Основной вопрос, который мы должны задавать на Украине — это не развитие демократии в любой стране, а то, насколько эта страна геополитически работает с нами или против нас. Мы всегда очень внимательно относимся к позиции Китая в Совете Безопасности ООН, поскольку понимаем, что позиция этой страны может быть важной для голосования Советом Безопасности по нашим вопросам. И при этом как-то мало обращаем внимание на уровень демократии в Китае.


Так же и любую другую страну рассматриваем под углом того, насколько ее действия в международной политике важны для защиты украинских интересов.


С Турцией — абсолютно аналогичная ситуация, здесь ничего не нужно придумывать. Лишь понимать, насколько интересы Турции совпадают с нашими интересами. И получается так, что позиция Турции за последние годы является ну точно не пророссийской. Интересы Анкары и Москвы в регионе не совпадают.


У нас же с турками интересы очень часто совпадают, потому что Россия пытается быть монополистом силы в регионе, а Турция в этом мешает. Поэтому косвенно помогает нашим интересам. Конечно, это не означает, что дружба Украины и Турции — навсегда, такого в геополитике не бывает. Но по крайней мере у наших стран больше общих интересов чем разных.


Сам же референдум дает Эрдогану возможность получить более сильные инструменты, в первую очередь во внешней политике, потому что во внутренней политике будет не все так просто. Обязательно будут выступления оппозиции. А на внешней арене у него появится возможность вести более жесткую политику.
У нас с турками интересы очень часто совпадают, потому что Россия пытается быть монополистом силы в регионе, а Турция мешает


Интересно, что на Западе нет единой позиции относительно референдума в Турции. В Европе говорят, что референдум не соответствует нормам, и это очевидно, закроет для страны возможность вести переговоры о перспективах членства в ЕС. А в Соединенных Штатах, Трамп поздравил Эрдогана с результатами референдума. В США приоритет внешней политики имеет президент, поэтому поздравления Трампа — это автоматически поздравление от всей страны.


Следует понимать, что страны, которые оказываются в сложной геополитической ситуации, в состоянии войны, должны иметь очень жесткую консолидированную вертикаль власти. Как правило, это происходит вокруг президентов. Турция находится фактически в состоянии войны: рядом Сирия, рядом Иран. По сути, центр мирового политического противостояния находится возле Турции. И поэтому там нужны очень решительные, взвешенные и серьезные шаги в геополитике. И поэтому консолидация власти сделает Турцию сильнее.


Парламентаризм могут себе позволить только те страны, которые имеют зонтик защиты, например, НАТО, или те страны, которые прошли все этапы реформ и у них нет проблем с безопасностью. на Украине, например, мы тоже не можем себе позволять постоянные смены правительств, присущие парламентской республике, здесь тоже нужно понимание единой вертикали в состоянии войны. Это традиция времен греческой демократии, когда во время войны, тот кто руководит государством, получал больше полномочий, чем в мирное время. Думаю, что Турция пошла именно этим путем. Здесь есть логичный ответ на те вызовы, которые стоят перед Турцией. Не следует делать из этого сенсации — это естественный путь для демократической страны, которая дает ответ на внешние вызовы.


То что у Эрдогана есть личные амбиции, и то что он не всем кажется образцом либерального демократа — это так, но надо выбирать приоритеты, а приоритеты в Турции сейчас именно такие, как было высказано во время референдума.


Если говорить о успех Эрдогана среди турок, проживающих за рубежом, то здесь следует говорить о двух основных мотивациях. Во-первых, Турции нужна сильная внешняя политика, и я думаю, что голоса отдавали именно за такую политику. Во-вторых, для турок, проживающих в Германии или Нидерландах, странах, имеющих сложные отношения с Турцией, такое голосование было выражением своей политической позиции к тех процессов, которые происходят в Европейском Союзе.