Подозрения насчет вмешательства в американские выборы, страхи по поводу выборов в Европе, развитие финансируемых из Кремля СМИ… Россия пугает. Но каковы на самом деле ее операционные возможности в сфере кибершпионажа?


Atlantico: Каковы сегодня операционные возможности России в области кибершпионажа? Это касается как кибератак, так и пропаганды. Какие отрасли в западных обществах оказались под прицелом в первую очередь? Политика, экономика или гражданское общество?


Франк Деклокман (Franck Decloquement): Наступательные и технические возможности России в области кибершпионажа вполне реальны. Как и у других деятелей на международной арене, у нее имеются специалисты очень высокого уровня, а также очень активные и эффективные хакерские группы. Что касается упомянутых вами сфер (экономика, политика и общество), они по очевидным причинам попадают под прицел, если государству вроде России, которая в полной мере утверждает свой суверенитет и обеспечивает национальную безопасность, нужно сохранить и расширить собственную мощь.


Как бы то ни было, такие возможности имеются не только у одной лишь России. У других национальных государств тоже есть особые инструменты, которые они пускают в ход для защиты своих стратегических интересов на международной арене. Техническое проникновение, черная пропаганда, информационная дестабилизация, политические и общественные вмешательства — все это возникло отнюдь не вчера. У многих в этих вопросах оказалась короткая память. Великие державы пользуются всем этим (причем очень активно) с давних времен. Взять хотя бы Россию и США.


В нынешней обстановке стоит вспомнить о «принудительных» мерах, которые использовались с обеих сторон железного занавеса, причем на протяжение всей холодной войны. Можно даже сказать, что эти действия с тех пор окончательно не прекратились, несмотря на относительную «разрядку» после падения берлинской стены и распад Советского Союза. В начале 1990-х годов ЦРУ просило Россию отказаться от дезинформационных операций, которые были направлены против американских интересов по всему миру. Россияне пообещали сделать это в обмен на существенную помощь в развитии со стороны США. Тем не менее бывший глава российской разведки в Нью-Йорке Сергей Третьяков, который перешел на другую сторону в 2000-х годах, сообщил, что ведомая Москвой активная дестабилизация на самом деле так и не была прекращена. «Ничего не изменилось, — писал он в 2008 году. — Россия сегодня делает все возможное, чтобы усложнить жизнь США». По мнению специалистов, последние кибероперации в цифровой сфере в начале XXI века являются в некотором роде современным продолжением этой тенденции…


Несколько десятилетий спустя история определенным образом повторяется: Журнал New Yorker недавно писал, что в апреле 1982 года глава КГБ Юрий Андропов поручил агентам за границей принимать «активные мероприятия» для распространения черной пропаганды против кампании президента США тех времен, Рональда Рейгана.


Примерно в том же Запад сегодня обвиняет Владимира Путина. В отличие от «классического» шпионажа, который подразумевает активный сбор данных на «вражеской» территории, «активные мероприятия» призваны повлиять на события. Они задумывались для удара изнутри по иностранной державе с помощью фальшивых групп давления, которым, например, может быть поручено скрытно воздействовать на общественное мнение. И, следовательно, на смежные политические решения. Кроме того, все это полагается и на множество других методов действия, которые были разработаны и должным образом обкатаны во время холодной войны. Советское руководство тех времен считало Рональда Рейгана убежденным милитаристом. Если верить подробным материалам, которые раскрыл бежавший на Запад высокопоставленный офицер КГБ Василий Митрохин, советская разведка пыталась проникнуть в штабы демократов и республиканцев, чтобы популяризировать лозунг «Reagan Means War» (Рейган значит война). Целью было, разумеется, дискредитировать президента Рейгана, сформировав вокруг него образ продавшегося ВПК коррупционера. Как бы то ни было, инициатива не оказала ощутимого воздействия на избирателей, отмечают в редакции New Yorker, поскольку Рональд Рейган победил в 49 из 50 американских штатов. То есть, манипулировать массами не так просто, как можно было бы подумать… Тайная пропаганда вовсе не так сильна, как многим кажется.


— Как выглядит соотношение сил между США и Россией в плане имеющихся у них средств?


— Все действуют на основании собственного графика и интересов. Хотя Владимир Путин регулярно обвиняет Запад в двуличии, он сам не ограничивается одними лишь ложными заявлениями и стратегическими уловками. Он не чурается дезинформационных и дестабилизационных операций, которые мастерски координирует со своими командами.


Кроме того, статья New Yorker напоминает забывшим, что в 1960-х годах агенты советской разведки распространяли слух о том, что американское правительство причастно к убийству Мартина Лютера Кинга. В 1980-х годах они распространяли другой фальшивый слух о том, что американская разведка якобы «создала» вирус СПИДа в Форте Детрик в Мэриленде…


Для тех, кто интересуется пропагандистскими и дезинформационными операциями, новая цифровая эпоха открывает огромные возможности. Они тем более привлекательны, что намного эффективнее и экономичнее «классических» мер, которые мастерски проводились во времена Андропова.


