«Романовы живут в атмосфере внутрисемейного соперничества, имперских амбиций, скандальной роскоши, сексуальных излишества и отвратительного садизма. Это мир, в котором неожиданно появляются темные личности, выдающие себя за потомков умерших монархов, в котором отравляют жен, отцы истязают и убивают своих детей, а дети убивают родителей, жены убивают мужей; святоша, в которого выпустили несколько пуль и отравили, воскресает; парикмахеры и крестьяне занимают самые высокие посты в государстве; лилипутов размазывают по стене, а отрубленные головы целуют друг друга; вырезают языки, людей истязают хлыстами, сажают на кол; совершают массовые убийства детей. Мы видим императриц эротоманок, помешанных на моде, любовные треугольники с участием лесбиянок, а также императора, который вел беспрецедентную для главы государства эротическую переписку. Но это также и империя, построенная мужественными людьми, присоединившими Сибирь и Украину, взявшими Берлин и Париж. Империя, которая дала миру Пушкина, Толстого, Чайковского и Достоевского, цивилизацию высочайшей культуры и невиданной красоты».

Таким предисловием, больше похожим на краткое содержание одной из глав «Игры престолов», открывается захватывающая книга «Династия Романовых. 1613-1918», на страницах которой британский историк Саймон Себаг Монтефиоре (Simon Sebag Montefiore), родившийся в 1965 году в Лондоне, рассказывает поражающую воображение историю легендарной царской династии. Двадцать монархов и 304 года существования, в течение которых территория Российской империи увеличивалась в среднем на 142 квадратных метра в день или на 52 тысячи квадратных метров в год. Таким образом, Романовых можно считать самыми успешными строителями империй со времен Чингиз-Хана.

История этой династии оборвалась резко и трагически 17 июля 1918 года в Екатеринбурге, расположенном в тысяче километрах к востоку от Москвы. В этот день, под предлогом фотосъемки, царь Николай II, царица Александра Федоровна, их пятеро детей и слуги были отведены в подвал дома Ипатьевых и варварски расстреляны большевиками. Раненых добивали штыками. Приказ о расстреле подписал сам Ленин.

Акт I. Восхождение

Слово «царь» идет от имени «Цезарь», и не случайно ни одна другая династия, за исключением римских Цезарей, не занимает в народном сознании подобного места и не дает, по мнению Себага Монтефиоре, столь точной картины того, как работает машина абсолютной власти.

Первый из трех актов, в которых разворачивается действие книги английского историка, начинается в 1613 году, когда царем был избран первый из Романовых Михаил Федорович. Это были тяжелые для России времена, когда над страной еще витала тень Ивана Грозного, одного из самых жестоких монархов в истории. Иван Грозный (1547-1584) расширил границы Империи, хотя внутри страны развязал жесточайшие репрессии. Его царствование, пронизанное духом страха, завершилось смертью тирана, но после этого наступил период нестабильности, борьба между различными группировками, бесчисленные самозванцы и гражданская война вплоть до возведения на престол 16-летнего Михаила, который вовсе не стремился к столь тяжелой миссии, которая к тому же многократно увеличивала шансы быть убитым.

Худших предзнаменований для начала царствования Михаила трудно было придумать. Окруженный завистливыми боярами, имевшими свои виды на царский престол, Михаил встал во главе разрушенной страны, которой угрожали татаро-монголы, войска Швеции и Польши. Все они хотели сокрушить Россию. В то время будущее новой династии казалось более чем призрачным.

Но этот блаженный и недалекий самодержец, хотя и с трудом, но победил всех и принялся за решение важнейшей для себя задачи: найти «надежную» жену при дворе, где яд был всего лишь одним из политических инструментов. С этой целью он созвал конкурс невест, в котором участвовали 500 кандидаток со всей обширной империи, тщательнейшим образом отобранные его придворными. Победительницей стала боярышня Мария Хлопова, которой впоследствии дали имя Анастасия. Это было важным событием, вызвавшим восхищение на Западе. Вскоре девушка была отравлена.

Акт II. Апогей


Проблема самодержавных властителей заключалась не только в том, что они обладали слишком большой властью, а в том, что эта власть, по прихоти генетики, редко оказывалась в руках одаренных людей, не говоря уже о гениях. За три века существования династии среди Романовых было два гения. И обоих называли «Великими»: Петр I и Екатерина II. Петр I царствовал с 1682 по 1725 год и был выдающейся личностью. Ростом в 2,04 метра, он постоянно кривил лицо вследствие припадков эпилепсии, любил барабанный бой и взрывчатые вещества. Он был бесстрашным воином, который нанес поражение туркам на Азовском море, отразил вторжение шведов, воздвиг виселицы и эшафоты по всей империи, чтобы казнить сотни надуманных врагов. В результате царствования Петра I на Россию перестали смотреть на Московию как на страну варваров, ее стали бояться как супердержаву.

Когда в 1762 года Екатерина II принимала парад 12 тысяч военнослужащих на Дворцовой площади Санкт-Петербурга, не все из которых были трезвы, она открывала эпоху, которая навсегда войдет в историю как Золотой век ее страны. Ей было 33 года, светлые волосы и голубые глаза. Она была невысокого роста, пухленькая, влюбчивая и стремилась к знаниям.

Она также обладала недюжинным умом и потрясающей трудоспособностью. Увлекалась архитектурой, сочиняла указы и сатирические произведения и была на «ты» в переписке с Вольтером и другими французскими философами. Императрица трезво смотрела на пределы своей власти: «Нужно делать дела таким образом, чтобы народ, что именно он хочет, чтобы они делались именно так». У нее было множество любовников, она ненавидела рабство и присоединила Украину, Крым, Белоруссию и Литву. Когда 5 ноября 1796 года с ней случился апоплексический удар в туалете, то понадобилось шесть мужчин, чтобы отнести императрицу в ее спальню, где она и скончалась.

Aкт III. Упадок

В XIX веке российский гигант зашатался, и те робкие социальные преобразования, которые самодержавие предприняло для собственного спасения — в частности, отмена крепостного права и робкие шаги в области парламентаризма — не смогли остановить все более усиливавшегося политического насилия и лишь приблизили его конец.

При Николае II, движимым благими намерениями, но не обладавшим необходимыми качествами для руководства страной, династия Романовых была варварски уничтожена новыми хозяевами России — большевиками, взявшими власть в результате Октябрьской революции 1917 года. Саймон Себаг Монтефиоре в подробностях описывает жуткую сцену того, как в екатеринбургском подвале комиссар Юровский сначала выстрелил в царя, который не мог поверить в происходящее. Как вслед за этим выстрелом в голову убили императрицу Александру Федоровну и семейного врача Боткина, а потом расстреляли цесаревича Алексея, страдавшего гемофилией, и добивали его, раненого, штыками, которые не могли причинить ему вреда, поскольку рубашка наследника престола была отделана бриллиантовыми украшениями. И как, наконец, изрешетили пулями царских дочерей Марию, Ольгу, Татьяну и Анастасию. Новые властители России не хотели конкуренции.

Историк завершает книгу, предупреждая, что в действительности эпоха царей не закончилась с гибелью Романовых. «Народу нужен царь, которому он может поклоняться и ради которого будет жить и работать», — заявлял в 30-е годы Сталин. После распада СССР в 1991 году и беспорядочных попыток демократизации российское стремление к авторитарности, ее приверженность к рабству вновь заявило о себе в лице бывшего подполковника КГБ Владимира Путина.