Украина возобновила замороженную Януковичем стратегическую цель в сфере безопасности — вступление в НАТО. Киев планирует в 2020 году подать заявку на получение Плана действий по приобретению членства в Альянсе. Эксперты, опираясь на опыт вступивших в НАТО соседей по соцлагерю, говорят, что все можно сделать намного быстрее.


Украина обновила приоритеты в сфере безопасности — Верховная рада приняла закон о стратегической цели страны вступить в Североатлантический альянс. И шаги к ее достижению уже сделаны. Комиссия Украина-НАТО обозначила срок подачи заявки для получения нашей страной Плана действий по приобретению членства в Альянсе (ПДПЧ) — 2020 год. Почему заявка будет подана не сейчас, а лишь через три года, пояснил президент Петр Порошенко, заявив, что пока «Украина не соответствует критериям членства, так как 20 лет ничего не делалось».


Действительно, за все годы независимости Украина, не раз объявлявшая о своей готовности войти в Альянс, дальше громких уверений не пошла. Особую «раскольную лепту» внес в эту историю Виктор Янукович. Хроника событий такова: в 1992 году Украина, обретя независимость, присоединилась к Совету Евроатлантического партнерства, который ведет от лица НАТО переговоры с внеблоковыми странами. В 1997 году подписала документ об углублении партнерства — «Хартию об особом партнерстве НАТО и Украины».


В 2000 году, впервые в истории, НАТО провело свою ежегодную встречу за переделами стран-членов — в Киеве. В 2004 году украинский парламент принял закон о свободном доступе военных сил НАТО на территорию Украины. Затем последовал первый решительный шаг — в 2005 году на заседании комиссии Украина-НАТО в Вильнюсе Киев заговорил о вхождении в Альянс. Ответ последовал в тот же год — в то время президент США Джордж Буш поддержал наш выбор.


И Украина, гарантом действий которой тогда был президент Виктор Ющенко, сменила военную доктрину, указав стратегическую цель — полноправное членство в Альянсе. Но грянул 2006 год, и тогдашний премьер Виктор Янукович, под аплодисменты Кремля, заявил — Украина откладывает принятие ПДПЧ. Как результат — в 2008 году на саммите НАТО в Бухаресте нашей стране было отказано в получении ПДЧ, но нас в очередной раз уверили — «двери открыты», нужно только подогнать к соответствию критерии…


Затем, в 2010 году Янукович, став президентом, и вовсе заморозил вопрос вступления нашей страны в НАТО, переключившись на укрепление дружбы с Россией. Возобновился диалог с Альянсом лишь в 2014-м — после победы Революции достоинства и разрыва отношений с Москвой, аннексировавшей Крым и оккупировавшей часть Донбасса в ответ на ассоциацию Украины с Европой. Сейчас переговоры с НАТО перешли в активную фазу. Но вот только сроки вхождения в Альянс снова растянуты на долгие годы.


Эксперты уверяют, что у власти — неверные ориентиры, все можно сделать намного проще и быстрее. В пример ставят опыт соседей по соцлагерю, которые первыми среди стран Восточной Европы из развалившейся организации Варшавского договора и СССР стали членами НАТО и уже достигли огромного прогресса в сфере безопасности. Речь пойдет о балтийских государствах и Польше — да и, в целом, о том, что собой представляет путь в НАТО.


План членства в Альянсе Первый шаг в НАТО — получение Плана действий по обретению членства в альянсе (ПДЧ). ПДЧ предусматривает реализацию целого ряда условий, и для каждой страны они устанавливаются с учетом ее особенностей. Но есть одно общее правило, которое и является самым главным, — План необходимо в полном объеме выполнить.


Он, план, включает в себя несколько блоков: экономический — экономика претендентов на членство должна соответствовать европейским рыночным стандартам; политический — в этот блок требований в случае с нашими соседями входили люстрация и декоммунизация, искоренение коррупции, верховенство права и т.д.; военный.


«Экономические и политические блоки направлены на то, чтобы страны-претенденты вошли в европейскую семью. То есть, речь идет о единстве объектов защиты. НАТО — оборонительный союз, поэтому объект защиты должен быть однородным. И это является для всех стран-участников альянса единым», — отметил военный эксперт Николай Сунгуровский, добавив, что общей чертой вступления в НАТО для стран Восточной Европы стало то, что они рассматривали это как первый шаг получения членства в ЕС.


