«Ценности НАТО и стран-членов НАТО имеют исключительно важное значение для внутренней силы Альянса, — сказал Джордж Робертсон, который был генеральным секретарем НАТО с 1999 по 2003 год. — Это означает наличие уверенности в том, что суверенные государства не вмешиваются в дела друг друга, и что сами страны принимают меры для того, чтобы, в первую очередь, соответствовать тому набору ценностей, который позволил им присоединиться к Альянсу», — добавил он.

России не следует особенно успокаиваться в связи с победой Дональда Трампа на выборах, отметил Джордж Робертсон, бывший генеральный секретарь НАТО. Он также добавил, что обязательства НАТО по поводу защиты своих стран-членов должны находиться в центре внимания любой будущей перезагрузки в отношениях между Вашингтоном и Москвой.

В своем интервью, опубликованном в блоге New Atlanticist, Робертсон призвал членов НАТО выполнить требование о расходовании 2% ВВП на оборону для того, чтобы предотвратить превращение Альянса в «бумажного тигра». Пока только пять из 28 стран-челнов Альянса соответствуют этому требованию. На саммите НАТО в Уэльсе в 2014 году все страны обязались выйти на эти показатели.

Однако сегодня именно обязательства Соединенных Штатов в отношении НАТО больше всего беспокоят европейских чиновников. Во время своей президентской кампании Трамп назвал НАТО «устаревшей». Кроме того, он, судя по всему, ставит военную поддержку стран-членов НАТО в зависимость от выполнения ими финансовых обязательств в отношении Альянса. После своей победы на выборах 8 ноября Трамп сказал в беседе с официальными лицами, включая президента США Барака Обаму, что он сохранит соответствующие обязательства Соединенных Штатов.

Робертсон, занимавший пост генерального секретаря НАТО с 1999 по 2003 год, отметил, что у Соединенных Штатов есть две хорошие причины для того, чтобы сохранять свои обязательства по отношению к Альянсу. Статья 5 — положение о самообороне, в соответствии с которым нападение на одного члена является нападением на всех членов, — использовалась лишь один раз, и произошло это после теракта 11 сентября 2001 года. «Поэтому существует веская эгоистическая причина заинтересованности Америки в близких отношениях с НАТО и в участии в Альянсе», — отметил Робертсон.

Вторая причина, по его словам, состоит в том, что роль НАТО является критической «в наши дни и в нашу эпоху, когда происходит колоссальный конфликт между упорядоченным миром — то есть, миром, который, как мы считаем, верит в демократические ценности, в верховенство закона, в устойчивые парламентские институты, — и беспорядочным миром, который представляет собой угрозу для того стиля жизни, который мы имеем».

На встрече в Стамбуле 21 ноября генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг сказал, что он с нетерпением ждет начала работы с администрацией Трампа.

Избрание Трампа приветствовалось в России и было воспринято там как выигрыш для Москвы. Российский президент Владимир Путин был одним из первых мировых лидеров, поздравивших Трампа после его победы на выборах. Избранный президент США заявил, что он хочет исправить связи с Россией.

По словам Робертсона, все это прекрасно, и будет хорошо, если Трамп попытается перезагрузить отношения с Россией. В конечном счете, и Джордж Буш-младший, и Обама предпринимали подобные попытки.

Поскольку Трамп рассматривает возможность пойти по этому пути, Робертсон хочет кое-что ему порекомендовать. «Красной линией в отношениях с любым потенциальным противником должна быть Статья 5», — подчеркнул он.

«Мы можем стать свидетелями все более теплых отношений между г-ном Трампом и г-ном Путиным, и это неплохо до тех пор, пока мы не убедимся в том, что Россия делает то, с чем мы категорически не согласны», — добавил он.

Джордж Робертсон дал интервью по телефону ведущему блога New Atlanticist Ашишу Кумару Сену. Далее следуют выдержки из него.

New Atlanticist: В ходе своей предвыборной кампании Дональд Трамп назвал НАТО устаревшей. Что означает его победа для Альянса?

Джордж Робертсон: Если Дональд Трамп серьезно относился к своим высказываниям во время предвыборной кампании, то тогда это очень плохая новость для Америки и хорошая новость для наших оппонентов. Но после этого он заверил президента Обаму в том, что он решительно поддерживает Альянс, а другим людям, с которыми он встречался, показалось, что был дан сигнал о сохранении приверженности Америки в отношении НАТО и солидарности со всеми ее членами. Мы должны проводить различие между избирательной кампанией, а также сделанными в ее ходе заявлениями, и тем, как уже избранный президент объясняет свою позицию. Кажется, что в данном случае можно говорить о том, что есть определенное отличие.

— Почему важно, чтобы Соединенные Штаты сохраняли приверженность в отношении НАТО — и какими были бы последствия, если бы эти обязательства ослабли?

