На экране в замедленном темпе летят отрубленные конечности, на североамериканском пляже друг с другом сражаются викинги. Мужчина выходит из тюрьмы. Мы наблюдаем его последние дни за решеткой. Местом съемки была настоящая тюрьма в Оклахоме. Таковы правила игры в «Американских богах»: предельная стилизация в одной сцене и созерцательный реализм — в следующей.


Мир «Американских богов» — это Средний Запад США. Плоская земля, сменяющие друг друга городки, казино, бары и региональные аэропорты. Сцены, разворачивающиеся не в этом мире, снабжаются примечанием «где-то в Америке». Интересно, что это «где-то» всегда легко поддается идентификации — Чикаго, Бруклин, Лос-Анджелес. Тень Мун, покинувший тюрьму главный герой сериала, напротив, кажется, пересекает мир, который нельзя назвать «где-то», — это просто Америка.


Именно в этом первобытном американском «нигде» Тень Мун встречает господина, который называет себя мистер Среда. У него стеклянный глаз, и он утверждает, что пожертвовал глазом ради знания. По крайней мере, теперь не только каждому доброму вагнерианцу становится ясно, с кем Тень летит через Соединенные Штаты.


Новые боги получают больше, чем кровь ягненка


Бог Один (Среда) берет его в качестве «адъютанта, моего кастеляна» на поиски богов и мифических существ, которых занесло в Соединенные Штаты. Многие из этих метафизических иммигрантов соответствуют тому, что Карл Густав Юнг называл «трикстерами»: мефистофельские игроки и некомпанейские личности, как Ло’кий Злокозны (Локи), мистер Нанси (западноафриканский бог Ананси) или древнеславянское божество Чернобог.


Вместе с ними мистер Среда хочет вступить в эсхатологическую битву против таких новых, современных богов, как, например, интернет и телевидение. Их представляет, например, Люси Рикардо (Lucy Ricardo) из ситкома 50-х годов «Я люблю Люси» (I Love Lucy) в исполнении Джиллиан Андерсон (Gillian Anderson). Новым богам тоже приносят жертвы, как объясняет она Тени: «время и внимание, намного лучше, чем кровь ягненка».


Сериал основан на романе Нила Геймана «Американские боги», написанном в 2001 году. Он не торопится с материалом. Роман Геймана стал мифологическим фильмом-путешествием. Гимном просторам Северной Америки, этническим анклавам и многим местным мифологиям, многим мечтам и страхам, которые мигранты взяли с собой в Новый Свет и для которых здесь, под ярким мерцанием экрана телевизора, возникла угроза медленно поблекнуть.


Автор телевизионной версии — Брайан Фуллер (Bryan Fuller), последнее творение которого — галлюцинаторный сериал «Ганнибал» с Мадсом Миккельсеном в роли Ганнибала Лектера. Хотя это кино с мечами, сказочными существами и избытком сцен насилия, конечно, ассоциируется у зрителей с «Игрой престолов», «Американские боги», как визуально, так и повествовательно, отличается от многочисленных подражаний «Игре престолов» мастерством его создателей. Вместо реализма и психологической точности этот сериал делает ставку на психоделику, карнавальность: буйвол, изрыгающий огонь из глаз, человек, исчезающий в вагине вавилонской богини плодородия.


Что такое мифология, если не систематизированная чушь?


Но «Американские боги» не только гротескнее конкурентов, но и более концентрированы. Вместо разрозненных сюжетных линий и постоянного движения вперед много времени уделяется отдельным персонажам, повествование обращается к эпизодам давнего прошлого. Цель не в том, чтобы в первую очередь прийти оттуда сюда. Сериал уделяет много времени чуши, чуши, которую преподносят персонажи друг другу, или той, которую сериал предлагает зрителям.


В зависимости от индивидуальных пределов терпимости иногда может показаться, что ее слишком много, но чушь, конечно, систематизирована: ведь чем еще является мифология, если не систематизированной чушью? Для создателей речь идет не о простой игре с мифическими ценностями, а о вопросе, для чего такие ценности нужны именно США. Вместо того, чтобы красть, как это еще было принято в фэнтези Джозефа Кэмпбелла, сериал «Американские боги» обращается скорее к Людвигу Фейербаху (Ludwig Feuerbach) с щепоткой Маршалла Маклюэна (Marshall McLuhan).


Божественные фокусы


Как и настоящая мифология, сериал убедителен, и не вопреки бесхитростности, а благодаря ей. Как в романе Геймана, одиссея Тени может стать немного плутовской: один эпизод следует за другим. Завораживающие персонажи появляются, ненадолго очаровывают и снова исчезают. Читатели романа знают, что они снова появятся, но так как первый сезон прорабатывает лишь первую треть романа, возможно, что возвращение запланировано лишь через несколько лет — так хотят боги телевидения.


