Вот это и называется иронией. В октябре норвежский Нобелевский комитет объявил, что присуждает Премию мира 2009 года Бараку Обаме (Barack Obama) главным образом потому, что его «видение мира, свободного от ядерного оружия, послужило мощным стимулом для переговоров по разоружению и контролю над вооружениями». И все же решение комитета может повлечь за собой неожиданные последствия: завершение проходящих в Женеве российско-американских переговоров по договору о сокращении стратегических вооружений может быть отложено. Новый договор должен придти на место старого, срок действия которого прекратился в субботу.

Похоже, случилось вот что: русские (верно) предположили, что Обама захочет подписать с президентом Медведевым договор до запланированной на четверг поездки в Осло, где американский президент получит присужденную ему премию. Реальное дипломатическое достижение помогло бы ему доказать неправоту критиков, утверждающих, что присуждение премии преждевременно, а значит, в этом отношении – незаслуженно.

Но русские возможно переусердствовали, (неверно) предположив, что Обама настолько сильно рвется заключить договор, что пойдет на потребованные в последнюю минуту уступки, чтобы только подписать соглашение прежде, чем отправиться в Осло. Это наиболее правдоподобное объяснение тому, почему российские военные ужесточили свои позиции в отношении ряда неразрешенных вопросов, таких как мониторинг и процедуры проверок. В свою очередь Пентагон – отчасти с целью продемонстрировать, что он не позволит помыкать собой – также ужесточил свои позиции. Сам же Обама обиделся на русских за то, что они пытаются оказывать давление.

Договор почти наверняка будет подписан, однако позднее, чем этого хотелось бы Обаме – возможно на следующей неделе, когда он вернется в Европу для участия в саммите по проблемам климата, проходящем в Копенгагене. Если так и случится, то русские ничего не выиграют от устроенной ими в самый последний момент дипломатической обструкции. Обнаружится, что они лишь усложнили переговоры по соглашению, подписание которого почти настолько же в их интересах, насколько и в интересах США, а также несколько подпортили в остальном довольно прочные отношения между своим президентом и президентом Обамой.