Доброжелательность белорусов каждый раз приятно поражает. Граждане страны, прозванной последней диктатурой, кажутся мягким противоречием жестокости официальной власти.


Никогда не забуду свое первое знакомство с этой страной 20 лет назад.


Я пересекла границу с Латвией в кабине грузовика с гуманитарной помощью из Финляндии. Мы стояли много часов у белорусской таможни, пока проверялось содержимое грузовика. Была осень, и было довольно холодно. Мы были в пути уже полтора дня. Мы устали и были раздражены.


Вдруг ко мне подошла женщина в синей униформе.


Она попросила меня пройти с ней. Я тогда еще плохо говорила по-русски, и поэтому мы мало говорили. Она отвела меня в свой кабинет, который находился в пристройке таможни. Там она разогрела мне еду на электрической плитке. Наверное, я съела ее обед.


Пока я ела, она перенесла с маленького дивана папки и вещи и включила телевизор.


«Теперь можете прилечь здесь и отдохнуть», — сказала женщина мягким приказным тоном.


Я не помню, чтобы еще когда-нибудь незнакомый человек заботился обо мне подобным образом. Я была благодарна и очень растрогана.


После многочасового досмотра грузовик смог продолжить путь, и я поблагодарила дружелюбную Елену. К счастью, у меня с собой был финский шоколад, и я смогла порадовать ее.


Когда я уже села в автомобиль, она подбежала и подарила мне розовую шариковую ручку на память. Она долгое время была моей счастливой ручкой, и я часто клала ее с собой в сумку, но однажды она где-то потерялась.


Елена повлияла на то, что для Белоруссии в моем сердце появилось отдельное место. Я искренне надеюсь, что белорусы когда-нибудь смогут жить в преуспевающей демократии. Пока путь к ней кажется мучительно долгим.


В октябре 2000 года я оказалась в маленькой деревушке на юго-востоке Белоруссии, когда в стране проходили парламентские выборы. Я болтала с двумя пожилыми женщинами на автобусной остановке, когда к нам подъехала машина, из которой вышли три человека. Они выполняли важное задание.


Мужчины помогали проводить выборы — женщины из отдаленной деревни теперь тоже могли проголосовать. Первый мужчина, одетый в кожаную куртку и кожаную кепку, держал избирательную урну. Второй показал женщинам список кандидатов и произнес какое-то одно имя:


«Советую вам голосовать за него, он — хороший человек!»


Присутствие иностранной журналистки его совсем не смутило. Я подумала, что ему казалось совершенно естественным помогать неуверенным избирателям делать выбор.


Уровень жизни со времени моего последнего визита в эту страну значительно поднялся. Здесь ездят на современных западных машинах, у всех замечательные телефоны и модная одежда. Бедности, тем не менее, по-прежнему много.


Одна вещь, однако, не изменилась. Не стоит идти против руководства страны. Если пойдешь против, то легко можешь стать объектом насилия или попасть в тюрьму.


Даже после многих попыток оппозиция Белоруссии не смогла получить политической поддержки и объединить свои силы.


Я хорошо помню, как наблюдала здесь первые маленькие демонстрации.


Осенью 2004 года небольшая группа молодых людей стояла рядами на центральной площади с рукописными плакатами с требованиями демократии. Весной 2006 года в стране уже проводились грандиозные демонстрации, которые милиция решительно разгоняла. В декабре 2010 года народ опять заговорил о проведении реформ и добивался возможности повлиять на принятие решений. И тогда милиция тоже разгоняла толпу посреди ночи с применением силы.


Каждый раз людей сажают в тюрьмы, а работе СМИ мешают.


Этой зимой в Белоруссии прошли масштабные демонстрации.


Теперь людей особенно злит новый закон о выплате штрафов в том случае, если человек не работает. Ситуация обострилась в марте, после ряда небольших демонстраций. Милиция действовала так же, как и в предыдущие годы.


Сколько же раз все это может повторяться? Сколько еще люди будут проглатывать протестные настроения и критиковать руководство страны и президента Лукашенко на заднем дворе дома или на кухне? Пока, наконец, сами от этого не устанут и решат больше не отступать?


И к чему это может привести? Страшно, ведь последствия могут быть ужасающими.