2 мая канцлер Германии Ангела Меркель и президент РФ Владимир Путин провели переговоры. Это продолжение традиции попыток своеобразной челночной дипломатии со стороны Меркель. Несмотря на все предыдущие провалы, поскольку канцлер выступила одним из инициаторов минского процесса, который должен был обеспечить дипломатическое урегулирование украино-российского конфликта, она не оставляет попыток добиться определенного прогресса в этом вопросе. Кроме того, остаются другие проблемы в отношениях между странами Европейского Союза и Россией, связанные и с продолжением войны в Сирии, и с разнообразными внутриевропейскими проблемами.


Думаю, основная цель визита — ознакомиться с позициями, существующими у Германии и России по тем или иным вопросам, и определить, не было ли там какого-то прогресса.


Текущие заявления Путина свидетельствуют о том, что он не желает отступать ни в чем и не готов идти ни на какие мирные инициативы или ослабление данной ситуации. Он как бы говорит, что они по всем направлениям будет стоять до последнего. По сути, это является основным результатом данного визита: он показал, что Россия на данном этапе ни к каким полноценным мирным переговорам и урегулированию не готова.


Пока все свидетельствует о невозможности изменить сложившуюся ситуацию. Какими-то переговорами в отношениях с Путиным, уговорам, никто ничего не добился, и он не демонстрирует готовность к каким-то переговорам. Также свою роль играют приближающиеся выборы президента России. По сути, Путин обозначил, что, по крайней мере, еще год он ничего менять не собирается и продолжит существующую политику.


Это касается не только конфликта на востоке Украины, но и Сирии. Кроме того, Меркель отметила, что Путину стоит обратить внимание на преследования гомосексуалистов в Чечне, но этот вопрос не является особенно стратегическим для России, лишь остается элементом общего позиционирования.


В результате, визит засвидетельствовал, что с точки зрения дипломатии три года общения с Россией никаких результатов не принесли. ЕС нужно или продолжать сохранять ту фикцию, за которую они держатся — мирные переговоры и тому подобное — или искать альтернативные пути дипломатии с Россией.