Если избранный президент Дональд Трамп действительно имел в виду то, что он сказал, тогда, возможно, однажды миру придется вспомнить о том, что о начале первой гонки ядерных вооружений после окончания холодной войны объявили двое ведущих ток-шоу, одетые в пижамы.

«Пусть будет гонка вооружений. Мы превзойдем их по всем направлениям и переживем их всех», — сказала в пятницу, 23 декабря, Мика Бжезински (Mika Brzezinski) в программе Morning Joe на канале MSNBC. Сидя на фоне бутафорского камина, она и ее соведущий, одетые в пижамы с рождественской тематикой, отметили, что это цитата высказывания г-на Трампа, взятая с его странички в Твиттере.

Г-н Трамп славится своим умением пускать пыль в глаза, и подобные его высказывания вполне могут оказаться блефом. Но если он продолжит призывать к гонке ядерных вооружений, последствия могут оказаться чрезвычайно серьезными. Даже самые благоприятные прогнозы возможной реакции со стороны России и Китая внушают тревогу. Как и уроки гонки вооружений периода холодной войны, которые подвели мир настолько близко к краю бездны, что некогда враждующие Америка и СССР сами свернули то соревнование, которое еще не так давно казалось им крайне необходимым.

Какова цель гонки вооружений?

Гонка ядерных вооружений — это, как правило, то, на что государства не хотят идти по собственной воле и во что их втягивают в противовес их желаниям.

В период холодной войны США и СССР считали, что они лишь реагируют на шаги друг друга, пытаясь сохранить такой стратегический баланс, который позволит избежать войны или, по крайней мере, сделает ее наименее разрушительной.

В 1954 году Уинстон Черчилль отметил, что еще больше боеголовок смогут лишь заставить «обломки подпрыгнуть».


Однако эта цитата стала отражением широко распространенного заблуждения, заключавшегося в том, что гонка вооружений сводится всего лишь к накапливанию боеголовок.

На самом деле опасность была гораздо значительнее, и постоянно увеличивающиеся запасы боеголовок были всего лишь отражением сложных шагов, совершаемых в ответ на действия противника. К примеру, одна страна могла разработать оружие, способное доставлять боеголовки более стремительно, что требовало от противоположной стороны сокращения времени реагирования и разработку  нового оружия для нанесения ответного удара.

Хотя словосочетание «гонка вооружений» описывает ту политику, которая сделала холодную войну такой опасной, сама по себе гонка вооружений не была политикой. Она была скорее досадным и пугающим побочным продуктом тех целей, которые преследовали США и СССР. Лидеры обеих стран хотели избежать поражения, но ни один из них не хотел вести эту гонку вооружений.

Исключением из этого правила стал Рональд Рейган, который пришел к власти в 1981 году, полный решимости одержать победу в холодной войне, превзойдя СССР по количеству и качеству ядерного оружия. Но спустя несколько лет сокращения времени реагирования и несколько крайне опасных эпизодов он стал самым решительным сторонником идеи ядерного разоружения, когда-либо занимавшим Овальный кабинет.
Хотя некоторые американцы до сих пор верят в то, что именно победа в гонке вооружений завершила холодную войну – как изначально хотел г-н Рейган — США и Советский Союз прекратили это соревнование по собственной воле — всего за несколько лет до того, как внутренние политический и экономический кризисы раскололи Советский Союз изнутри.

На саммите 1986 года г-н Рейган и Михаил Горбачев выдвинули идею полного разоружения. Не сумев договориться о его условиях, они сошлись на том, чтобы продолжить сокращать численность ядерных сил, сворачивая гонку вооружений.

Страны продолжили сокращать свои ядерные потенциалы, опираясь на такие соглашения, как Новый Договор о сокращении СНВ. Однако политика г-на Трампа может свести все эти усилия к нулю.

В своем твите в четверг, 22 декабря, г-н Трамп заявил, что он хочет сделать так, чтобы «мир образумился в вопросе ядерного оружия».

Остается неясным, что он имел в виду. Однако, по мнению аналитиков, какими бы ни были его намерения, заявленное г-ном Трампом стремление спровоцировать гонку вооружений может иметь непредсказуемые последствия.

Россия: обмен безопасности на паритет

Вероятнее всего, на это стремление г-на Трампа отреагируют две страны, а именно Россия, чей ядерный арсенал сравним с арсеналом США, и Китай, чей арсенал пока существенно отстает.

Хотя у России и Китая немного разные цели, обе страны разрабатывают свои ядерные программы таким образом, чтобы стать противовесом США. Поэтому, скорее всего, они будут приспосабливаться, чтобы не отставать от Америки с ее продвижениями в области ядерного потенциала.

Однако, как предупреждают аналитики, поскольку сейчас США намного опережает другие страны в области традиционных вооружений, Россия и Китай могут счесть необходимым предпринять некие дестабилизирующие шаги и, таким образом, поставить под угрозу все стороны.

После окончания холодной войны Москва рассматривала ядерный паритет с США как свою последнюю – и, возможно, единственную — гарантию выживания в противостоянии гораздо более сильному западному альянсу, который она считает экзистенциальной угрозой. С  точки зрения Москвы, если она отстанет, это приведет к уничтожению России.
Хотя экономика России гораздо меньше экономики США, ей удается держаться на довольно высоком уровне. Если  Москва сочтет паритет слишком затратным, она, скорее всего, попытается  компенсировать это путем расходования валюты другого рода, а именно своей готовности идти на ядерный риск.

