После инаугурационной речи Дональда Трампа все малейшие надежды, которые оставались, быстро размылись. Некоторые еще ожидали, что Трамп в качестве президента не будет похож на избранного президента и участника кампании. Его речь была достаточным подтверждением того, что он не изменился. Наоборот, со своим тезисом «Америка превыше всего» он даже сделал акцент на его наиболее нелиберальных и изоляционистских позициях. Его дискурс, который полностью охватывал популистские заявления, является беспрецедентным, по меньшей мере после времен Эндрю Джексона (7-го президента США, 1828-1837), в американской истории.


Философия миллиардера составляет прямую угрозу для демократии США. Обвинения истеблишмента, частью которого он является, имея при этом намерение быть представителем народа против посреднических органов, включая судебную систему, и Конгресс, о которых он никогда не вспоминал, только способствуют всем видам себялюбия и ограниченного мировоззрения, он, как представляется, становится основной проблемой для либеральных сил в США. Все указывает на то, что его дискурс был больше непосредственно вдохновлен его ультраправым советником Стивеном Бэнноном, бывшим руководителем фейковых новостей на расистском сайте Breitbart News, чем умеренными республиканцами. Некоторые из его заключительных замечаний относительно разнообразия и единства американского народа, независимо от их происхождения, цвета кожи и социального положения, и принятие им традиции свободы, как представляется, были чисто риторическими. Неудивительно, что европейские крайне правые лидеры аплодировали этой речи, которую произнесли в собственных странах француженка Марин Ле Пен, голландец Герт Вилдерс и немка Фрауке.


Многие комментаторы также справедливо отметили, что и Путин мог бы высказывать подобные вещи. Некоторые весьма классические фразы, которые мы обычно наблюдали в дискурсах обоих республиканских и демократических президентов, никогда не появляются в речи Трампа: это ясно показывает пренебрежение к свободе, правам человека и демократии дома и за рубежом. С Трампом не только Америка больше не является «незаменимой нацией», которой она намеревалась быть больше чем одно столетие, но он может ее превратить в одно из самых дестабилизирующих государств.


Однако когда речь идет о самой Америке, то сравнение с Россией, очевидно, не имеет значения. В отличие от России, США имеют сильное и активное гражданское общество, настоящую систему сдержек и противовесов с судебной системой и Конгрессом и с правительствами штатов, а также традиции свободы и независимости. Соединенные Штаты имеют способность к сопротивлению, чего нет в автократических странах. Любая попытка президента стать неким диктатором обречена на провал. Однако в ближайшие недели и месяцы будет иметь место стресс-тест для тех учреждений, на которые мир должен обратить внимание, поскольку его результаты будут указывать на то, в каком направлении, скорее всего, будет двигаться внешняя политика и политика безопасности США.


Во-первых, Конгресс должен утвердить или не утвердить некоторые кандидатуры Трампа на должности в правительстве. Если Конгресс утвердит некоторые из них, кто имеет очевидный конфликт интересов или на самом деле не стремится продвигать за рубежом либеральные принципы, особенно о нарушении Москвой международного права, это будет сигнализировать отсутствие независимости и мужества законодательной ветви власти и свидетельствовать о мрачных прогнозах относительно будущего американской политики.


Таким образом, это будет предвещать, что участники кампании «никогда Трампа» в Республиканской партии проиграли битву внутри политической силы. Во-вторых, большинство специалистов в Вашингтоне до сих пор задается вопросом: кто будет управлять? Некоторые считают, что триумвират Белого дома Бэннон, Прибус и его зять Кушнер будут доминировать в большинстве направлений политики Трампа с наклоном в худшую сторону. Некоторые добавляют генерала Флинна в этот список. Очевидно, существуют конкурирующие взгляды относительно России и Китая между ними и некоторыми из кандидатур в кабинет, как, например, министр обороны генерал Маттис, руководитель ЦРУ Майк Помпео и посол США в ООН Никки Хейли. До сих пор неизвестно, будут ли они иметь право голоса или, по крайней мере, влияние на ключевые вопросы. В-третьих, также является беспрецедентным то, что со стороны президента нет назначений на должности старших государственных служащих, а большинство высокопоставленных специалистов-республиканцев в сфере безопасности, похоже, не готовы работать с администрацией Трампа. В-четвертых, продолжаются некоторые расследования возможных связей между некоторыми членами команды Трампа и российскими официальными лицами и агентами во время кампании. Некоторые до сих пор ожидают, даже без большой надежды, что это может привести к процедуре импичмента.


Какими бы ни были признаки того, что скрыл или подтвердил в своей инаугурационной речи Трамп, она является источником глубокой озабоченности для Европы и свободного мира. Кроме того, сам факт заигрывания 45-го президента с Владимиром Путиным и, как показало недавнее интервью европейским газетам, полное восприятие позиции Кремля относительно НАТО, Brexit, Европы, Сирии и Украины, а также его новый изоляционизм не добавляют успокаивающих перспектив.


В своей инаугурационной речи Трамп прямо заявил, что он не намерен защищать другие страны, что он не хочет платить за военные операции за рубежом, и, таким образом, помощь демократии, включая правозащитников и свободные средства массовой информации, и защита других стран, даже если тем будут угрожать агрессивные государства, не будет больше истинной проблемой для Америки.


Как я уже отмечал, с избранием Трампа самом деле начался мрачный XXI век.


Нам только остается ждать, что он не только будет закрывать глаза на российскую агрессию, но и не будет даже обвинять Москву за это, а также не будет демонстрировать какое-либо сочувствие и моральную поддержку. Единственная надежда людей, которые хотят свободы и демократии, полагаться на подъем Европы. Если европейские лидеры не готовы сделать это, то это положит конец надеждам на мирный и справедливый мир, о котором говорили европейские либералы после окончания Второй мировой войны и падения Берлинской стены. Пришло время полагаться на это пророчество.


Николя Тензер, директор Парижского центра изучения и осмысления политических решений (CERAP).