«За счет того, что они выполняли политические и экономические блоки плана приобретения членства в НАТО, они приближались к стандартам ЕС. То есть, этот путь они прошли параллельно. И это естественно: основной объект защиты НАТО — Европа», — говорит Сунгуровский.


Далее в ПДПЧ идет военный блок. В первую очередь, речь идет о способности вооруженных сил страны-претендента на членство взаимодействовать с войсками НАТО. Также страна должна осуществлять со своей стороны вклад в оборонительный потенциал Альянса и иметь единые подходы к строительству вооруженных сил. Но и в этом вопросе в отношении к претендентам тоже есть особенности. Опыт соседей Страны Балтии имеют примерно одинаковую историю вхождения в Североатлантический Альянс, как и дату обретения членства — 2004 год.


Латвия определилась с приоритетом вхождения в НАТО в 1991 году — присоединилась к Совету североатлантического сотрудничества. В 1994 году подписала рамочный документ программы «Партнерство ради мира». В 1999 году на саммите НАТО в Вашингтоне Латвия была названа страной-кандидатом на вступление в Альянс. В 2001 году структура Вооруженных Сил Латвии была существенно пересмотрена для соответствия новым стандартам НАТО.


Будучи пограничной зоной в рамках СССР, Латвия имела специфический состав Вооруженных Сил, которые являли собой, по сути, пограничный опорный пункт. Но по стандартам НАТО состав армии нужно было менять, он должен был представлять собой армию быстрого реагирования на вероятные угрозы. Сделать это, в том числе, модернизировать техническое оснащение и инфраструктуру Вооруженных Сил, Латвия смогла при содействии стран-членов Альянса и США.


Риге была предоставлена не только необходимая техника, но и финансовая поддержка, составляющая порядка 3-4 млн долларов в год. В 2003 году парламент Латвии одобрил новую концепцию национальной обороны, направленную на формирование профессиональных вооруженных сил. Со вступлением в НАТО Латвия приобрела зенитно-ракетное вооружение, затем перешла на стандарты Альянса для стрелкового оружия.


После, с помощью США, армия Латвии пересела на соответствующие стандартам НАТО авто- и бронемашины, ей были переданы новые средства связи. Латвия стала первой из стран Балтии, которая отказалась от призыва и полностью перевела свою армию на контракт (2007 год). На сегодняшний день Вооруженные силы Латвии — почти 6 тысяч военнослужащих и 10 тысяч резервистов, военный бюджет — около 400 млн евро в год (1,3% ВВП).


Министерство обороны, по стандартам НАТО, передано под гражданский контроль. Литва пережила практически тот же процесс вхождения в НАТО, что и Латвия. В 1991 году присоединилась к Совету североатлантического сотрудничества, и уже в январе 1992 года было создано официальное представительство Литвы в Брюсселе по связям с Европейским сообществом и НАТО. Литва официально подала заявку на членство в 1994 году и была принята в ряды Альянса в 2004 году.


Как рассказал УНИАН экс-командующий литовской армии, бывший советник министра обороны Литвы генерал Йонас Кронкаитис, требования в Литве были очень простыми — чтобы страна ассимилировала ценности демократической страны и вносила пропорциональный вклад в общую оборону. Литва должна была преобразовать свою военную структуру, чтобы иметь возможность взаимодействовать с действующими силами НАТО.


«Литве повезло, что люди с готовностью понимали ценность вступления в Альянс. Россия в то время не была подготовлена, и, на мой взгляд, не думала, что НАТО увидит смысл в принятии трех стран Балтии, поэтому она не проводила эффективную кампанию, чтобы заблокировать процесс. Самая сложная часть — возрождение экономики Литвы, которая затем могла бы поддерживать необходимые действия по реализации Плана по присоединению», — отметил генерал.


По его словам, финансирование обороны было абсолютно недостаточным, стране пришлось сделать очень многое. Первоначально воинские части были организованы добровольцами. Не было возможности приобрести современное оружие или оснащение. Процесс трансформации в регулярные силы занял немало времени, но, по мере становления экономики, армия получила должную поддержку. С 1997 года началось ее преобразование в соответствии со стандартами НАТО.


Приоритет был отдан подготовке военнослужащих. При содействии США, Великобритании, Дании, Германии, Франции и других стран НАТО, вся система военной подготовки армии Литвы была преобразована. «Различные страны предоставляли оружие и оснащение в качестве подарков или продавали по символической цене. Мы решили принимать такую ​​поддержку.


