В Афганистане все должно было пройти как по маслу — так же, как в Чехословакии в 1968 году. Когда на Рождество 1979 года советские войска открыли огонь, Запад смирился с тем, что через несколько месяцев «покраснеет» Афганистан, а после — и весь Персидский залив. Но вместо этого развалился Советский Союз, в том числе — из-за закулисных игр США и масштабной торговли героином.


2 февраля 1989 года. Афганский Кабул покидают последние советские солдаты. Они деморализованы, измождены гепатитом и тифом. Дома их не встречают как героев, и они присоединяются к 470 тысячам раненых и больных солдат, безымянных бедолаг, на которых кремлевское правительство истратило с 1979 по 1989 годы более 2,4 миллиарда долларов. Страну охватит «афганская болезнь» (нечто вроде американского «отрезвления после Вьетнама»).


Во второй половине 70-х годов престиж Москвы поднялся до небывалых высот. После американского провала во Вьетнаме и нефтяного кризиса, который охватил прежде всего западный мир, Советский Союз чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы опрометчиво войти в коварный Афганистан. СССР не заботило, что в современной истории эта горная, разделенная между разными народами и племенами страна ни разу не была покорена. В последний раз попытку захватить ее предприняли британцы в ходе третьей Англо-афганской войны в 1919 году, и их попытка провалилась.


«Если бы мы оценили опыт британцев, полученный на войне на обширной, голой и горной местности, мы не выбрали бы тактику с использованием мотострелковых и танковых подразделений, — заявил после войны генерал Борис Громов. — Нужно было отдать предпочтение пехоте и запастись терпением. Никаких ковровых бомбардировок». Также Громов сказал, что «ошибкой было игнорировать влияние моджахедов, которых привлекло на свою сторону и масштабно финансировало ЦРУ». В общем, советская армия «забылась», погрузившись в схемы ведения войны на хорошо просматриваемых европейских равнинах и гибридные методы оккупации, которые были использованы в Венгрии (в 1956 году) и Чехословакии (в 1968 году).


Тем не менее, после появления первого советского десанта в Кабуле на Рождество 1979 года и скорого захвата города ситуация выглядела оптимистично. Однако, как подтвердят 25 годами позже американцы в Ираке, быстрое продвижение по неприятельской восточной стране — сомнительное достижение.


Советское продвижение в Афганистане замедлилось уже через несколько недель. Горные массивы над крупными городами контролировали моджахеды, мусульманские фундаменталисты, объединившиеся в полувоенную организацию. Неприятие у них вызывал даже предлог, использованный для советского вторжения (фальшивая просьба афганского руководства о «помощи»). Как только стране начали оказывать «братскую помощь», непредсказуемый коммунистический премьер Нур Мохаммад Тараки был заменен на более надежного Бабрака Кармаля (в 1978 —1979 годах он был послом в Чехословакии). Численность советской группировки во враждебной стране, по размерам превышающей Францию, достигла 120 тысяч человек, которые были разделены на пять дивизий, четыре бригады и четыре самостоятельных полка.


Но большую часть афганской территории — холмистых возвышенностей и горных плато — контролировали моджахеды, которые тайно получали снайперские винтовки и ракетные комплексы американского производства.


Соединенные Штаты, которые в 1981 году возглавил энергичный Рональд Рейган, вмешались в конфликт косвенно, однако их вложения в эту войну (3,2 миллиарда долларов) в результате превысили советские. Американские средства поступали в Афганистан без ведома Конгресса через ЦРУ прямо в руки моджахедов.


«Эти люди — нравственный эквивалент американских отцов-основателей». Эту замечательную фразу произнес в 1985 году не какой-нибудь идеалист-радикал, а Рональд Рейган, с согласия которого предпринимались и другие — отвратительные с нравственной точки зрения — действия. В частности, велась торговля афганским героином.


Сегодня уже хорошо известно, что под прикрытием ЦРУ и Пакистанской межведомственной разведки опиум с полей моджахедов поставлялся в Пакистан, где его обрабатывали и затем продавали. Предположительно, доходы от продажи наркотиков принесли от полумиллиарда до миллиарда долларов. Кстати, в 80-е годы американское Управление по борьбе с наркотиками не осуществило ни одной крупной операции для пресечения торговли героином.


Уже в 1981 или в 1982 году советским генералам стало ясно, сколько проблем возникнет в Афганистане: советским войскам не помогал даже легендарный вертолет Ми-24, потому что моджахеды «нейтрализовали» его не менее эффективным оружием — зенитно-ракетным комплексом с инфракрасной системой наведения FIM-92 «Стингер».


Более того, когда в 1983-1984 годах число моджахедов начало превышать советские силы, победа в Афганистане стала казаться просто утопией.


Война, которая должна была подтвердить советское доминирование 70-х годов, открыла истощенность послевоенной державы, которая не сумела создать жизнеспособную экономику. В марте 1985 года, после прихода Михаила Горбачева к власти и начала перестройки, советская экономика начала стремительно разваливаться, что сказалось и на войне в Афганистане.


После 1986 года важно было уже просто вывернуться из положения, избежав позора. Но, как оказалось, его было не избежать, и на решение Кремля окончательно уйти из страны, которая обломала ему зубы, повлияли только угрозы со стороны США и Канады о том, что они остановят поставки зерна в изголодавшийся после неурожая 1988 года СССР.


Агония Москвы прекратилась 15 февраля 1989 года, но мир в Афганистане так и не воцарился. Нет его там и сегодня. Укрепление моджахедов, которые в 1996 году объединились в «Талибан» (запрещенную в России террористическую организацию — прим. ред.), вылилось в рост фундаментализма, и его символом сегодня является «Аль-Каида» (запрещенная в России террористическая организация — прим. ред.). А Соединенным Штатам их игра вернулась бумерангом.