Целью всего этого станет укрепление сдерживающего потенциала России против любой угрозы со стороны США. К примеру, Россия может разместить больше ракет «Искандер» в Калининграде — российском анклаве, расположенном между Польшей и Литвой. Эти ракеты способны долететь до европейских столиц всего за несколько минут, и, поскольку их выпускают со специальных передвижных платформ, их будет довольно трудно уничтожить.

Президент России Владимир Путин может также ослабить ограничения на применение ядерного оружия. По мнению некоторых аналитиков, российская военная доктрина уже разрешает произвести один «деэскалационный» ядерный удар в случае обычной войны, чтобы заставить противника отступить. Такая политика накладывает на США больше обязательств по сокращению рисков.

Китай: «Это страшный новый мир»

Ядерные цели Пекина гораздо менее амбициозны: он хочет получить такой ядерный потенциал, который, в случае нападения США, позволит Китаю сделать несколько ядерных выстрелов в ответ.

Если г-н Трамп продолжит расширять ядерный потенциал США — даже если это будет рассчитано в первую очередь на Россию — Китай начнет опасаться, что первый же удар Америки  уничтожит все его боеголовки. Это лишит Китай его ядерного потенциала, что заставляет его искать способы компенсировать такую слабость.

Випин Наранг (Vipin Narang), эксперт по ядерному оружию из Массачусетского института технологий, отметил, что Китай способен создать свой собственный потенциал, добавив, что Пекин может попытаться ускорить процесс.

По словам г-на Наранга, Китай может заранее установить ядерные боеголовки на свои ракеты, чтобы сократить время реагирования. Или он может спрятать свои ракеты в защищенных местах, к примеру, в туннелях. Он может воспользоваться опытом Пакистана, поместив боеголовки в фургоны без опознавательных знаков и заставить их непрерывно колесить по стране, чтобы они не стали мишенью для атаки.

Китай также может отказаться от своей политики, подразумевающей отказ от того, чтобы нанести ядерный удар первыми, «потому что они просто не могут позволить себе наносить его вторыми», добавил г-н Наранг.

По мнению г-на Наранга, подобные шаги повышают риск случайностей и просчетов, последствия которых могут оказаться катастрофическими.

Что касается намерений г-на Трампа и их потенциального воздействия на Москву и Пекин, г-н Наранг сказал, что это будет «страшный новый мир, если он говорит серьезно и если он пытается спровоцировать гонку вооружений с одной из этих стран или сразу с обеими».

Игра, в которой нет победителя

Пол Уорнк (Paul C. Warnke), который был высокопоставленным чиновником Пентагона на начальном этапе холодной войны, пришел к выводу, что наращивание ядерных потенциалов США и СССР было похоже не столько на гонку, сколько на двух бегунов на соседних беговых дорожках. «Победителем в этом случае, — написал он в 1975 году, – может считаться тот, кто первым сойдет с дорожки».

Тогда мнение г-на Уорнка казалось весьма неоднозначным, однако позже с ним согласились даже самые убежденные сторонники холодной войны. В начале 1980-х годов произошел ряд опаснейших инцидентов, которые поставили мир на самый край пропасти.

В 1983 году, к примеру, советская система раннего обнаружения зафиксировала летящую в ее сторону американскую ядерную ракету. Это был момент крайнего напряжения в отношениях, когда Кремль боялся превентивного удара.

В рамках гонки вооружений ракеты постоянно совершенствовались, и у Советского Союза было всего 23 минуты на то, чтобы отреагировать, прежде чем ракеты приземлятся — этого времени недостаточно для того, чтобы провести проверку оборудования, и его тем более недостаточно для того, чтобы провести переговоры с Вашингтоном. Гонка вооружений также предписывала Советскому Союзу нанести чрезвычайно мощный ответный удар, чтобы предотвратить дальнейшую угрозу.

Советский офицер, отвечавший за работу системы раннего обнаружения, не увидел никаких причин предполагать ложную тревогу, однако он сообщил своему начальству, что это была именно ложная тревога. Его догадка — оказавшаяся верной — возможно, спасла мир.

Хотя общественность узнала об этом эпизоде много лет спустя, г-н Рейган написал в своих мемуарах, что другая угроза войны, которая возникла в том же месяце, когда советские войска сбили южнокорейский авиалайнер, нарушивший советское воздушное пространство, «продемонстрировала, насколько близко мир подошел к краю пропасти и как сильно мы нуждаемся в контроле над ядерным вооружением».

Г-н Рейган выступил против гонки вооружений в первую очередь из-за связанных с ней опасностей, однако многие другие выступали против нее по той простой причине, что спустя несколько десятилетий и потраченных триллионов долларов она не увенчалась победой.

«Создание ядерного оружия ради того, чтобы остановить других, имеет тот же эффект, что и попытки в электронном письме объяснить всем участникам массовой  рассылки необходимость прекратить пользоваться кнопкой “Ответить всем”», — пошутил в твиттере Джошуа Поллак (Joshua H. Pollack), эксперт Центра изучения вопросов нераспространения вооружений имени Джеймса Мартина.

Он добавил: «В гонке вооружений не бывает последнего, победного шага».

Первым, кто ответил на этот его твит, стала Шерил Роуфер (Cheryl Rofer), бывшая сотрудница Национальной исследовательской лаборатории в Лос-Аламосе: «Но в ней все же есть последний шаг».