В Брюсселе состоялась встреча министров стран НАТО, на которой рассматривали важные вопросы безопасности, в частности, черноморского региона. Хотя Грузия является черноморским государством, но грузинский министр обороны Леван Изориа не поехал на важную встречу. Насколько продуманным было такое решение? Об этом интервью представителя неправительственной организации «Атлантический Совет Грузии» порталу «Грузия Online».

«Грузия online»: 26 октября в Брюсселе состоялся министериал НАТО, но нашего министра обороны там не было — он не поехал. Почему так получилось, ведь мы являемся черноморским государством?

— Министериал был продолжением тех изменений по большой стратегии, которая берет начало с Уэльского саммита, а затем и Варшавского. Это была встреча министров обороны именно по имплементации вопросов этих двух саммитов. Одним из главных вопросов повестки дня было усиление безопасности на Черном море. Я не знаю, по какой причине не поехал министр обороны. Правда, министериал был проведен только для министров НАТО, но грузинская сторона всегда должна проявлять усердие и интерес, чтобы участвовать в подобных форматах высокого ранга.

— Экс-министр обороны, г-жа Хидашели заявила, что действующий министр обороны обязан был поехать, «чтобы обеспечить полноценное членство и участие страны по черноморской безопасности», либо для рассмотрения других важных вопросов для Грузии.

— Наши усилия постоянно должны быть направлены на то, чтобы Грузия смогла бы максимально использовать подобные форумы и предложить свое видение вокруг существующей проблематики.

— На министериале 6 государств, членов НАТО решили послать свои наземные, морские и воздушные силы для укрепления безопасности Черного моря. Ваша оценка этого решения.

— Думаю, был принят важный и позитивный вывод, что несомненно усилит безопасность и стабильность в регионе, и является продолжением той стратегии и логики, которое, к сожалению, НАТО вынуждено применить. В 2008 году российская экспансия и агрессивный ревизионизм перешел в активную фазу — это был первый случай, когда Россия открыто применила военную силу против суверенной, демократической страны и совершила оккупацию наших территорий.

Аналогичные события повторились в отношении Украины. Российская агрессия не ограничивается завоеванием соседних государств, ее цель подорвать европейскую безопасность и стабильность. Соответственно, НАТО вынужден был выработать ответную стратегию и принять все меры для предотвращения усилий России, направленые на рассшатывание европейской безопасности и стабильности.

Именно в этом контексте надо рассматривать возрастающую роль НАТО в Балтийских и восточноевропейских странах. Важное значение также имеет Черное море, где идет создание новых сил и возможностей для сохранения стабильности во всем черноморском регионе, как неотъемлемой части Европы. Невозможно разделить единую европейскую безопасность.

Ситуация сложная, поэтому такой холистический подход направлен на сдерживание российской агрессии, что угрожает не только тем странам, чьи территории оккупированы Россией, например, Грузии, Украины, но и безопасности всей Европы.

— Как будет представлена Грузия в этом проекте?

— Для нас региональная безопасность имеет большое значение. Грузия воспринимается как часть всей архитектуры европейской безопасности и Черного моря, поэтому необходимо усилить меры безопасности в этом регионе, что жизненно важно для будущего развития Грузии.

— Российская агрессия направлена не только на оккупацию наших территорий, у нее далеко идущие планы, в чем мы смогли убедиться на протяжении более 25 лет. Задача России подорвать грузинскую государственность, перспективы мирного развития и укрепления безопасности, так как легче усилить свое влияние на ослабленного соседа. Поэтому, региональная безопасность имеет первостепенное значение для Грузии.


— Как Грузия может подключиться в этой инициативе? Правда, у нас нет большого флота, но мы должны приложить серьезные усилия для развития своих возможностей, чтобы интегрироваться в систему коллективной безопасности. Это может быть морская и портовая инфраструктура, что важно для обороноспособности и безопасности. Мы должны направить все наши ресурсы и знания на продолжение реформ как в сфере обороны, так и для развития сектора безопасности и обеспечения усиления демократического контроля в этом направлении. Особенно важно адекватное финансирование обороны, что станет подспорьем для нашей постепенной интеграции в единую систему обороны и безопасности.

— А если этот проект спровоцирует агрессию России, как было в 2008 году?

