Как сообщают независимая «Новая газета» и правозащитные организации Amnesty International и Human Rights Watch, в Чечне задержали около ста человек за гомосексуализм, а затем пытали их и отправили в секретные тюрьмы неподалеку от Грозного. По словам эксперта по Северному Кавказу Од Мерлен (Aude Merlin) из Центра исследования политической жизни Брюссельского свободного университета, все это неудивительно с учетом «тотального политического контроля со стороны главы республики Рамзана Кадырова», который делает невозможным инакомыслие и любые проявления принадлежности к меньшинствам.


Le Monde: Что вы можете сказать о материале «Новой газеты»?


Од Мерлен:
Гомосексуализм как таковой в России не запрещен. Официально закон 2012 года предусматривает ответственность за пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних. Как бы то ни было, унаследованная с советских времен судебная, полицейская и политическая практика отличается репрессивным характером и подталкивает многих гомосексуалистов к тому, чтобы уехать из страны.


В Чечне эти репрессии совершенно не кажутся мне удивительными. Тотальный политический контроль со стороны главы республики Рамзана Кадырова на протяжение многих лет делает невозможным инакомыслие и любые проявления принадлежности к меньшинствам. Это прекрасно продемонстрировали пытки, избиения и государственное насилие в 2016 году.


Все это сочетается с призывами к возвращению чеченского общества к традициям (разрешение многоженства, правила одежды и поведения для женщин, терпимость к кровной мести, вынужденные браки и домашнее насилие) на фоне использования властью официального ислама, который находится полностью у нее под контролем.


Учитывая, что Рамзан Кадыров называет себя верным учеником Владимира Путина, связь между внутренними чеченскими практиками и официальной российской политической риторикой (критика нравственного упадка Европы и Запада, особенно после узаконивания однополых браков) не кажется удивительной.


Неожиданность, скорее, в том, что жертвы репрессий решились рассказать о них, несмотря на атмосферу страха и возможность новых репрессий против оставшихся в Чечне родственников. Удивительно и то, что журналистам «Новой газеты» удалось выпустить этот репортаж вопреки запрету, отгораживающему чеченский вопрос.


— Что, по-вашему, может подтолкнуть чеченские власти к таким репрессиям?


— Иногда найти мотивы политических процессов бывает непросто. В любом случае, в 2016 году в Чечне наблюдалось значительное усиление репрессий, о чем свидетельствует ряд докладов международных НКО. Послание чеченской власти, которая давно отметилась гипертрофией силовых структур и сильнейшей милитаризацией, становится еще одним предупреждением. Терроризирование общества со стремлением показать ему, что разрешено, а что нет, является одним из условий нынешнего политического договора в Чечне.


Чечня представляет собой «государство в государстве», где не применяются российские законы. В обмен на усиленную верность Российской Федерации, куда вновь вошла некогда сепаратистская Чечня, Рамзан Кадыров получил от Москвы полный карт-бланш на принуждение и насилие во имя борьбы с терроризмом, а также огромные экономические вливания для восстановления республики.


Что касается гомосексуализма, подобные меры получают отклик и со стороны большей части общества. Оно выстраивается на основе чеченских обычаев, по которым за действия одного человека несет ответственность весь его клан, и придерживается традиционалистских взглядов на этот счет. Причем все это происходит в обстановке страха и снисходительного отношения власти к убийству чести.


— Существуют ли в России и Чечне структурированные движения в защиту прав гомосексуалистов?


— В России запрещена пропаганда среди несовершеннолетних. Несовершеннолетние гомосексуалисты сами крайне уязвимы в связи с законом, полицейскими практиками и взглядами общества. Представленный в 2015 году на фестивале One World в Брюсселе документальный фильм «Дети-404» Аскольда Курова и Павла Лопарева прекрасно демонстрирует сочетание воздействия закона и общественного порицания. Многие гомосексуалисты становятся жертвами агрессии.


В то же время ЛГБТ-движение начинает выстраиваться. Ассоциация «Дети-404» оказывает психологическую, юридическую и моральную поддержку несовершеннолетним гомосексуалистам. Проходящий в Санкт-Петербурге международный гей-фестиваль «Бок о бок» неоднократно сталкивался с давлением и трудностями, однако 20 апреля он все же пройдет уже в шестой раз.


В Чечне, насколько мне известно, никакого ЛГБТ-движения нет, особенно в обстановке репрессий. Оно просто не смогло бы существовать. Гражданское общество в Чечне под контролем.


— Россиянам известно об этих посягательствах на основополагающие права человека в Чечне?


— Все зависит от того, идет ли речь об элите или отдельных слоях общества. Власть, безусловно, в курсе событий. В обществе все неоднозначно: о ситуации знают правозащитники, аудитория небольших СМИ вроде «Новой газеты» и часть российского гей-сообщества.


Как бы то ни было, есть тут другой момент: у большинства российского общества сохранились колониальные предрассудки о Северном Кавказе в целом и о Чечне в частности. Это никак не способствует сочувствию, особенно после второй войны в Чечне 1999 — 2009 года и отрицательного представления образа чеченцев большинством СМИ, подконтрольных власти.