Приоритет был отдан приобретению современных противотанковых ракет «Джавелин» и зенитных ракет малой дальности «Стингер». По сути, приоритетными были программы по подготовке людей, чтобы создать хорошо обученные, правильно организованные и высокомотивированные Вооруженные Силы. Литва отложила приобретение очень дорогого высокотехнологичного оружия. Это было сделано уже в последние годы при содействии стран-членов Альянса и США», — вспоминает Кронкаитис.


При этом он подчеркивает, что Литве было предоставлено много помощи, чтобы соответствовать требованиям НАТО, но не делалось никаких поблажек, которые позволили бы эти требования обойти. По его словам, основные средства были направлены на наращивание оборонной мощи Литвы для сдерживания агрессора до подхода основных сил союзников по НАТО.


«Фактически, если бы Литва не стала членом Альянса, никакая сумма не обеспечила бы ей безопасность от иностранной агрессии. Если речь идет о мифических 2% валового внутреннего продукта, то я должен сказать, что такого требования не было. В 1999 году я предложил, чтобы НАТО приняло минимальный стандарт, который каждая страна должна выделять на свои Вооруженные Силы. Этот стандарт никогда не принимался формально, но неофициально он служит для измерения того, поддерживает ли страна военную позицию, чтобы способствовать коллективной защите, предусмотренной Уставом НАТО», — отметил генерал.


На сегодня Литва — активный член НАТО, военный бюджет страны составляет до 400 миллионов долларов в год, численность вооруженных сил — чуть более 10 тысяч кадровых военнослужащих, 6 тысяч резервистов. В 2008 году был отменен призыв на срочную военную службу, в 2015-м он был временно возобновлен. Эстония — одна из стран-основательниц Совета Евро-атлантического партнерства. В 1994 году присоединилась к программе «Партнерство ради мира».


В 1996 году начала активные переговоры о членстве в Альянсе. В 1999 году в Вашингтоне НАТО признало Эстонию как одного из возможных кандидатов в члены альянса. В 2004 году Эстония вступила в НАТО. И началась модернизация Вооруженных сил страны при содействии США и стран-членов альянса по принципу Литвы и Латвии.


На сегодня Эстония является единственной страной среди государств Балтии, где по сей день действует призыв на срочную военную службу. Вооруженные силы Эстонии насчитывают более 5 тысяч человек, из которых 2 тысячи — военнослужащие срочной службы. Резервный состав — порядка 16 тысяч человек. В стране также существуют добровольческие территориальные военизированные формирования, которые, вместе с Вооруженными Силами, являются частью Сил Обороны Эстонии.


Данные дружины способны привлечь в состав армии еще около 10 тысяч человек в случае необходимости. Эстония — единственная страна Балтии, которая соблюдает стандарт НАТО по доле ВВП на нужды армии — 2% (более 400 млн долларов). С момента вступления Эстонии в НАТО военнослужащие активно участвуют миротворческих миссиях и являются участниками учений Альянса.


Польша же сильно отличается процессом вхождения в НАТО от балтийских стран. И это понятно — площадь страны, как и количество населяющих ее жителей, в разы больше. Варшава заявила о натовском приоритете сразу после развала соцлагеря — в 1989 году. Вообще первые контакты между Польшей и НАТО состоялись еще во времена действия Варшавского договора, когда Вооруженные Силы Польши официально назывались Польское народное войско.


Кстати, в те времена армия Польши была второй по численности среди Вооруженных Сил стран организации Варшавского договора и насчитывала более 300 тысяч военнослужащих (больше военных было только у СССР). В 1992 году в НАТО объявили о рассмотрении вопроса вступления страны в свои ряды. В 1993 году из Польши выводят советские войска, и президент Лех Валенса официально заявляет о приоритете внешней политики — членстве в НАТО. Стартовала программа «Партнерство ради мира» и модернизация польской армии, основой которой были бронетанковые войска (2,5 тысячи танков) — устаревшего хлама советского производства. В 1999 году страна вступила в Альянс, численность польской армии к тому времени уже составляла 200 тысяч человек. Начались закупки техники и модернизация соответствующей инфраструктуры по стандартам НАТО. То есть, реальная подгонка польской армии к стандартам Альянса производилась уже после вступления Польши в этот оборонный союз.


