Иногда надо отмотать немного назад, чтобы проникнуть в суть вещей. В данном случае, например, к легендарной кинокомпании Troma из Нью-Йорка, которая в восьмидесятые-девяностые годы заявила о себе своими необычными, крайне дешевыми в производстве комедиями ужасов. В которых, например, уборщик упал в бочку с токсичными отходами и мутировал в жуткого обезображенного мстителя («Токсичный мститель»); или Лемми из группы Motorhead стал закадровым рассказчиком киноверсии пьесы Шекспира, в которой Ромео и Джульетта оказываются сексуально озабоченными, склонными к инцесту братом и сестрой («Тромео и Джульетта»).


Из этого убогого мира, где берегут каждый доллар, а каждый резиновый костюм используется по три раза, собственно говоря, нет прямой дороги к сердцу концерна супергероев Marvel, в котором на протяжении последних нескольких лет гудит богатейшая и мощнейшая машина кинопроизводства современности. Между тем, многое говорит за то, что хитрый основатель компании Troma Ллойд Кауфманн (Lloyd Kaufman) успешно заслал туда двойного агента. Его имя — Ганн, Джеймс Ганн (James Gunn). Джеймс Ганн, согласно некоторым источникам, в молодости был сценаристом в компании Troma и правой рукой Ллойда Кауфманна.


Потом он уехал в Голливуд, где привлек к себе внимание такими фильмами, как фильм ужасов о слизнях «Слизняк» («Slither»), и в итоге получил предложение от компании Marvel что-то сделать со «Стражами Галактики», до этого почти неизвестной командой супергероев Marvel. Ганн согласился и, вероятно, немного проконсультировавшись со своим шпионским руководителем, высказал свое первое безумное требование: всё, что «Стражи» творят на экране должно музыкально сопровождаться хорошо известными мотивами песни Feelgood из 70-х годов, и лучше всего даже давно забытой песней One-Hit-Wondern.


Всей серьезности экшн-фильмов теперь будет перекрыт кислород


Это могло быть воспринято как саботаж, как подрывная деятельность компании Troma. Но при обстоятельствах, которые не поддаются реконструкции, боссы Marvel не высказали никаких возражений, и так, в 2014 году «Стражи Галактики. Часть 1» вышел в кино, в котором ведущие роли играли древний плеер и смесь музыкальных фрагментов 70-х годов, и эти песни фактически доминировали над всем. Каждая сцена создавала впечатление, как будто Джеймс Ганн снимал ее с широкой ухмылкой.


К тому, что случилось потом, никто не был по-настоящему готов: зрители полюбили не только разношерстную команду «Стражей», в которой также активно участвуют циничный енот и дерево с очень ограниченным словарным запасом, прежде всего, они полюбили идею, что космические бои теперь сопровождаются музыкой таких групп, как Blue Suede или Runaways. Саундтрек стал платиновым, а фильм — блокбастером, и с этого успеха мир «Стражей» стал одним из тех кино-биотопов, где действительно еще возможно восхитительное сумасбродство.


Джеймс Ганн, агент и вдохновитель, в полной мере наслаждается своим продолжением фильма. Появилась вторая подборка музыкальных фрагментов из 70-х годов, еще более дикая, чем первая. Весь начальный фрагмент нового фильма, например, состоит только из того, что звучит «Mr. Blue Sky» без сокращений в исполнении Electric Light Orchestra и кто-то танцует. Хотя на заднем плане еще ведется космический бой с каким-то монстром, Джеймс Ганн дает понять, что эта битва, собственно, больше не заслуживает внимания — причина неважна, исход все равно ясен, всей серьезности экшн-фильмов таким образом будет перекрыт кислород, что действительно напоминает о лучших днях компании Troma. Танцор на переднем плане — только для того, чтобы передать все безумие — Малыш Грут, покачивающий задом детеныш дерева с большими черными шарообразными глазами.


Кто кого победил, кто снова спасает галактику, когда следующий полный спецэффектами космический бой? Все это здесь, скорее, неважно. Вместо этого при подлете к прекрасной психоделической планете хиппи звучит песня Джорджа Харрисона (George Harrison) «My Sweet Lord», а затем наступает время очень напряженного и долгого разговора о семье и отношениях.


Потому что «Стражи», которые в первой части объединились в пятерку, стали своеобразной семьей из отверженных и покалеченных. Тут одержимый оружием енот Ракета, сбежавший из генетической лаборатории, зеленокожая Гамора, сильнейший смертоносный воин галактики, обученная своим злым приемным отцом; Дракс Разрушитель, жена и ребенок которого были убиты, и охотник за сокровищами Питер Квилл, наполовину землянин, наполовину бог, который ничего не знает о своем неземном отце и вечно зациклен на музыке своей рано умершей матери — отсюда музыкальные фрагменты. Грут, говорящее дерево, во время прошлого приключения был вынужден пожертвовать собой ради остальных — выжил, в прямом смысле слова, один росток, который теперь растет.


Сборной семье противопоставлены родительские семьи со своими травмами. Отец-бог (Курт Рассел) появляется и заставляет своего сына Питера познать самого себя. Гамора должна окончить вечную войну против своей корыстной сестры Небулы, мнимые негодяи оказываются настоящими семейными людьми, и все они трогательно заботятся о малыше дерева. Что, при всем безумии в конце, задает направление в будущем: блокбастер, который наконец-то отказался от фетиша компьютерных сражений, снова получит пространство для юмора, подрывной деятельности — и даже чувств.