По данным последнего опроса Французского института общественного мнения Марин Ле Пен по-прежнему вызывает беспокойство у подавляющего большинства французов. Это касается демократических ценностей, экономических предложений и будущего международных отношений Франции.


Atlantico: Национальный фронт все еще вызывает беспокойство людей: если верить последнему опросу Французского института общественного мнения (IFOP), Марин Ле Пен «настораживет» 55% французов. Но можно ли считать НФ антидемократической партией с точки зрения ценностей?


Эрван Лекер (Erwan Lecoeur), высокопоставленный чиновник: Национальный фронт вовсе не представляет себя антидемократической партией, скорее, наоборот. В некотором роде, он даже формирует себе образ сверхдемократичности и утверждает, что уважительнее всех относится к слову народа, который сегодня недолжным образом представлен в Национальном собрании и прочих инстанциях. Кроме того, с предложением о регулярном использовании референдума он представляет себя альтернативой конфискации власти элитой и бедам, которые допустил правящий класс, то есть, прежде всего, иммиграции и глобализации.


Как бы то ни было, в плане управления Национальный фронт всегда был и остается фундаментально автократической партией, как с точки зрения внутренней работы, так и в его подходе к власти. Он предлагает своеобразную форму государственного управления во имя необходимости перемен и радикальной ориентации некоторых своих предложений (в частности, в социальной сфере). В 1980-х годах Национальный фронт напирал на успехи ряда стран вроде Чили Пиночета, где жестко правили лидеры, сосредоточившие власть в руках нескольких избранных.


За риторикой о власти народа на многих уровнях просматривается политическое видение, в котором Франция намного больше сближается с режимом Владимира Путина в России и Дональда Трампа в США или даже индуистскими националистами, чем с европейской и французской демократической традицией. Так обстоят дела с большинством популистских и националистических режимов, которые выстраивают народ на «религиозно-этнической» основе (Индия, США) и пытаются решать проблемы прямым и четким образом во имя эффективности. НФ придерживается такого же направления мысли, а демократия для него — способ прихода к власти.


Франсуа Мартен (François Martin), социолог
: НФ, безусловно, не является антидемократической партией. Насколько мне известно, он не предлагает заменить демократию или даже республику каким-то иным режимом. С такой точки зрения, он намного более демократичен, чем, например Компартия во время холодной войны. Кроме того, он не отстаивает неприемлемые для демократии ценности вроде расизма, антисемитизма и ненависти к иностранцам. Наконец, НФ не предлагает упразднить конституционный блок декларации 1789 года и прочие принципы, на которых основывается юриспруденция Конституционного совета. Все они стоят над законами и остались бы в силе даже в случае избрания Марин Ле Пен.


На протяжение десятков лет НФ ошибочно представлялся частью политического класса и многими СМИ как расистская партия, наследник нацистов, который вернет нас в «самые темные часы нашей истории» и представляет угрозу для демократии и республики. Эта «демонизация», которую, нужно сказать, подпитывали некоторые уголовно наказуемые выходки Жана-Мари Ле Пена (Jean-Marie Le Pen), является прямой причиной усиления НФ. Запретив себе поднимать некоторые темы и предлагать определенные меры под единственным предлогом, что это может быть близко к позициям НФ, мы оставили ему монополию на оппозицию по таким вопросам как иммиграция, незащищенность, ислам и европейское строительство. Если бы эти вопросы обсуждались, и не навязывался бы единообразный подход, НФ не смог бы подняться так высоко. Стоит сказать, что недемократично как раз то, что партия, которая представляет как минимум 20% населения, так слабо представлена в парламенте. Это положение дел лишь подкрепляет жертвенническую и антисистемную позицию Нацфронта.


Вопрос «ценностей» сложнее, потому что у этого понятия может быть множество смыслов, которые к тому же меняются со временем. НФ очевидно не разделяет ценности, которые выдвигаются левыми и находят поддержку у большей части правых: счастливая глобализация, положительное восприятие иммиграции, больше Европы и меньше границ и т.д. Как бы то ни было, человек вовсе не обязательно должен находить себя в этих ценностях и может руководствоваться другими вроде патриотизма и национального суверенитета, не становясь при этом противником демократии и республики. Здесь опять-таки просматривается стремление левых (с согласия немалой части правых) навязать единообразное мышление, которое «играет на руку» НФ.


- В какой мере стоит опасаться экономической программы Нацфронта, и какими средствами он мог бы воспользоваться для реализации предвыборных обещаний?


Эрван Лекер: Экономика всегда была слабой стороной партии. Сначала была ультралиберальная эпоха, когда Жан-Мари Ле Пен восхищался Рейганом и Пиночетом, затем в НФ доминировали либерально-националистические взгляды, а теперь Марин Ле Пен поднимает социальную тематику, в некоторых случаях подхватывая темы левых о необходимости государственной защиты. Такая смесь иногда дает удивительные результаты, которые многие экономисты считают несовместимыми и непоследовательными. Помимо отказа от евро, который вызывает серьезные вопросы с точки зрения накоплений и доверия на международном уровне, большинство предложенных мер нельзя будет реализовать на практике без существенного увеличения налогов. В то же время программа предполагает снижение налогов и отчислений. Кроме того, в экономической программе НФ существует целый ряд пробелов и принципиальных заявлений, которые не получится скрыть с помощью общих рассуждений о патриотическом капитализме. Мы также видим соответствующие духу времени заимствования из экологических теорий и идей локального потребления. В то же время НФ продолжает поддерживать самые грязные отрасли промышленности, если они французские, обеспечивают сохранение занятости и ВВП.


