В условиях новой напряженности в отношениях между США и Россией вновь в памяти возник старый миф о существовавшей во времена холодной войны линии экстренной связи между противниками, известной как «красный телефон».

Но это не телефон. Телефон для этого никогда не использовался.

За этим ложным образом, увековеченным в массовой культуре (в фильмах «Доктор Стрейнджлав», «Система безопасности») и в предвыборных роликах («3 a.m.»), скрывается менее выразительная реальность — засекреченные телетайпы, факсы и линии компьютерной связи, передающие зашифрованные текстовые сообщения между Кремлем и Пентагоном.

Но их функциональное назначение не менее важно и так же злободневно — не допустить войны между двумя крупнейшими в мире ядерными державами.

Эта линия связи используется не очень часто. Но президент Обама воспользовался «красным телефоном» в октябре, чтобы предостеречь российского президента Владимира Путина от задействования хакеров для вмешательства в процесс выборов в США.

Обама передал свое сообщение по электронной почте через секретную систему спутниковой связи, которая совершенно не похожа на тот проводной ТГА, который использовался для передачи первых сообщений полвека назад.

Тогда у США была относительно новая система «горячих линий», используемых для защиты Америки от ядерного нападения. Эти телефоны, работу которых обеспечивало командование ПВО континентальной части США, зачастую были красного цвета — чтобы можно было отличать их от обычных черных.

Не исключено, что именно оттуда и появился миф о «красном телефоне».

Настоящая же «горячая линия» между Вашингтоном и Москвой была создана в 1963 году, после того, как президент Джон Кеннеди (John Kennedy) и Никита Хрущев оказались на грани войны во время карибского ракетного кризиса — противостояния, которое усугублялось задержками в линии связи.


В той системе связи использовались телетайп и телеграфная станция — терминал, за которым сидели военные переводчики, в задачу которых входило ретранслировать поступавшие от их командования сообщения по двум каналам связи — через линию радиосвязи и трансатлантический кабель. Телеграфный терминал американцев был в Пентагоне, где он и находится до сих пор.

Первое тестовое сообщение из Вашингтона в Москву, переданное 30 августа 1963 года, представляло собой следующий текст: «The quick brown fox jumped over the lazy’s dog’s back 1234567890» («Быстрая бурая лиса перепрыгнула через ленивую собаку» — фраза, содержащая все буквы английского алфавита — прим. перев.)

На протяжении многих лет эти системы совершенствовались с учетом таких достижений в технике, как спутники, факсы, компьютеры, электронная почта. Суть заключалась в том, чтобы обеспечить быстрый обмен информацией, но не в словесной форме — во избежание недопонимания.

Майор Гленн Нордин (Glenn Nordine) был одним из военных переводчиков, владевших русским языком, которого назначили работать на только что установленном в Пентагоне терминале. Он вспоминает огромную установку, стоявшую в главном командном центре вооруженных сил США рядом с креслами штабных офицеров и напротив кабинки, где сидел генерал, расположенной в другом конце похожего на коридор помещения.

И на столе у этого генерала стоял красный телефон.

Это была линия связи с Белым домом, которой пользовались президенты, чтобы передавать и получать информацию по различным вопросам, рассказывает 87-летний Нордин.

Миф о красном телефоне мог появиться и отсюда, говорит он.

Нордин проработал в этом кабинете до 1966 года, но за все это время для диктовки сообщений в Россию по линии связи с Москвой красный телефон не использовался ни разу, отмечает он.

«Его использовали только для передачи тестовых сообщений — каждый час, — говорит Нордин. — Один час — тестовый текст слали русские. Следующий час тестовое сообщение слали мы».

По имеющимся данным, первым американским президентом, воспользовавшимся этим «красным телефоном», был Линдон Джонсон (Lyndon Johnson), который в 1967 году общался с Алексеем Косыгиным в связи с развивавшимися событиями шестидневной войны на Ближнем Востоке. Четыре года спустя экстренную связь якобы использовал Ричард Никсон, чтобы обсудить с Леонидом Брежневым напряженные отношения между Индией и Пакистаном, а затем еще раз — в 1973 году во время очередного военного конфликта на Ближнем Востоке. Говорят, что Джимми Картер пользовался «красным телефоном», чтобы обсудить вторжение советских войск в Афганистан, а Рональд Рейган будто бы использовал его часто, причем, не только в кризисных ситуациях.

С окончанием холодной войны актуальность наличия прямой связи уменьшилась, но необходимость в ней не отпала. Систему связи продолжали усовершенствовать и в годы правления Обамы, и операторы с обеих сторон до сих пор ежечасно тестируют ее.

В 2013 году администрация Обамы добавила еще один канал связи, предназначенный для отправки электронных писем и прикрепленных файлов о кибератаках. Президент впервые воспользовался этим каналом лишь в 2016 году — за несколько дней до выборов.

Как заявили в интервью NBC News некоторые представители разведслужб, использование системы экстренной связи свидетельствует о том, насколько серьезной стала ситуация, связанная с хакерскими атаками русских.