миллиарда долларов в 2014 году, компания Facebook осуществила «покупку на уничтожение», чтобы избавиться от потенциального конкурента. Создавая барьеры для новичков и системы раннего предупреждения, цифровые данные служат инструментом подавления конкуренции.


Эффективность старых антимонопольных механизмов падает с учетом этих особенностей цифровой информации. Британские эксперты уверены, что просто расчленение компании Google на пять «минигуглов» не сможет заглушить эффекты сетевой выгоды, и с течением времени одна из этих компаний снова станет доминировать на рынке. Аналитики говорят о том, что исходя из сегодняшних реалий, очевиден факт необходимости радикального переосмысления подхода к антимонопольной политике. Как пишет Economist, внимания заслуживают две идеи.


Первая состоит в том, что антимонопольные службы должны перейти из индустриальной эпохи в XXI век. Традиционно, принимая решения о возможном вмешательстве в корпоративные слияния, они руководствовались размером компаний. Сейчас же при оценке последствий той или иной сделки необходимо обращать внимание на объем данных, составляющих актив приобретаемой компании. Стоимость покупки также может сигнализировать о поглощении потенциального конкурента. С этой точки зрения готовность компании Facebook платить столь высокую цену за приобретение WhatsApp, которая почти не имела дохода, должна была вызвать подозрения. Кроме того, анализируя динамику рынка, антимонопольные службы должны проявлять подкованность в вопросе цифровых данных, например, используя методы компьютерного моделирования для того, чтобы выслеживать алгоритмы скрытого ценообразования или определять оптимальные способы стимулирования конкуренции.


Второе возможное решение — серьезно сузить возможности интернет-компаний контролировать данные, а тех, кто эти данные предоставляет, наоборот наделить большими возможностями контроля. По мнению экспертов, не помешало бы и повышение транспарентности: компании можно обязать информировать потребителей о том, какой информацией они располагают, и какую прибыль с этого имеют. Правительства могут поощрять создание новых услуг, расширяя доступ к собственным данным или управляя ключевыми частями «экономики данных» как объектами общественной инфраструктуры — так как это делает индийское правительство с системой цифровой идентификации граждан Aadhaar. Кроме того, государство может сделать обязательным совместное использование некоторых видов данных на условии личного согласия пользователей — именно так поступают в Европе в отношении финансовых услуг: здесь банки обязаны предоставлять данные клиентов третьим сторонам.


Эксперты предупреждают, что «перезагрузить» антитрестовскую политику в век информации будет совсем непросто. Это может повлечь за собой новые риски, прежде всего касающиеся данных о частной жизни пользователей. Британские эксперты уверены, что если правительства не хотят, чтобы в «экономике данных» господствовало несколько крупных компаний, необходимо принимать срочные меры.