В середине февраля 1943 года Гитлер утвердил представленный его генералом Эрихом фон Манштейном (Erich von Manstein) план летнего наступления. Он получит, мол, тяжелые штурмовые орудия фирмы Porsche, новые танки типа «Тигр» и «Пантера», тяжелые пехотные орудия на самоходных лафетах и танки-огнеметы. «Большинство из этого оружия является несокрушимым. Его эффективность необычайна… С помощью этого гигантского объединения самых современных наступательных систем вооружений мы должны вновь перехватить инициативу».

За две недели до этого капитулировали остатки 6-й армии в Сталинграде, и Манштейну, главнокомандующему группой «Юг» немецких сухопутных войск, лишь с большим трудом удалось стабилизировать ситуацию на фронте. Тем не менее его высший военачальник вновь фантазировал о решающем ударе против Красной Армии. После некоторого колебания целью был выбран советский выступ на фронте под Курском. Операция получила кодовое название «Цитадель».

Битва под Курском с 5 по 16 июля 1943 года считается самым крупным единичным сражением Второй мировой войны и крупнейшим танковым сражением всех времен. В нем приняли участие около десяти тысяч танков, причем в обширных литературных источниках называются самые различные цифры. Западные исследователи обычно исходят из количества в 8 200 бронированных машин Красной Армии, которым противостояли лишь 2 700 боевых машин вермахта. Это соответствует соотношению три к одному, неравенство, которое усиливалось тем, что немецкие войска в качестве наступавших должны были преодолеть плотную оборонительную систему.

Теперь немецкий историк Роман Тёппель (Roman Töppel) посвятил этой битве целую монографию под названием «Курск 1943. Крупнейшая битва второй мировой войны». В ней он занялся также проверкой цифр. Манштейн уже понял, что громкие заявления Гитлера были химерой. Из обещанного «чудо-оружия» фронта достигли лишь несколько сот единиц. Но и они оказались не столь «несокрушимыми», как это сочинял диктатор. Однако Тёппель находит объяснение тому, почему соотношение в количестве танков было не столь уж невыгодным, как это кажется на первый взгляд.


Наряду с 91 тяжелой противотанковой самоходной артиллерийской установкой типа «Фердинанд», 90 «Тиграми» и 200 танками «Пантера», 55 тяжелыми штурмовыми гаубицами и 41 танком-огнеметом танковым и танково-гренадерским дивизиям предназначенных для битвы под Курском армий были переданы также 350 противотанковых самоходных артиллерийских установок, известных под названием Marder («куница»). Формально они не были танками, однако расширяли моторизованный арсенал вермахта в количественном и качественном отношении.


Серия Marder, состоящая из трех различных типов, была импровизированным результатом работы стесненного в средствах оборонно-технического управления третьего рейха. Танки, с помощью которых Гитлер выиграл свою кампанию на Западе, в количественном и качественном отношении уступали союзным боевым машинам. Только тактическое и оперативное использование этой бронетехники в сплоченных формированиях сделало ее оружием блицкрига.

Против Т-34, который стал использоваться Красной Армией уже в 1941 году, немецкие танки не имели в поединках никаких шансов. Только принципы их использования способствовали тому, что немецкие танковые войска продолжали добиваться успехов. Лишь посредством моделей, введение которых в строй Гитлер провозгласил в начале 1943 года, вермахт смог в качественном отношении поравняться с Красной Армией. В количественном отношении ему это никогда не удавалось.

Marder была легкой самоходной артиллерийской установкой. Ее боевая кабина в 2,5 метра была довольно высокой, что позволяло легко обнаруживать ее на местности. Также и ее броня толщиной от 1 до 2,5 см вряд ли была способна выдержать обстрел из тяжелых орудий, к тому же сзади и сверху машина была открытой. В одном сообщении об испытаниях говорилось: «В огневой дуэли между Т-34 и самоходной артиллерийской установкой (САУ) на расстояниях, соответствующих пробивной силе обоих орудий, САУ в любом случае уступает Т-34 из-за своей слабой брони».

Но что касается огневой мощи, то Marder не уступала противнику. Ее длинная пушка диаметром в 7,5 см была такой же, какие устанавливались на немецком «стандартном танке IV». Кроме того использовалась легко модифицированная советская противотанковая пушка диаметром в 7,6 см, которую немецкие солдаты уважительно называли «Ratsch-Bumm» (трах-тарарах) и которые в большом количестве попадали невредимыми в их руки.

Сюда подходили и другие трофеи. Из французских запасов вермахт располагал многочисленными шасси танка Hotchkiss. Около 200 из них были переоборудованы с 1941 года в самоходные орудия (Marder I). Для этого использовались также и шасси немецкого танка Panzer II — улучшенной тренировочной машины (Marder II).

Больше всего производили модель Marder III. Она состояла из шасси чешского танка 38(t), имела более низкую и широкую боевую кабину, чем оба его предшественника и могла достигать со своим мотором в 150 лошадиных сил скорость 32 километра в час — при дальности действия по дорогам около 200 километров. Также и сзади САУ имела лучшую защиту от осколков и обстрелов пехотным оружием.

В войсках Marder вскоре стал пользоваться большой любовью. В противоположность обычным противотанковым орудиям, которые прицеплялись к грузовикам, у нее был самоходный лафет, преимущество, благодаря которому она могла избежать вражеского обстрела путем быстрого изменения позиции, пишет Тёппель. С пушками весом в 1,5 тонны это было невозможно. В докладе одного подразделения после использования этой техники под Курском говорилось: «Борьба с наступающими танками редко была успешной с помощью несамоходного противотанкового оружия, а с артиллерийскими самоходными установками… это удавалось всегда, даже если число наступающих танков было намного больше».

Marder была не единственной новой самоходкой, которая восполнила в 1943 году потребности вермахта в моторизованных системах оружия. Вместе с штурмовыми пушками — хорошо бронированными, мобильными машинами с прочно закрепленными орудиями — они могли несколько смягчить возрастающую нехватку вооружения у вермахта. Поскольку их можно было производить значительно быстрее и дешевле.

Сравнение цен, которое приводит Тёппель, производит впечатление. Одно штурмовое орудие стоило 87 тысяч рейхсмарок, танк Pz IV — 117 тысяч, «Пантера» — 130 тысяч и «Тигр» целых 300 тысяч рейхсмарок.