Франсуа Мартен: Экономическая программа НФ представляет собой настоящую сборную солянку, что, кстати, не так уж далеко от предложений Меланшона (Jean-Luc Mélenchon), у которого тоже просматривается резкий поворот. Следует подчеркнуть два момента.


Прежде всего, в экономическом плане программу НФ будет реализовать сложнее всего. Например, протекционизм или выход из еврозоны не могут быть осуществлены по одному лишь решению президента. Требуются законы и их принятие парламентом. Добиться этого будет труднее всего. Даже в случае избрания Марин Ле Пен президентом, сомнительно, что она сможет сформировать правительство с опорой на большинство НФ в парламенте. Без парламентского большинства правительство не может управлять и спокойно принимать решения. То есть, оно не в силах проводить экономическую политику, особенно если та идет против действующих в настоящий момент юридических ограничений.


Второй момент вытекает из первого вопроса. Протекционизм и евро — запретные темы. США и Китай могут заниматься протекционизмом, а у Европы и Франции нет на него права. Что касается евро, нам грозят апокалипсисом в случае выхода. Хотя во время вступления сулили райские кущи, так что определенная логика во всем этом есть. Вместо эмоциональных выкриков политикам следовало бы ясно и наглядно продемонстрировать на основании цифр и экономических теорий то, что может произойти в случае отказа от евро.


- Есть ли реальные основания для опасения по поводу Марин Ле Пен на геополитическом уровне? Какими средствами она могла бы воспользоваться для реализации своей программы?


Эрван Лекер
: На международном уровне Национальный фронт остается приверженцем силы и сдерживания любой ценой. Его восприятие сродни французской колониальной империи, в которой росли Жан-Мари Ле Пен и многие его друзья. Сохранившийся с тех времен образ Франции-завоевательницы все еще служит основой для геополитических взглядов партии и большей части ее руководства. В итоге получается милитаристский подход к отношениям стран и призыв к величию и силе, пусть даже это может привести к худшему. Кроме того, нынешний международный хаос создает почву для воинственной риторики, которая поднимается в руководстве великих держав, от Путина до Трампа. Лидеры Национального фронта не скрывают близости к обоим президентам, а также их рискованным позициям по международной обстановке. Это касается НАТО, перевооружения этих стран и отказа от Европы в оборонном плане. Если отойти от политических позиций и предвыборной стратегии, НФ несет в себе зерно возможной смены геополитической доктрины на европейском уровне в случае его прихода к власти во Франции. Кстати говоря, именно поэтому у некоторых возникают подозрения по поводу воздействия ряда иностранных держав на национальную политическую игру.


Франсуа Мартен
: Я поражен инфантилизмом политических дебатов по этим вопросам, если допустить, что тут вообще есть дебаты. НАТО — все еще подходящая структура для защиты Европы? Какими должны быть военные планы Европы? Должна ли Франция сохранить ядерные силы? Каков истинный операционный уровень французской армии, и какими должны быть ее задачи? Все это — сложные вопросы, которые никто сейчас всерьез не обсуждает. По факту, у нас сейчас нет стратегии, которая подразумевала бы определение врагов (и угроз), составление их градации и формирование средств для противостояния им. Вопрос не в том, хороший Путин или плохой. Необходимо проанализировать роль Франции и Европы в международной игре, попытавшись рассмотреть перспективу дальше пятилетнего президентского срока. Тревогу должно вызывать в первую очередь сохранение текущего статус-кво, когда ничего не решается и ничего не понятно.


- Марин Ле Пен заявила, что после избрания проведет референдум о выходе из еврозоны и снимет с себя полномочия в случае победы «нет». К каким последствиям это могло бы привести в плане управления?


Эрван Лекер: Это одна из стратегий, которые не первый год разрабатываются в Национальном фронте. Речь идет не о попытках навязать некое политическое видение, а о стиле, подходе к руководству, который создает впечатление, что власть из НФ находится в тесной связке с французским народом. Референдуму по евро, без сомнения, предшествовала бы кампания и дебаты о Европе и необходимости вернуть Франции былое величие. На заднем плане видно, что под прицелом оказался распад Европы, который мог бы позволить другим великим державам взять мировое лидерство, не опасаясь противодействия ЕС. Планы Ле Пен идут куда дальше нового Брексита: выход из еврозоны и «Фрексит» означали бы конец ЕС и его места на международной арене.


С чисто политической точки зрения обещание руководить, прибегая к референдумам может оказаться палкой о двух концах. Это популистская версия демократического управления, создающая опасность референдумов по вопросам, которые могут разделить страну и привести к сильнейшему социальному расколу. Это может касаться смертной казни, оборонной политики, иммиграции. Другая полезная сторона такого заявления в том, что оно придает Нацфронту демократический лоск, который к тому же формирует отсылку к голлизму и референдуму 1969 года.


Франсуа Мартен
: Обещание ухода из власти в случае неудачи на референдуме, выглядит логичным, если считать, что выход из еврозоны представляет собой главную мотивацию для потенциального избрания Ле Пен. Но мне так не кажется. Скорее всего, большинству избирателей НФ и избирателей в целом нет особого дела до евро: их куда больше волнуют покупательная способность, безработица, незащищенность и будущее их детей. В любом случае, проведение референдума представляет собой единственное подходящее решение по такому вопросу с точки зрения демократии. Только нужно, чтобы к нему шла серьезная подготовка с помощью беспристрастных и качественных дебатов, а ничего подобного у нас пока что не видно.


Как бы то ни было, все это представляет наибольшую опасность в государственном плане. Если Марин Ле Пен победит, организует референдум и проиграет на нем, это будет означать новые выборы и новую кампанию. Что вызывает немалое беспокойство, если судить по уровню нынешней!