Началась ли в небе над Балтийским морем холодная война?— задается вопросом Wirtualna Polska (04.08), сообщая об участившихся случаях появления российских военных самолетов поблизости от воздушного пространства НАТО. Портал цитирует бывшего министра обороны Польши Томаша Семоняка, который говорит о возросшей международной напряженности в районе Балтики. Особую роль, напоминает он, играют в этом регионе США, начавшие проявлять заботу о его безопасности еще при Бараке Обаме, что не могло не встретиться с негативной реакцией Москвы.

Россия показывает, какой сильной армией и, в частности, авиацией она обладает. Она стремится убедить своих граждан, что сумеет в случае необходимости их защитить, и предупреждает Запад, что может представлять для него опасность, объясняет, в свою очередь, генерал Мечислав Бенек.

В рамках миссии Балтийского воздушного патрулирования гарантами безопасности и суверенитета Литвы, Латвии и Эстонии, которые не располагают собственной военной авиацией, выступают силы других стран НАТО. Однако у альянса мало возможностей отреагировать на российские провокации: хотя, с одной стороны, ему не следует демонстрировать слабость, с другой — это оборонительный, а не агрессивный союз, добавляет собеседник ресурса.

Тревогу Defence.24 (09.08) вызвало прозвучавшее в интервью газете «Коммерсант» высказывание главы польского МИД Витольда Ващиковского о том, что «Польша не нуждается в дополнительных силах альянса». Находящихся на польской территории войск, как признал сам министр, достаточно лишь для предотвращения «низкоинтенсивного конфликта», а для отражения масштабной атаки понадобится подкрепление в виде подразделений немедленного реагирования НАТО. Между тем, во время проведения такой операции противник может успеть нанести удар, указывает автор статьи.

Размещение союзнических войск в Польше было одной из основных целей польской дипломатии, и ей не следует даже опосредованным образом сигнализировать, что процесс усиления этого потенциала на современном этапе окончательно завершен. Риск возникновения масштабного конфликта с гибридными элементами возрастает: Россия вводит в строй новые системы вооружений, создает дополнительные подразделения и продолжает модернизацию своей армии, делая упор на отработку по переброске большого количества сил и операции повышенной интенсивности, предупреждает журналист.

Резкая реакция России на новые санкции США не вызывает удивления: введение первых ограничений в 2014 году создало для российской экономики огромные проблемы, которые усугубились из-за снижения мировых цен на нефть, пишет Biznes Alert (08.08). Сейчас противостояние Москвы и Вашингтона связано в первую очередь с желанием получить контроль над рынками сбыта газа, а ареной этой битвы, как предсказывает портал, могут стать самые разные регионы.

В Сирии продолжается гражданская война, одну из сторон в которой поддерживает Кремль. Северную Корею, связанную с СССР долгой историей дружбы, Россия может использовать для создания нервозной атмосферы в ЕС, Японии и США, которым угрожают потенциальные ядерные удары Пхеньяна. В свою очередь, Иран ведет с Москвой активное сотрудничество в энергетической и военно-технической сфере. Российские стратеги, объясняет ресурс, планируют свои действия на несколько шагов вперед, а в своей игре не выбирают средств и ориентируются лишь на окончательный результат: победу и обретение их страной имперской мощи.

Введение новых санкций против самой России и ее союзников показывает, что в американском Конгрессе сочли попытки россиян обрести доминирование в мире успешными и, внимательно следя за ситуацией, решили их пресечь.

Продолжающаяся уже три года «война санкций» повредила в первую очередь России, а не Западу, констатирует Newsweek Polska (04.08). В создавшихся условиях Москве становится все сложнее содержать свою бюрократизированную экономику и удерживать рубль от падения, а тем более развиваться. Полностью зависит от западных технологий и кредитов, в частности, стратегический энергетический сектор, и если капитал россияне могут попытаться найти в Китае или арабских странах, то с ноу-хау придется гораздо сложнее: американцы будут внимательно следить за тем, чтобы запрет на технологическое сотрудничество с Москвой не нарушался.

