Дорогие русские, вы — совершенно особенные. В то время, как восприимчивые и основательные во всем немцы в представлении других народов являются воплощением гипертрофированного «Я», вы олицетворяете гипертрофированное «Оно».

Я как-то был в Дубае. Там на каждом пляже висят запрещающие таблички на русском языке, но это совершенно бесполезно. Россиянки постоянно снимают верхнюю часть купальников — находясь, напомню, в мусульманской стране. Голых россиянок арестовывают, заставляют одеться и сажают в самолеты, отвозящие их обратно, на родину. Но прилетают все новые и новые самолеты с новыми и новыми русскими женщинами, которые вновь и вновь оголяются.

В берлинской сауне Liquidrom мне доводилось наблюдать, как русские минут за 15 до начала сеанса занимают полотенцами почти все места, а если какой-нибудь немец осмеливается указать им на это безобразие, они игнорируют это замечание настолько убедительно, что немцу не остается ничего иного, как убраться восвояси. Русские невежливы и при этом сильны.

Одна известная журналистка как-то сказала мне, что больше не ходит в свой любимый итальянский ресторан в Шарлоттенбурге (район в Берлине — прим. пер.). Причина: там собирается слишком много русских. Вообще-то эта женщина совершенно толерантна к иностранцам и их культуре, но в случае с русскими ее терпение просто лопнуло. Мне довелось побывать в этом ресторане. То, что я там увидел, вероятно, случилось когда-то в доме Распутина. Когда на монаха Распутина, бывшего якобы любовником русской царицы, готовилось покушение, его недруги подсыпали ему в пирог и в вино стрихнин. Он все это съел и выпил, потом встал и собрался уйти, потому что его еще ждали несколько любовниц. Встряхнулся и пошел, пошатываясь, к кровати. В конце концов, его, еще живого, утопили в проруби в Неве. Правдива эта история или нет — неважно, но она довольно точно отражает умение русских получать от жизни удовольствие во всех ее проявлениях — от еды до драки.

Одна видеозапись из отеля «Byron» в итальянской Тоскане стала настоящим хитом в интернете. Владельцы гостиницы просят своих русских гостей обращаться с персоналом по-людски и, в частности, не выпивать водку из бутылок одним залпом, потому что в Италии так не принято. Если ввести в поисковике Google вопрос «Почему русские такие...», то на выбор, в первую очередь, предлагается дополнение «...жестокие?».

Если кто-то решится в аналогичном тоне заговорить о других национальностях, то ему придется приготовиться к жаркому спору со мной. Поношение русских является в наше время своеобразным мейнстримом, если только речь не идет о симпатичном и совершенно нетипичном для русских Владимире Каминере. Я готовился к написанию этой статьи целый год и с уверенностью могу сказать: вы найдете единомышленников в любой компании, если начнете злословить о русских, если только вас не угораздит попасть в компанию ярых поклонников Левой партии.

Почему это так? Русские не вписываются в стереотип, который с удовольствием рекламируют другие группы. Русские, определенно, не хотят быть «жертвами». Если вы скажете какому-нибудь русскому, что он подвергается дискриминации, и что вы солидарны с ним из-за этого, то, возможно, он прострелит вам коленку и потащит вас к проруби в Неве со словами «Жертва — это ты, братишка».

А после этого он полетит голым в Дубай, чтобы накупить там золота. Немец — это гипертрофированное «Я», а русский — гипертрофированное «Оно». Ах, я люблю эту силу, эту душу, эти алкогольные напитки! Назовите меня Иваном Ребровым (немецкий оперный и народный певец Ганс-Рольф Рипперт (Hans-Rolf Rippert), выступавший под этим псевдонимом и исполнявший русские песни и романсы — прим. пер.) из числа немецких журналистов. А возможно, я говорю это просто потому, что не хочу, чтобы мне прострелили коленку.

Харальд Мартенштайн является редактором газеты Der Tagesspiegel.