7 октября 2001 года началось наступление на талибов. Однако западное военное вмешательство не обеспечило стабильности в стране, которая до сих пор остается погружена в хаос. Несмотря на высочайшую цену человеческих жизней и ресурсов, которую пришлось заплатить всем. Даже Италии.


Талибы не занимали столько территории с осени 2001 года. То есть с момента начала военного вмешательства США, носившего название Enduring Freedom, «Несокрушимая свобода». В то время под тем же названием проходили другие военные операции в мире, но в данном случае речь шла об особой миссии.

После Перл Харбор никому не удавалось — и никто не осмеливался — напасть на Соединенные Штаты, а в октябре 15 лет назад американцы отвечали на совершенное 11 сентября нападение в Манхэттене и Вашингтоне, которые, как считалось, были задуманы и организованы именно в Афганистане. Стране, где потерпело поражение столько иностранных армий, последняя — советская.

Сейчас, этой осенью талибы контролируют десять процентов населения, на территориях военного конфликта проживает треть населения, составляющего 31 миллион жителей. Это неутешительные итоги (источником которых является ООН) после 15 лет войны, в которой против талибов воевало около 140 тысяч американских солдат и 36 тысяч военных из других стран.

На данный момент количество американцев снизилось до менее 10 тысяч, многие контингенты других стран ушли из Афганистана. Итальянцы до сих пор остаются там, их было более 4 тысяч, осталось — меньше тысячи. И их возвращения осталось не так долго ждать.

Тот дополнительный год, который в соответствии с обещанием, данным Маттео Ренци (Matteo Renzi) Бараку Обаме, войска должны были оставаться в Афганистане, подходит к концу. В 2015 году операция НАТО (ISAF — Международные силы содействия безопасности) сменила свое название и теперь называется «Решительная поддержка». Она должна была стать последней фазой операции, начало которой положил Буш-младший, и от которой Обама должен был поспешно отказаться, в том числе потому что после вмешательства в Ирак в 2003 году, казалось, что ее значение снизилось. Однако ему это не удалось, он так и увяз там. Словно попал в ловушку.

Я пересказал в нескольких цифрах, с некоторыми бюрократическими подробностями конфликт в Афганистане, который, как и все остальные войны, происходившие на протяжении веков в проблемных и удивительных странах, может продолжаться бесконечно. Или завершиться более или менее поспешным уходом, зачастую с тяжелыми потерями, недальновидных иностранных войск, убежденных, что, уходя, они могут держать под контролем пустыни, зеленые равнины, горные регионы, где ранее размещались.

За двадцать лет до появления в регионе американцев, начало которого я наблюдал между Кабулом и восточными регионами во время удара в Тора Бора по Инду Куш, я был свидетелем трагических обстоятельств, когда советские войска переживали агонию своей империи в афганской междоусобице.

Даже коммунисты из фракции Хальк (народ), большинство которых составляло мажоритарное этническое объединение Паштун, не доверяли советской армии. Прибывшие из Москвы генералы могли без опасений доверять только фракции Парчам (знамя), коммунистам, среди которых доминировало таджикское меньшинство. Несколько десятилетий спустя президент Ашраф Гани (Ashraf Ghani), прежде занимавший высокий пост во Всемирном банке, получивший не столь давно помощь со стороны Запада, стал считаться одним из самых надежных союзников некоторых из тех генералов-коммунистов.

Во время гражданской войны 80-х годов они сражались бок о бок с советскими военными и вместе с ними потерпели поражение от повстанцев. Они потерпели поражение также со стороны джихадистских группировок, прибывших на помощь афганским братьям-мусульманам, чью территорию оккупировали проповедующие атеизм коммунисты. Среди этих группировок была «Аль-Каида» под руководством аравийца Усамы бен Ладена. Возможно, я жал ему руку в Пешаваре в Пакистане, на границе, где он тогда командовал. Но я не был с ним знаком и даже не догадывался тогда о его существовании.

Американцы проявляли великодушие по отношению к повстанцам, которые сражались против советских войск и генералов, которые теперь стали друзьями охраняемого ими президента новой республики. Они обеспечивали их даже знаменитыми Стингерами, переносными противовоздушными ракетами, уничтожившими флотилию российских вертолетов, ускорив тем самым поражение и косвенно распад советской империи. У джихадистов в то время появилась уверенность, что они одержали верх над сверхдержавой, а значит, могут проделать то же самое и с другими — унизить также Соединенные Штаты Америки.

Джихадизм, бурно распространившийся в Ираке после американского вторжения и усугубляющий конфликт в долине Тигра и Евфрата, способствуя терроризму и наплыву беженцев в Европу, укрепил свои позиции. Он сделал первые шаги, поставил амбициозные цели в Афганистане с его племенным устройством, в этой стране, безжалостной к захватчикам, способствующей к гражданским войнам и привлекательной для настоящих путешественников.

По мнению Оливье Руа (Olivier Roy), прекрасного специалиста по Афганистану, движение талибан следовало по двум направлениям. С одной стороны, это было пуританское, аскетичное, фундаментальное религиозное движение, преследовавшее одну политическую цель — выполнение норм шариата. Оно не высказывало откровенно антизападных взглядов, но потом выработало эту тенденцию. Точно так же было и в Иране Хомейни, и в «Аль-Каиде» бен Ладена. Изначально оно ставило перед собой даже националистические цели: создать афганское государство с паштунским населением, поскольку талибы принадлежали как раз к этой этнической группе. Отсюда, следовательно, столкновения с Северным альянсом под предводительством храброго таджика Масуда, убитого двумя членами «Аль-Каиды», представившимися журналистами.


Изначально талибы становились объектом внимания западных организаций, которые стремились принудить их к соблюдению прав женщин, а в результате разделили судьбу «Аль-Каиды». Их глава, мулла Омар, открыто поддерживал Усаму Бен Ладена, уже на тот момент обвиняемого в совершении террористических актов и высказывавшего антиамериканские взгляды. Более того, одной из жен Омара была дочь Бен Ладена. Это также усилило влияние «Аль-Каиды» на талибов. Отсюда разрушение статуй Будды в феврале 2001 года, принуждение мусульман носить их отличительный знак в апреле 2001 года, прекращение работы христианских миссий в августе того же года.

С того времени судьбы «Аль-Каиды» и талибов перестали отличаться друг от друга. Афганистан в то время был местом встречи мусульманских интегралистов из стран Северной Африки, Саудовской Аравии, Индонезии, а также с Кавказа. Когда Вашингтон, сразу после 11 сентября и перед началом своего военного вмешательства, потребовал экстрадиции Бен Ладена, мулла Омар не стал отвечать. Люди из Аль-Каиды, по крайней мере, многие из них, возможно даже их глава, покинули Афганистан, сбежав в пещеры на горе Инду Куш, достигнув границы с Пакистаном. Преследование было беспрецедентным. Если в Тора Бора, на высоте подножия Инду Куш, беглецы углублялись в недра гор, американские Б-52 сбрасывали бомбы на вершины высотой в несколько тысяч метров.

Бен Ладен признал в 2004 году ответственность за совершение терактов в Нью-Йорке. В 2006 году было обнаружено сообщение, в котором говорилось, что он готовил террористов. В мае 2011 в Абботаде, неподалеку от Исламабада, он был застигнут врасплох и убит американскими военными. У талибов также нет теперь своего главы, мулла Омар умер в результате болезни. Однако его люди продолжают сражаться. В последние дни — главным образом вокруг города Кундуза, на севере Афганистана. Их все меньше контролирует правительство Кабула и его союзников.