Каждый раз, когда премьер Сербии Александр Вучич отправлялся в Москву — а таких визитов было несколько, как официальных, так и неофициальных — разворачивалась общественная дискуссия, и выдвигались предположения о том, что он потерял, а что получил от вооружения.

За недостатком официальных подтверждений СМИ буквально соревновались в прогнозах о видах и количестве российских систем вооружений, которые к нам поступят, начиная с самолетов и вертолетов и заканчивая зенитными комплексами «Бук» и системами С-300.

Еще в конце августа текущего года российские СМИ писали, что военно-техническая помощь Сербии является приоритетом политики Путина, отмечая, что в ближайшие сроки Сербии будет передано современное оружие и оборудование, а сербские офицеры пройдут обучение в России по применению и обслуживанию новых ракетных систем и систем ПВО.

Подобные догадки и спекуляции в связи с этим «военным пакетом» появились и после новости о том, что президент России Владимир Путин одобрил отправку в Сербию шести МиГ-29 и партии бронемашин.

Эту информацию прокомментировал и президент Сербии Томислав Николич, заявив, что этот жест свидетельствует об искреннем сотрудничестве, доверии и дружбе двух стран.

(Не)привлекательная цена

Однако решение, принятое президентом Путиным и, вероятно, имеющее также геополитический смысл, не означает, что российское оружие уже завтра будет у нас. Оно до сих пор остается «журавлем в небе».

Дело в том, что россияне сейчас якобы ожидают официального ответа от президента Томислава Николича и правительства Сербии, а препятствием для реализации этой сделки может быть предполагаемая стоимость ремонта уже имеющихся воздушных судов.

Об этом, как сообщило издание Večernje novosti, шла речь за закрытыми дверями на недавнем заседании Смешанного комитета по сотрудничеству между двумя странами в Суздале, но только после вмешательства российского министра обороны Сергея Шойгу цена (около 50 миллионов долларов за ремонт истребителей, которые уже стоят на вооружении, и комплектующего оборудования) якобы стала привлекательной для Сербии.

Сделка с Россией стала бы эпилогом многолетних усилий Сербии, которая впервые за три десятилетия решила основательно обновить военную авиацию.

Устаревший воздушный флот и завершение в ближайшем времени срока службы сербских МиГов — вот основные проблемы наших вооруженных сил.

Это стало очевидно и в контексте доставки в этом году (на Видов день) двух новых транспортных вертолетов, купленных для сербской военной авиации как раз у России. Последний раз новые транспортные вертолеты Ми-8, некоторые экземпляры которых продолжают использоваться в сербской армии, были куплены 36 лет назад.

Опасность от соседей


В январе текущего года, когда и стало известно о покупке этих двух вертолетов, начальник Генерального штаба Армии Сербии Любиша Дикович объявил о всеобъемлющей модернизации вооруженных сил.

На самом деле он заговорил об этом в связи с участившимися заявлениями о том, что вооруженные силы Хорватии приобрели баллистические ракеты и получили в дар от США 16 вертолетов «Кайова».

Тогда Дикович сказал, что Сербия должна развивать системы, которые могут нанести удар по чужой территории, потому что одна из окружающих Сербию стран может угрожать ее безопасности и являться потенциальным источником агрессии.

Пока Хорватия занимается самой важной составляющей вооруженных сил любой страны в XXI веке, Сербия пытается догнать своего западного соседа.

Президент России Владимир Путин и премьер-министр Сербии Александр Вучич


Политический аналитик и народный депутат Мирослав Лазански не сомневается, что обсуждаемая сделка будет для Сербии выгодной. «В той ситуации, в какой оказалась сербская армия, нам пойдет на пользу, даже если кто-то подарит нам два автомата и пол-орудия! Очень хорошо, что мы получим эти МиГи, потому что тогда пилоты продолжат обучение на самолетах одного и того же поколения. Мы не потеряли бы пилотские кадры, ведь на самом деле эти потери трудно возместить, потому что все знают, как долго длится обучение управлению сверхзвуковым самолетом. Кроме того, пилоты более или менее шли бы в ногу с современными технологиями», — заявил Мирослав Лазански.

Лазански говорит, что хотя с шестью новыми российскими МиГами и четырьмя уже имеющимися у Сербии не будет целой эскадрильи, все равно будет лучше, чем сейчас.

Кроме того, как сказал Лазански, полная стоимость этих самолетов достигла бы более 100 миллионов долларов, а мы получим их «по ремонтной цене, которую они одобрили, за 20 миллионов долларов. Таким образом, Российская Федерация планирует „подарить“ Армии Сербии не менее 80 миллионов долларов, а может и больше».

На встрече смешанной комиссии речь шла и о покупке комплекса ПВО «Бук», однако было решено, что в настоящее время наша страна не в состоянии выделить средства на такого рода технику.

