Официальные лица новой администрации США пытаются изобразить, каким будет сотрудничество с Россией в деле ликвидации общего врага в лице «исламских экстремистских группировок». В то же самое время всплывают комментарии, в которых говорится о том, что основная причина сближения президента Владимира Путина и избранного президента США Дональда Трампа — это права на освоение и добычу российской нефти, которые Москва предоставила американской нефтяной компании-гиганту Exxon.


В американских репортажах фигурирует сумма в полтриллиона долларов — сумма, эквивалентная примерно половине размера экономики России, достигающей 1,2 триллиона долларов. Именно столько Exxon пообещала России в обмен на предоставление Россией американской компании права разведки и добычи на территории в 630 тысяч квадратных километров, что примерно равняется территории Франции и в четыре с половиной раза больше площади, на которой Exxon ведет разведку в Америке.


Предполагаемые территории, на которых будет проводиться разведка энергетических ресурсов, большей частью замерзшие, и некоторые из них расположены очень близко к Арктике, но, по причине роста темпов потепления, все-таки были обнаружены земли, пригодные для освоения. Компания Exxon, в свою очередь, располагает современными и высококачественными технологиями, которых нет у российского правительства, которому принадлежат национальные энергетические компании.


Сотрудничество между Exxon и ее бывшим исполнительным директором, будущим госсекретарем Рексом Тиллерсоном, с одной стороны и Россией и ее президентом Владимиром Путиным, с другой, привело к возникновению дружеских отношений. Параллельно развивалась и дружба между Путиным и будущим советником по национальной безопасности Майклом Флинном, который получил от Москвы немалые суммы за осуществление кампании по лоббированию интересов России в американской столице.


Те, кто следят за ходом процесса перехода от администрации президента США Барака Обамы к администрации Трампа, говорят о том, что именно Флинн предложил кандидатуру Тиллерсона Трампу, в то время как другие полагают, что автором этой инициативы выступил бывший министр обороны США Роберт Гейтс. Но вне зависимости от того, кто прав, очевидно, что сделка между компанией Exxon и Москвой шла полным ходом ровно до момента вторжения в марте 2014 года в Крым, принадлежащий Украине, и его присоединения, что побудило Вашингтон ввести экономические санкции в отношении Путина и лиц, близких к режиму. Сделка была приостановлена в ожидании прихода блока Трамп — Тиллерсон, который отменил бы санкции.


Американские дипломатические источники утверждают, что одна из причин нежелания Обамы занять жесткую позицию в отношении России по вопросу вторжения в Крым, а также нерешительность Вашингтона в требовании санкций против Путина и его сподвижников, объясняется активнейшим лоббированием своих интересов компанией Exxon в Вашингтоне. Тень данной кампании по лоббированию интересов ложится и на слушания Комитета по иностранным делам в Сенате по вопросу утверждения Тиллерсона на пост госсекретаря, состоявшиеся на прошлой неделе.


На этом заседании председатель Комитета по иностранным делам, сенатор-республиканец Боб Коркер задал Тиллерсону вопрос о его активных усилиях, направленных на то, чтобы отговорить Вашингтон от введения санкций в отношении Москвы. Тиллерсон же это категорически отрицал, на что Кокер парировал: «Рекс, не помнишь, как ты мне позвонил и попросил меня работать против введения санкций?»


Российская нефть является основным мотивом, который стоит за желанием США улучшить отношения с Путиным. В прошлом западные державы стремились к ресурсам, которые они могли добывать дешево в таких регионах как Ирак, Иран или страны Персидского залива. Но сегодня, когда технологии заметно продвинулись, добывать нефть и газ дешевыми способами стало трудно. Более того, с тех территорий, на которых Америка сталкивается с геостратегическими проблемами, например, в Персидском заливе, Ираке, Иране, Нигерии и Ливии, внимание американцев переключается на регионы, более стабильные в вопросах безопасности, например, на Арктику и Россию.


Однако жадность до нефти не является той политической стратегией, которую можно было бы предложить рядовым американцам. Этот факт заставляет Трампа и его «русскую» группу, Тиллерсона и Флинна, скрывать американскую любовь, возникшую по отношению к России, за другими политическими темами, а центральная среди них — война с терроризмом. Именно на этой теме Тиллерсон сосредоточил свое выступление на заседании, посвященном его назначению на пост госсекретаря. Он перешел затем к вопросу меньшей важности, но определенно имеющему популистский характер — активность «правой христианской коалиции», которую стремится создать советник Трампа по стратегическим вопросам и издатель сайта Brightbart Стивен Бэннон.


Бэннон предполагает создание между Трампом и правыми силами в Англии альянса, отдельного от Европы, а также включение в него Путина и тех правительств европейских стран, которые уже стали правыми, как, например, в Германии и Франции в этом году. В данном альянсе Бэннон видит возможность создания правой христианской коалиции, которая может привести Запад к былой силе и славе, чтобы противостоять огромной опасности в виде мусульман, террористических групп или беженцев в Европе и Америке.


Подобные геостратегические теории вначале часто кажутся дьявольскими, но они быстро находят своих последователей. Это то, что в точности произошло с «неоконсерваторами», которые бежали за иракской нефтью, прячась за своим стремлением к распространению демократии. Но Exxon, которая выиграла контракт на добычу и продажу нефти месторождения Меджнун, крупнейшего месторождения в Ираке, была первой, кто отказался от франшизы, которую она получила от иракского правительства, так как затраты на добычу нефти на фоне отсутствия стабильности в сфере безопасности, стали слишком высоки.


Как и в случае с Ираком, будущее остается полным неожиданностей, не предусмотренных первоначальным планом Трампа, Путина и их сторонников. Пока же нефть не добывается, и глобальная христианская коалиция не создается…