Что касается недавних выборов в США, штабы демократов и республиканцев представили противнику то, что эксперты в области кибербезопасности называют «очень большой площадью для атаки». Некоторые американские политические деятели, даже высокопоставленные партийные служащие оказались, по факту очень плохо защищены от внешнего проникновения… Взять хотя бы главу аппарата Белого дома при Билле Клинтоне и главу предвыборного штаба Хиллари Клинтон Джона Подесту (John Podesta): у него были все причины задуматься об уязвимости связи в цифровую эпоху. К тому же, на посту советника Барака Обамы в Белом доме он участвовал в реализации утвержденной президентом политики «цифрового преобразования». При этом он не использовал даже простую систему двухуровневой идентификации при входе в аккаунт электронной почты… Тем самым он оставил дверь открытой для хакеров, которые стремятся заполучить конфиденциальные данные…


Как бы то ни было, американцы тоже не остаются в стороне в сфере наступательных тайных операций. Бенджамин Родс (Benjamin Rhodes), бывший советник Белого дома при президенте Обаме и ярый критик действий Путина, сам все же нехотя признает реальность некоторых американских операций в этой области. В прошлом США тоже проводили тайные операции для смены режимов по всему миру. Многие историки пролили свет на эти темные операции ЦРУ, представив ощутимые доказательства и достоверные свидетельства реальности тайного вмешательства во внутренние дела стран для свержения существующих режимов: Иран, Куба, Гаити, Бразилия, Чили, Панама. Речь идет о платежах наличными, черной пропаганде и даже организованном насилии для воздействия на выборы в Италии, Гватемале, Индонезии, Вьетнаме и Никарагуа.


Кстати говоря, Владимир Путин считает некоторые некоммерческие организации англосаксонского толка и их группы активистов (Национальный фонд демократии, Human Rights Watch, Amnesty international) практически не скрывающимися вражескими структурами, которые стремятся оказать то или иное воздействие для смены режима. Пять лет назад он открыто винил госсекретаря Хиллари Клинтон за антиправительственные демонстрации на Болотной площади в Москве. По его мнению, Госдепартамент спонсировал ряд местных движений. Как бы то ни было, пока что никаких официальных доказательств представлено не было.


— Чего на самом деле стоит опасаться Европе от российского кибершпионажа? Есть беспокойство по поводу предстоящих выборов во Франции и Германии, но как все обстоит на самом деле?


— Политическая картина в Европе становится на редкость легкой целью для черной пропаганды и дезинформации. Ложная и дестабилизирующая информация, которая призвана подорвать доверие к официальной версии событий, процветает на почве растущей дискредитации элиты и политического класса в целом во всех европейских странах. Дошло до того, что понятия «правды» и «проверяемой информации» для многих уже мало что значат. Как и в Америке с ее сильнейшим идеологическим расколом, доверие европейцев к крупнейшим СМИ подорвано и достигло своего исторического минимума. Такое положение дел уже с тревогой отмечается в ряде опросов. Расколотое восприятие и недоверие к СМИ зачастую открывают пространство для «альтернативных», но обычно не подлежащих проверке теорий… Все это быстро ведет к принятию упрощенческих и популистских объяснений, которые проще принять большинству: речь идет о конспирологии или теории заговора. «Свободные общества зачастую разобщены, потому что у людей есть собственные взгляды на события, чем пользуется бывшая советская и современная разведка», — цитирует New Yorker бывшего генерала КГБ Олега Калугина, который живет в США с середины 1990-х годов. По его словам, задача заключается в том, чтобы «углубить разногласия». Подобная стратегия «слабого по отношению к сильному» особенно полезна для наверстывающей упущенное страны вроде России. Сегодня у нее сложилось противостояние с гораздо более сильным государством в лице США. Современная Россия значительно слабее СССР в связи с глубинными реалиями страны, как отмечают ряд экспертов.


В тяжелой предвыборной обстановке во Франции (такая же атмосфера недавно была и в США), вполне можно представить себе, что Владимир Путин попытается принять меры воздействия, чтобы навредить перспективам некоторых открыто антироссийских кандидатов (по примеру операций для подрыва кандидатуры Хиллари Клинтон и усиления Дональда Трампа), а также дискредитировать демократический процесс в глазах французского электората.


Вытекающее из этого ослабление Франции может быть выгодным для России и ее интересов на международной арене.


Метод действий прекрасно известен. Схематически, России по такой гипотезе нужно вмешаться в избирательный процесс во Франции и Германии, как это, возможно, было на выборах в США. Приоритетные операции могут быть нацелены на взлом электронной почты антироссийских кандидатов и передачу их содержимого для публикации в «альтернативных» СМИ. Например, через WikiLeaks. Параллельно с этим стоит отметить воздействие на восприятие посредством активного использования социальных сетей для распространения фальшивых новостей, которые почти не отличить от настоящих. Все это должно еще чуть больше подорвать веру французских и немецких граждан в представительную политическую систему и подорвать легитимность кандидата, которому удастся одержать победу на выборах. Наконец, это рикошетом бьет по национальному единству страны.