— Думаю, это в корне неправильная логика. После развала СССР, мишенью российской политики и экспансионизма стало демократическое развитие Грузии и в целом, наша государственность, что вызывает раздражение Кремля. РФ не желает видеть у своих границ экономически развитую, суверенную страну, где управляют демократические институты. Соответственно, любое наше стремление в этом направлении вызывает яростное раздражение России, поэтому, в корне неправильно такое утверждение, что в определенной степени, является продуктом российской пропаганды. Не это должно нас возмущать. Нашей главной задачей должно быть дальнейшее демократическое развитие страны, а сдержать Россию возможно будет только при тесной интеграции в международное сообщество.

— В нашем регионе произошли достаточно серьезные изменения: непосредственные соседи Грузии — Россия и Турция, между которыми были напряженные отношения, стали партнеры. Иходя из региональной безопасности, как может отразиться решение НАТО, разместить свои корабли в Черном море и какой позиции будет придерживаться Турция, в случае агрессии РФ в отношении Грузии?

— Турция, со дня восстановления независимости Грузии, постоянно и последовательно поддерживала нашу территориальную целостность, суверенитет и евроатлантическую интеграцию. Правда, существующая динамика вызвала определенную обеспокоенность, но надеюсь, Турция, как член международного сообщества, останется ответственным игроком и соответственно, надежным партнером Запада и Грузии.

— В Брюсселе также состоялась встреча членов комиссии НАТО-Грузия, где рассмотрели вопросы стратегических коммуникаций…

— Это один из важных форматов и важный политический механизм для продвижения интеграции Грузии в НАТО. По сути, работа комиссии проходит на разных уровнях: на высшем, на уровне министров и в рабочем формате. Та тематика, которую рассмотрели стороны, очень важна для нас. Вы знаете, что российская агрессия не ограничивается только применением военной силы, она состоит из множества компонентов, в том числе и гибридной войны. С одной стороны, российская пропагандистская машина работает в самой Грузии и нацелена на полную дискредитацию нашей свободы и безопасности. С другой, направлена на дискредитацию идей расширения НАТО и в целом, европейской безопасности, поэтому очень важно тесно сотрудничать и координировать с нашими партнерами по этим проблемам. Формат комиссии НАТО-Грузия дает нам возможность, часто встречаться, обсуждать разные вопросы и координировать их выполнение. Можно только приветствовать работу комиссии, тем более, если будут часто встречаться и обсуждать те вопросы, которые непосредственно касаются Грузии.

— Некоторые грузинские эксперты отмечают, что за прошедшие четыре года темпы сближения Грузии с НАТО и ЕС снизились. Вы как думаете?

— У нас нет последовательной и структурированной стратегии интеграции Грузии в НАТО, разработанная нашим правительством, что настораживает. Эта задача не конкретно одной какой-либо или несколько партий, а выражение воли всего грузинского народа и является стратегической задачей Грузии. Наше будущее должно быть тесно связано с европейской и евроатлантичсекой интеграцией, соответственно, мы должны иметь ясно и четко сформулированную стратегию для достижения цели. Полагаю, это и есть то слабое звено, что вызывает тревогу. Необходимо разработать такую стратегия для последующего выполнения.

— Для достижения цели лучше тихо работать, а не афишировать и делать громкие заявления об интеграции Грузии в НАТО или евроатлантические структуры — так думают многие. Чем такая тактика плоха?

— Выше я сказал и еще раз повторю — я не согласен с тезисом, что успех данной стратегии зависит от риторики. Я не сторонник риторических баталий и вряд ли таким образом можно будет причинить серьезный ущерб нашему выбору. К тому же, подобная риторика вряд ли окажет влияние на российскую стратегию, которая, как я уже сказал, в первую очередь, нацелена на разрушение европейской безопасности и порядка. В нашем случае — направлена против демократического и экономического развития Грузии, на уничтожение грузинской государственности. Именно поэтому важно, иметь согласованную стратегию по интеграции Грузии в НАТО и поэтапно его осуществлять. От этого зависит наше будущее и то, в какой стране будут жить наши дети. В противном случае, мы окажемся в тяжелой ситуации и практически, у нас не будет никакой возможности для развития.