Особое место можно отвести включению Польши в Программу инвестирования НАТО в сфере безопасности (NSIP), которая создана для совместного обеспечения проектов развития оборонных возможностей государств-членов Альянса. Стоимость всех инвестиций NSIP в Польшу — 850 млн евро. Так, Варшаве удалось, к примеру, модернизировать шесть военных аэропортов, построить новые системы связи, обзавестись радиолокационным системами дальнего обнаружения, приобрести новую авиа- и бронетехнику.


На сегодня Вооруженные силы Польши насчитывают 120 тысяч профессиональных военнослужащих. По численности это — седьмая армия в НАТО. На оборону страны идут стандартные для НАТО 2% ВВП (более 900 миллионов долларов в год). Украина и НАТО Вместе с активизацией Киева в вопросе сближения с Альянсом, громче зазвучали и голоса скептиков, утверждающих, что вступление Украины в НАТО и даже получение нами ПДЧ — невозможно, по крайней мере, до завершения войны на Донбассе и прекращения Россией оккупации Крыма. Пессимисты (в вопросе евроатлантической интеграции Украины) апеллируют к статьям 7 и 8 Устава НАТО, согласно которым в состав Альянса не могут быть приняты страны, имеющие территориальные споры и претензии.


Однако, с юридической точки зрения, 7 и 8 статьи Устава как раз проблемой для Украины не являются — по крайней мере, не могут быть формальным препятствием для получения Киевом ПДЧ: не Украина выступает провокатором конфликта, у нашей страны территориальных претензий к другим странам мира нет; Крым в международном праве, как и весь Донбасс, признаны частью Украины. Поэтому, для получения минимума — ПДЧ — все основания у Украины есть.


Да и, на самом деле, даже получению полноценного членства ни проходящая на востоке АТО, ни, по факту, оккупация Россией Крыма — не препятствие, будь на то политическая воля Киева и ключевых столиц НАТО. Живой пример — членство в Альянсе одновременно Турции и Греции, несмотря участие обеих стран в Кипрском конфликте. Пример вхождения в НАТО стран Балтии и Польши, на самом деле, идентичен процессу вливания в Альянс других стран Восточной Европы. Этот путь шел параллельно с интеграцией в Евросоюз.


Причем, странам не приходилось переходить на стандарты НАТО (например, калибры стрелкового вооружения) до обретения членства. Это делалось потом, при содействии западных партнеров. Власти же Украины говорят обратное: сначала — стандарты, потом — членство. А ведь такой подход может только застопорить достижение нами евроатлантической цели. «НАТО не требует, чтобы сразу все Вооруженные Силы перешли на их стандарты. НАТО нужно, чтобы в определенный период определенные подразделения принимали участие в общих учениях. И эти подразделения должны полностью соответствовать стандартам НАТО — по связи, управлению, организации боевых действий, материально-техническому обеспечению. То есть, Украине не нужно перенапрягаться, процесс можно растянуть на достаточно большой период и к моменту завершения выполнения Плана действий по членству выйти на стандарты НАТО. Вкладывать огромные средства, чтобы как можно быстрее получить ПДЧ, нет никакой необходимости. Это — не рационально. Но наше политическое руководство думает по-другому», — подчеркивает военный эксперт, директор военных программ Центра Разумкова Николай Сунгуровский.


Кронкаитис считает, что стратегическое расположение Украины, большое население и развитая промышленность могут внести существенный вклад в коллективную оборону и стабильность НАТО в Европе, поэтому перспективы Украины в вопросе членства в Альянсе, по мнению генерала, — превосходные, но есть риск вмешательства в процесс России. «Нужно признать, Россия заявила, что, если Украина станет членом Альянса, то это несет для нее угрозу.


Но НАТО не является угрозой, это оборонительный союз, способствующий миру и стабильности, который также принесет пользу России. К сожалению, нынешнее российское правительство планирует превратить страны бывшего Советского Союза в российскую империю и сделает все возможное, чтобы помешать вступлению Украины в НАТО», — убежден генерал.


Украина уже многого добилась в противостоянии российской угрозе на международном уровне. Запад — на нашей стороне, его поддержка стремлениям войти в НАТО будет обеспечена. Остается надеяться, что власть сделает все возможное для ускорения процесса вхождения в альянс — в самый успешный союз по защите мира, демократии и прав человека, в содействии с которым агрессия Кремля будет остановлена.