— Существуют две причины, согласно которым Соединенные Штаты должны оказывать НАТО абсолютную поддержку. Одна из них — корыстная. Членство в НАТО означает защиту Америки, а также других членов Альянса. Вот почему Америка стала частью НАТО. 12 сентября 2001 года ссылка на статью о самообороне Альянса была использована для того, чтобы поддержать Америку после теракта, совершенного 11 сентября. Поэтому существует вполне корыстная причина, по которой Америка нуждается в близости с НАТО и в участии в ее деятельности.


Вторая причина состоит в том, что НАТО является самым успешным оборонительным альянсом в мировой истории. 28 стран объединены в нем на основе общих ценностей, и они заверяют друг друга в том, что нападение на одного из них является нападением на всех. Это очень, очень важно в настоящее время и в нашу эпоху, когда существует очень серьезный конфликт между упорядоченным миром — то есть, миром, который верит в демократические ценности, в верховенство закона, устойчивые парламентские институты, — и неупорядоченным миром, который представляет собой опасность для того образа жизни, который мы имеем.


— Считаете ли вы, что победа Трампа обернется победой для России и поражением для таких государств, как Украина и прибалтийские страны?

— Будет ли это поддержкой для России и негативным фактором для прибалтийских стран, для Украины и для Грузии — все это, на самом деле, зависит о того, верит ли, в действительности, избранный президент в то, о чем он говорил во время избирательной кампании. Многое из этого было преувеличением, и так происходит иногда во время избирательных кампаний.

Было бы неблагоразумным для России сильно радоваться по поводу избрания г-на Трампа. Да, (Трамп) хотел бы перезагрузить эти отношения, но ведь то же самое делал президент Обама и то же самое делал президент Джордж Буш-младший. Мы можем стать свидетелями все более теплых отношений между г-ном Трампом и г-ном Путиным, и это неплохо, пока мы не убедимся в том, что Россия делает такие вещи, с которыми мы категорически не согласны.

Я не считаю, что это плохая новость для стран-членов НАТО, которые могут почувствовать себя слегка уязвимыми. Избранный президент Трамп говорит, что он будет выполнять обязательства, связанные с НАТО, и защищать свободный мир. Возможно, нам следует подождать и понаблюдать, но, на мой взгляд, последние заявления г-на Трампа свидетельствуют о том, что им не о чем беспокоиться.

— Трамп хочет исправить связи с Россией. Что, на ваш взгляд, должно быть красной линией для подобной перезагрузки?


— Красной линией в отношениях с любым потенциальным противником должна быть Статья 5. Члены НАТО находятся под защитой Статьи 5, в которой говорится о том, что нападение на одного из них считается нападением на всех. Поэтому, на мой взгляд, русские будут уважать это и будут согласны с этим. Они всегда с большим уважением относились к НАТО, а также к ее внутренней и внешней силе.

Я думаю, что мы можем заключать сделки с Россией — мы это делали в прошлом, — если мы отмечаем соблюдение международного права и приемлемое поведение. В этом, конечно же, и состоит суть НАТО и обороны НАТО.

— Европа сегодня сталкивается с неопределенностью в связи с Брекситом, реваншистской Россией, миграционным кризисом на юге. Сегодня, после неудавшегося переворота, Турция преследует турецких офицеров, занимающих командные позиции в НАТО. Что означает комбинация этих вызовов для будущего НАТО?

— Совокупность вызовов, с которыми мы сталкиваемся в настоящий момент, является почти беспрецедентной, и это означает, что ценность НАТО постоянно возрастает. Это означает, что члены НАТО должны иметь возможности для того, чтобы справляться с перечисленными вызовами, в том числе политические и экономические.

НАТО — это не просто военный альянс. Люди забывают, что Североатлантический договор имеет также отношение к экономическим, социальным и политическим вопросам. Политическая сторона НАТО часто недооценивается и занижается. Необходимо ее подчеркивать.

Если мы собираемся заниматься миграционным кризисом, Россией, Украиной и остальными упомянутыми вопросами, то это означает, что НАТО необходимо иметь соответствующие возможности, отвечающие современным требованиям; необходимо быть уверенным в том, что члены НАТО сохраняют ценности и институты, на которых основан Альянс; и нужно также иметь правильное оборудование и возможности для того, чтобы справляться с целым рядом вызовов и проблем. Речь идет об уже известных нам вызовах и проблемах, а также о сюрпризах, с которыми нам еще только предстоит столкнуться на том пути, по которому мы идем.

— Даже еще до Трампа американские официальные лица, включая президента Барака Обаму и бывшего министра обороны Роберта Гейтса, призывали европейских членов НАТО увеличить расходы на оборону. Почему так важно для 23 членов НАТО, которые еще не выполняют требование относительно 2% ВВП, быстро исправить положение и увеличить расходы?

