Занимающая в этом году кресло председателя G20 Германия поставила в число приоритетов стимулирование частных инвестиций в Африку. 12 и 13 июня в Берлине проходит крупная конференция, которая призвана продвинуть вперед работу по этой инициативе, получившей название Compact With Africa. Министр финансов ФРГ Вольфганг Шойбле (Wolfgang Schäuble) объясняет газете le Monde суть этой стратегии, которая не предполагает финансовую помощь, а нацелена на привлечение инвесторов.


Le Monde: Почему партнерство с Африкой должно быть приоритетом G20?


Вольфганг Шойбле:
За последние годы мы ощутили, какое большое значение имеют связанные с экономическим развитием геополитические риски. В первую очередь это касается Африки. Континент имеет огромное значение для мировой экономики в связи с его потенциалом, а также с создаваемыми им рисками. Эта инициатива получает в высшей степени положительный отклик со стороны африканских стран. Она носит долгосрочный характер и останется в программе G20, так как Аргентина, которая займет кресло председателя вслед за нами, обязалась продолжить ее.


— О чем конкретно идет речь?


— Суть проекта не предусматривает формирование нового финансового инструмента для Африки. Его цель в том, чтобы способствовать частным инвестициям на континенте. С одной стороны, нужно составить список потребностей в развитии и оказать содействие в определении полезных проектов. С другой стороны, следует создать условия для формирования благотворной для бизнеса регламентарной и юридической среды. Оно является предварительным условием для любых частных инвестиций, а африканские государства должны сами добиться этого в своих аппаратах. Все прорабатывается в тесном сотрудничестве с африканскими странами, а также Всемирным банком, Африканским банком развития и Международным валютным фондом. Все происходит на добровольной основе, мы ничего не навязываем. Это очень важно, потому что многие еще помнят о колониальной эпохе.


— Некоторые НКО критически отзываются об этой слишком абстрактной, по их мнению, инициативе, которая не предусматривает выделения каких-либо средств…


— G20 — не та структура, которая занимается выделением финансовой помощи. Для этого существуют другие каналы вроде сотрудничества и государственной помощи развитию. Как я уже говорил, стратегия G20 нацелена на частные инвестиции. Разумеется, Африке нужны государственные средства, в частности для развития инфраструктуры. Как бы то ни было, многое можно изменить и с помощью частных инвестиций.


— Отводится ли Франции значимая роль в этой инициативе?


— Да, она играет очень активную роль. Должен сказать, что все наши европейские партнеры широко поддерживают этот проект. Мы также сотрудничаем с Китаем, Индией, Индонезией и ЮАР, которая берет на себя роль посредника. Африка должна стать для всего остального мира пространством сотрудничества, а не соперничества.


— Как отбираются страны?


— Они сами подают заявки. Программа открыта для всех, никого ни к чему не принуждают. Сейчас в ней участвуют семь стран: Марокко, Тунис, Руанда, Сенегал, Кот-д'Ивуар, Гана и Эфиопия. О том, чтобы последовать их примеру, подумывают еще три государства.


— Не плохо ли, что первые страны-участницы входят в число самых богатых в Африке?


— Работа первых африканских стран-участниц должна быть успешной. Если они смогут добиться конкретных результатов в плане развития, то станут примером и вызовут и других желание пойти тем же путем. Мы думали о том, как может выглядеть первая группа стран, у которых наибольшие шансы на успех в этой инициативе. Во всяком случае, двери открыты для всех, и мы отмечаем в Африке растущий интерес к инвестиционному партнерству. Африке отводится не пассивная, а активная роль.


— С чем связан растущий интерес к континенту, в отношениях с которым у вашей страны нет давних традиций?


— Африка — соседний с Европой континент. Таким образом, она поднимает вопросы, которые касаются всей Европы, а не только Германии. У нас не получится создать условия для стабилизации Африки, если число проблем продолжит расти. Всему остальному миру и в частности Европе придется иметь дело с последствиями. Миграционный кризис открыл глаза Германии. Нужно отбросить бездействие и принять нашу долю ответственности во все более взаимосвязанном мире. Раз сегодня мы сильнее других континентов в политическом и экономическом плане, то должны предложить нашу помощь.


— Идет ли речь о том, чтобы открыть новые рынки для немецких предприятий?


— Развитие континента может принести им выгоду в том случае, если оно является залогом стабильности. В этом проявляется одна из сторон глобализации: она вовсе не является антагонистической игрой, и может оказаться полезной для всех. Это относится и к Африке. Кроме того, мы, европейцы, должны быть готовы к тому, чтобы обеспечить большую открытость наших рынков для африканских товаров.