Евросоюз выступает для России важнейшим торговым партнером, однако, для ЕС ее доля в товарообороте составляет всего 9%, а истерия среди французских или итальянских производителей сельскохозяйственной продукции распространяется лишь благодаря усилиям пророссийских лоббистов, которые пугают аграриев разорением «из-за какого-то Крыма», продолжает размышления автор статьи. Между тем, Владимир Путин демонстрирует, что он будет сопротивляться американским санкциям и делать ставку на те силы в Европе, которые продолжают его поддерживать, преследуя собственные экономические или политические интересы. Таким символическим жестом служит, например, приглашение в совет директоров «Роснефти» известного защитника московских интересов Герхарда Шредера.

До выборов, в которых, по всей вероятности, будет принимать участие Владимир Путин, осталось всего несколько месяцев, а российская экономика находится в плачевном состоянии: в этом году рост ВВП составил 1,3%, и если Россия не проведет структурных реформ, в ближайшие годы он не превысит 2%, отмечает Rzeczpospolita (04.08). Одним из главных препятствий для развития служат западные санкции, в том числе новые американские ограничительные меры, однако у Москвы нет экономических или политических инструментов, которые бы заставили Вашингтон от них отказаться.

Кремль не может ввести против США симметричные санкции, поскольку американцы не берут кредиты на российских финансовых рынках и экспортируют в Россию мало товаров. Также, чтобы не усугубить экономическое состояние страны, он не станет разрывать отношения с американским нефтяным гигантом ExxonMobil, занимающимся совместно с «Роснефтью» разработкой месторождений на Сахалине, или с компанией «Боинг», которой россияне поставляют титан, поскольку без нее под вопросом окажется восстановление российской авиационной промышленности.

Нет перспектив и для прекращения сотрудничества в космической сфере, поскольку россияне не могут самостоятельно вести исследования, а тем более для разрыва военных договоров: Москва не готова к новой гонке вооружений, перечисляет издание, ссылаясь на мнение сотрудника Отдела стратегических оценок Центра ситуационного анализа РАН.

Владимир Путин провел трехдневный отпуск в Туве: он ловил рыбу, стоя по колено в воде, и катался на квадроцикле, демонстрируя свою прекрасную физическую форму, сообщает Rzeczpospolita (07.08). Акцентирование внимания на силе и здоровье президента давно стало в России элементом государственной пропаганды: в последние годы он ездил верхом, нырял на дно Черного моря за древними амфорами, спускался в батискафе в воды Байкала и неоднократно позировал фотографам с обнаженным торсом.

Однако, как рассказывает газета, в новой избирательной кампании к этому элементу образа Путина добавятся новые. Первым элементом формирования предвыборного имиджа стала апрельская «Прямая линия» президента с россиянами, на которой он предстал в роли защитника народа от нерадивых чиновников. Позже российское телевидение продемонстрировало документальный фильм американского режиссера Оливера Стоуна о Путине, призванный убедить российских зрителей, что их российского лидера уважают в мире. В пропагандисткой кампании появились также детали, «смягчающие» образ президента: он впервые рассказал о своих внуках и провел встречу с талантливыми школьниками.

Россия становится театром одного актера — сверхчеловека из Кремля, иронизирует Gazeta Wyborcza (09.08). Когда по телевизору снова начали показывать мускулистый торс Путина, россияне сделали логичный вывод: скоро им объявят, что Путин в очередной раз выставит свою кандидатуру на президентских выборах, «обгонит» в итоге по сроку пребывания на посту руководителя государства Брежнева, а, возможно, и самого Сталина, который правил империей в течение 29 лет. Дело, как полагает газета, здесь не только в системе функционирования управляемой демократии, при которой уже сегодня можно сказать, кто, с каким результатом, и при какой явке станет следующим российским президентом.

Избиратели на самом деле поддерживают придуманный кремлевскими политологами тезис «без России нет Путина, а Путина — без нее». Несмотря на то, что когда легкие нефтяные деньги подошли к концу, их страна погрузилась в рецессию и стала все больше отставать не только от Запада, но и от стремительно развивающихся стран Азии, они боятся, что без нынешнего лидера Россию ждет крах. Кроме того, эпоха «застоя» ассоциируется у них со стабильностью, социальными гарантиями и безопасностью.