— Важно выполнить требование относительно 2%, потому что НАТО может превратиться в бумажного тигра, если не будет иметь возможностей, позволяющих защитить своих членов. Это совершенно недопустимый и нежизнеспособный вариант для всех этих стран, если они в настоящее время зависят от возможностей Британии, Франции и Соединенных Штатов.

Это не просто номинальная позиция относительно 2% — речь идет о том, что на эти 2% можно купить. На эти деньги мы может приобрести оборудование, составляющее основу арсенала вооружений, которым мы располагаем в настоящее время. Частично это важно в психологическом отношении, но в военном плане исключительно важно, чтобы мы имели такие возможности. НАТО можно считать бумажным тигром, если ее воспринимают как организацию, зависящую от небольшого количества государств. Здесь затрагиваются интересы всех участников. Оборона каждой страны оказывается вовлеченной, образ жизни каждого должен быть защищен, и это можно сделать только в результате совместных усилий и совместных затрат.

— Представляет ли восхождение популистских лидеров, например, в Венгрии и в Польше — и российские связи с некоторыми популистскими партиями в Европе, — угрозу для сплоченности НАТО?

— Сплоченность НАТО всегда будет оставаться вопросом для дискуссий и дебатов. Вот о чем идет речь. Мы говорим о совместной обороне. Мы говорим о субординации национальных суверенитетов ради общего блага. НАТО только тогда имеет смысл, если она имеет набор возможностей внутри самого Альянса. Это должно быть в верхней части повестки дня на каждой встрече Североатлантического совета и каждой встречи министров и глав правительств.

НАТО должна быть сильной организацией в военном, дипломатическом, экономическом отношении, и она должна все делать для того, чтобы в ее собственном доме был порядок. Мы не можем иметь такую ситуацию, когда отдельные страны не уделяют должного внимания ценностной стороне управления и политики, позволяя внешним силам вмешиваться в вопросы их внутренней политики. Внутренняя сила НАТО также соотносится с внешней силой НАТО, и обе они должны быть приоритетами.

— Как НАТО должна относиться к ослаблению внимания к ценностям?

— Огромная сила НАТО состоит в ее функциональной совместимости. Вступающие в Альянс страны должны быть уверены в том, что их вооруженные силы обладают такого рода функциональной совместимостью. Одна из невидимых сильных сторон НАТО состоит в том, чего многие люди во внешнем мире не видят. Я полагаю, что то же самое должно относиться к политике. Ценности НАТО и стран-членов НАТО имеют исключительно важное значение для внутренней силы Альянса.

Это означает наличие уверенности в том, что внешние государства не вмешиваются в дела стран-членов НАТО. Это также означает, что сами эти страны должны принимать меры для того, чтобы в первую очередь обеспечить соответствие тому набору ценностей, который позволил им вступить в Альянс. Все это исключительно важно, потому что о странах-членах НАТО будут судить по их работе, направленной на поддержание демократических ценностей. И если одна страна окажется слабой, то тогда все страны также будут ослаблены.

— Существует также разрыв в восприятии угроз среди европейских государств — особенно тех, которые существуют на востоке и на юге. Насколько серьезным является этот вызов, и каким образом следует ему противостоять?

— Вызовы всегда будут существовать для альянса свободных государств. Речь идет о суверенных национальных государствах, которые отказались от своего суверенитета с точки зрения Статьи 5 и их коллективной обороны, однако они остаются отдельными национальными государствами. Это означает, что мы должны постоянно уделять внимание сплоченности Альянса и наблюдать за поведением стран внутри него. Мы должны быть уверены в том, что те ценности, на основе которых создан Альянс, закреплены и усилены внутри стран-членов НАТО.

— Немецкие законодатели предложили, чтобы Европа разработала свою собственную стратегию ядерного сдерживания для сокращения зависимости от защиты со стороны Соединенных Штатов. Что вы думаете об этом предложении?

— Я не считаю, что подобные разговоры будут иметь какие-либо последствия. Германия расходует чуть больше 1% своего ВВП на оборону. Этого явно недостаточно. И если кто-то в Германии рассматривает вероятность участия страны в управлении ядерным оружием, то это противоречит общему характеру недавней истории Германии. Кроме того, это потребует огромных затрат. Реальность такова, что ядерное сдерживание обеспечивается в Альянсе Соединенными Штатами, Соединенным Королевством и Францией. Это создает уверенность в том, что ядерный зонтик существует для всех национальных государств, входящих в состав Альянса.

Всегда будут появляться отдельные законодатели в парламентах внутри НАТО со своей собственной точкой зрения, но я не думаю, что подобная точка зрения является репрезентативной для Германии или для какой-либо другой неядерной страны внутри НАТО. Все они зависят от ядерного зонтика Соединенных Штатов, Британии и Франции.