Но вряд ли нашелся бы более эффективный метод повествования для этого материала. «Американские боги» делают стилистические нарушения принципом своего стиля. Сериал переключается между двумя режимами: терпеливый, лаконичный стиль повествования, в котором персонажам уделяется достаточно времени, выглядит почти как фильм Джима Джармуша (Jim Jarmusch) или Вима Вендерса (Wim Wenders). А с другой стороны — гротескные, напоминающие «Гран-Гиньоль» сцены из фонтанов крови, отрезанных конечностей, театральной ярости и безумной игры с историческими сюжетами. Сериал «Американские боги» может уделить минуты наблюдению за тем, как недавно овдовевший Тень Мун убирается в доме, где жил со своей женой. А потом его мертвая супруга буквально вырывает скелет из кожи негодяя.


Павшая святость


Суть в том, что оба этих мира противостоят друг другу недолго: спецэффекты намеренно шутовские, как будто даже мощнейшие метафизические вылеты — в конечном счете лишь фокусы богов. И наоборот, грязным мотелям, кабакам, региональным аэропортам и казино присуща некая развратная святость. Они сулят счастье, спокойствие, блаженство — настоящие церкви автострады. Возвышенное и ничтожное неотделимы друг от друга в «Американских богах»: когда персонаж пытается покончить с жизнью в джакузи с помощью инсектицидного спрея, в конце концов в чистилище его ожидает Анубис с инсектицидным спреем.


Неоновая реклама, бары для водителей-дальнобойщиков, мотели с кабельным телевидением: такие клише, которые могли быть взяты из песни Тома Уэйтса (Tom Waits), сериал понимает как современные мифические сюжеты. И сам сюжет, вероятно, менее важен, чем вопрос, зачем он здесь. В «Американских богах» показано как насилие, так и его отражение в американской истории: бунт на невольничьем корабле, сцена, в которой Тени грозит линчевание. В таких эпизодах предельная стилизация делает историческую выдержку терпимой. Абстрактные экспрессионистские брызги крови, напротив, больше напоминают искусство Джексона Поллока (Jackson Pollock), чем «Игру престолов». Аура насилия, ее эстетическое обрамление, как же они могли не стать одной из основных тем в сериале о богах и жертвах, которые мы им приносим?


Какой бы необычной она ни была, эстетика «Американских богов» кажется иногда немного старомодной: заставка напоминает вновь запущенное видео группы Nine Inch Nails 1999 года, и музыка звучит так же. Прежде всего, она напоминает блестящую кавер-версию Карен О (Karen O) и Трента Резнора (Trent Reznor) на песню Immigrant Song группы Led Zeppelin. Намек, вероятно, намеренный: не только потому, что в начале действительно викинги «пришли из страны льда и снега», но и потому, что сериал «Американские боги» запевает песнь о миграции. В то время, когда часть США предается вере в единую «Америку» с единой мечтой и идентичностью, американские боги Геймана и Фуллера напоминают о многих накладывающихся друг на друга мечтах и травмах, треск костей которых и составляет Америку.


«Здесь я — плохое воспоминание»


Их боги — это осадок идущих одна за другой волн иммиграции. Мечты и страхи, пришедшие с завоевателями и переселенцами, с рабовладельцами и рабами в Новый Свет. Они остались, потому что своими постоянными перебранками, своей чушью и своими заблуждениями они олицетворяют Америку лучше, чем уравниловка через телевидение и интернет. Но и они под угрозой, потому что те, кто привез их с собой, принесли не только желание воспоминать покинутую родину, но и неудержимую волю к забвению. «На старой родине я забыт, — говорит Чернобог (в его роли Петер Стормаре, Peter Stormare), — здесь я — плохое воспоминание».


Америка из «Американских богов» — лоскутное одеяло из поспешно отброшенных тоскливых воспоминаний, фольклора сотен стран, объект и субъект сотен тысяч несовместимых между собой мечтаний и кошмаров. Место, в основе которого лежит не религия, а более неудержимая вера в веру как таковую. Вера в горы, которые она, возможно, может сдвинуть, во вздор, который человек может нести другому человеку. «Еще никто никогда не обеднел от того, что недооценил интеллект американцев», — написал однажды Генри Менкен (H. L. Mencken). Правильнее, наверное, было бы: еще никто никогда не обеднел от того, что он недооценил волю американцев к вере.


Сериал «Американские боги» идет с 1 мая 2017 года на Amazon Prime Video.