Запрещение салафитского объединения «Истинная религия» и его фонда «Читай!» (Lies!) можно рассматривать как необходимую оборону государства. Но подобный запрет вместе с полицейскими проверками в 190 немецких домовладениях можно рассматривать также как вмешательство в отправление религиозных обрядов. Большая коалиция представляет обе точки зрения.

Томас де Мезьер (ХДС) говорит, что с переводом Корана в руках некоторые люди распространяют антиконституционные идеологии и способствуют таким образом радикализации молодежи. «Германия является настоящей демократией — систематическое ущемление наших основных прав несовместимо с мнимой свободой религии. Здесь правовое государство посылает однозначный сигнал».

Уполномоченная по вопросам беженцев федерального правительства Айдан Озогуз (Aydan Ozoguz) (СДПГ) дала интервью телеканалу Phoenix, которое будет показано 18 ноября, но некоторые непрямые цитаты стали уже известны. Вопрос о том, являются ли полицейские облавы правильной мерой, решают правоохранительные органы, подчеркивает она. По ее словам, раньше подобные действия часто не приносили никаких результатов.

Подобные действия оставляют «следы», в том числе у молодых людей. «Возникает ощущение о наличии произвола, и, естественно, немедленно пробуждаются теории заговора по поводу того, а что, собственно, делает государство с этими людьми». Преследуя исламистов, нужно действовать «с большой осторожностью», чтобы не возникали разговоры о проникновении в мечети без четкого юридического обоснования, подчеркивает Айдан Озогуз.

Свобода религии или безопасность — мнимая альтернатива

Запрет группировки «Истинная религия» не является первым — и раньше проводились масштабные облавы против исламистов. В 2001 году была запрещена организация «Государство Халифат» турецкого экстремиста Кемаледдина Каплана (Cemaleddin Kaplan), а в 2003 году была проведена значительно более масштабная полицейская операция, включая обыски, на основании подозрения о продолжении ее деятельности.

Кроме того, летом 2012 года была запрещена салафитская группировка Millatu Ibrahim, а через год такая же участь постигла группировку Dawa. Между этими группировками и «Истинной религией» существовала определенная близость — прежде всего в лице таких приверженцев, как рэпер Денис Касперт (Denis Cuspert), который посещал собрания этих группировок, после чего стал пособником убийц на Ближнем Востоке.


Косовский албанец Арид Ука (Arid Uka), убивший во время первого в Германии исламистского теракта двух американских солдат в аэропорту Франкфурта, имел контакты с одной мечетью, в которой активно действовала группировка «Истинная религия».

Свобода религии или безопасность — это мнимая альтернатива. Политика во имя светского всеобщего блага запрещает деятельность и христианских группировок, которую их представители считают неотъемлемой частью отправления религиозного культа, в частности тогда, когда речь идет о строгом религиозном домашнем обучении детей школьного возраста.

Салафиты стремятся к принудительной миссионерской деятельности в мире


После терактов 11 сентября 2001 года Берлин вычеркнул положение о религиозных привилегиях из закона об образовании объединений, которое наделяло религиозные группировки более высоким статусом и освобождало их от простого государственного запрета. Организаторы теракта в Америке использовали одну мечеть в Гамбурге для сокрытия своей деятельности. Такие салафитские группировки, как «Истинная религия», похожи на некоторые христианские или иудейские секты, поскольку они тоже противопоставляют государству предполагаемые изначальные формы религии. Однако салафиты не отрекаются так просто от современности, когда отстраняются от мира и ищут спасения в закрытых группах.

Они стремятся к свержению нынешних правителей в исламистских государствах, а также к принудительному привлечению к миссионерской деятельности всего мира. Они считают запрет любой музыки, а также смертный приговор в отношении гомосексуалистов оправданными с точки зрения религии, и, кроме того, они проповедуют террористическое насилие.

Подобных вещей глава «Истинной религии» палестинец Ибрагим Абу Наджи (Ibrahim Abou-Nagie) старательно стремился избегать, учитывая существующие в Германии законы. Его сторонники, совершающие убийства в Сирии, говорят, естественно, на немецком языке. И на самом деле нет указаний относительно того, что Абу Наджи пытался любой ценой их от этого отговорить.

Теперь адвокаты попытаются отменить введенный запрет в суде. Они имеют на это полное право. Но и политика имеет полное право сказать: тот, кто должен убивать других людей для того, чтобы почувствовать себя ближе к Аллаху, является не верующим человеком, а террористом.