«Бук» является одним из популярнейших в мире зенитных ракетных комплексов для защиты неба. Его цена, неофициально, достигает примерно 60 миллионов долларов за один дивизион.

«Бук» не дешев, но наши специалисты говорят, что он — все же менее дорогой, чем С-300, а также был бы совместим с нашими уже имеющимися системами «Куб» и «Нева».

Он отлично вписался бы, и у Сербии появилась бы полная система ПВО. Вопрос только в том, есть ли у нас деньги, потому что маловероятно, чтобы россияне хотели нам подарить комплекс.

Шантаж МВФ

Сага вокруг покупки российского оружия продолжается уже три года. Все как в пословице «Было бы у нас столько масла, сколько нет муки, испекли бы мы отличный пирог», так что мы с радостью купили бы, что можем, а еще кое-что получили бы в подарок.

И когда замаячила развязка этого «узла», МВФ нам четко заявил, что если мы купим российские самолеты, больше ни одного кредита от фонда мы не получим. А любой западный самолет в два-три раза дороже российского.

Наша логистика связана с российскими типами самолетов, а не с западными.

Срок эксплуатации флотилии истребителей Армии Сербии истекает в 2018 — 2019 годах, а это значит, что сейчас у нас есть последняя возможность начать ремонт имеющихся самолетов. Прозвучали даже заявления о том, что в бюджете 2017 года, впервые за много лет, найдутся средства для военной авиации.

Боевая составляющая военной авиации находится в очень тяжелой ситуации. Годных самолетов мало, и сегодня рассчитывать можно всего на четыре истребителя МиГ-29, на три МиГ-21 и четыре «Орла». Не стоит забывать, что во время агрессии НАТО против Сербии в 1999 году было уничтожено шесть МиГ-29.

Стандарты НАТО

В начале 90-х годов у Хорватии было всего несколько оперативных истребителей, но теперь она превосходит Сербию во всех отношениях. Сегодня ответственность военного и государственного руководства Сербии за многолетнее бездействие и косвенное выведение из строя военной авиации, и не только ее, более чем очевидна.


Выяснилось, что основной причиной разрушения вооруженных сил Сербии является военная реформа, которая проводилась по стандартам НАТО.

Все началось в 2003 году, когда еще существовало государственное объединение Сербии и Черногории. Тогда на должность министра обороны был назначен Борис Тадич, который углубил «сотрудничество» и ввел НАТО на все уровни системы обороны и армии, тем самым завершив процесс мягкой оккупации нашей страны.

Через несколько недель после назначения, в марте 2003 года, выступая на втором заседании Верховного совета по обороне (ВСО), Борис Тадич подтвердил ранее занятые страной позиции и принятые решения (ВСО и Союзным правительством СРЮ) о том, что участие в программе «Партнерство ради мира» и переход на стандарты и процедуры НАТО являются «приоритетом реформы системы обороны и армии».

Тадич заявил, что численность Армии Сербии и Черногории будет сокращаться, и что в ближайшие несколько лет в ней будет не более 50 тысяч человек.

Также Тадич объявил, что стране достаточно трех корпусов Сухопутных войск с 6 тысячами военнослужащих (с командованием в Белграде, Нише и Подгорице) вместо семи, которые существовали на тот момент. Министр сказал, что корпус Военной авиации и корпус ПВО нужно объединить в один, а корпус Военно-морского флота превратить в так называемую Береговую охрану. Затем, после окончания «реформы», численность армии необходимо продолжать сокращать до 30 тысяч человек, организационную структуру подвергнуть «дальнейшей оптимизации», а большую часть гарнизонов вывести из крупных городов, и разместить командование и личный состав в специально построенных центрах обучения.

В середине июля 2003 года Тадич провел в казарме Топчидер под Белградом заседание Коллегии руководства Генштаба в расширенном составе (генералы из военной верхушки и командиры корпусов) в связи с несчастным случаем — гибелью солдат в гарнизоне Кралево.

На той встрече он охарактеризовал присутствующих генералов — цитата — как людей с «куриными мозгами», «примитивов» и «тех, кто может только пялиться на танго» (нижнее белье) своих секретарш. Часть его обращения начиналась следующей фразой: «Вы все вместе взятые (генералы) не приносите столько пользы, сколько один сержант НАТО!» Тадич тогда открыто пригрозил предпринять решительные меры в ближайшее время. Так и произошло. И современное состояние Армии Сербии — это последствия той политики.

Что касается авиации, как элитного рода войск, то до сих пор все новшества и перемены касались только названия. По прошествии почти 11 лет у Армии Сербии вместо Авиации и противовоздушной обороны вновь есть Военная авиация и ПВО.

Правда, по крайней мере судя по первым заявлениям, Военная авиация и ПВО тоже не будут такими, какими мы все их помним.

Но это хотя бы ничего не стоит. А остальное — когда будет и «масло, и мука».