Какое наследие оставит Бенедикт XVI? Он оказался между гигантом Иоанном-Павлом II и популярным в СМИ Франциском, а его пребывание на посту понтифика омрачали критика и внутренние кризисы. Именно поэтому папство профессора Ратцингера зачастую рассматривают лишь через призму его отречения. Как бы то ни было, правление Бенедикта XVI не стоит сводить к этому последнему решению или репутации непримиримости и холодности. Анализ преемственности и поворотных моментов в его годы у власти позволяет подчеркнуть богатство и исторический размах его наследия как в политическом, так и духовном плане. Вдохновленный встречей с Бенедиктом XVI в 2014 году историк и журналист Кристоф Дикес продолжает мысли «Словаря Ватикана и Святого престола» в стремлении раскрыть наследие папы, чей ум и дальновидность слишком часто недооцениваются. Отрывок из книги «Наследие Бенедикта XVI» Кристофа Дикеса.


Идея «скрытой» церкви отмечалась еще в 1970 году в лекции под названием «Почему я еще в церкви?» В ней аббат Ратцингер говорил следующее: «Сегодня существуют простые, скромные и молчаливые верующие, которые выполняют настоящую миссию церкви в эти неспокойные времена: они молятся и проявляют терпение в повседневной жизни, их поведение вдохновляется словом божьим». В 2010 году он выразил это иначе в «Свете миру»: «Нам нужны островки, где живут и процветают вера в Бога и внутренняя христианская простота, оазисы, ноевы ковчеги, где человек всегда может найти прибежище. Пространство защиты — это пространство литургии. Во всех движениях и общинах, приходах, праздниках, таинствах, выражениях набожности, паломничествах и т.д. церковь стремится предоставить силы для сопротивления, расширить зоны защиты, где красота мира и существования вновь выходит на всеобщее обозрение по контрасту со всем тем вокруг нас, что испорчено». В целом, речь идет о контркультуре, а не котробществе.


Разве Ратцингер не говорил в 2000 году о необходимости признать правоту британского историка Арнольда Тойнби, который утверждал, что судьба общества зависит в первую очередь от способного творить меньшинства? «Верующие христиане должны считать себя частью этого активного меньшинства, способствовать тому, чтобы Европа вернулась к лучшему в своем наследии и встала на службу всему человечеству», — отметил Ратцингер. Эта мысль вновь прозвучала 26 сентября 2009 года во время полета в Чехию, где церковь оказалась в меньшинстве: «Будущее определяют творческие меньшинства. В этом плане католическую церковь необходимо рассматривать как творческое меньшинство с наследием ценностей, которые являются не уделом прошлого, а живой и актуальной действительностью». В 2009 году принятие в церковь полумиллиона англиканцев, которые были против политики их собственной церкви, с помощью Anglicanorum coetibus стало отражением его стремления к формированию общего фронта против упадничества и потери европейских ценностей: «Добиться такого без напряженности с англиканской церковью стало большим успехом!» Точно таким же образом, ось Рим-Москва вступила на путь настоящей социальной этики.


Отрывок из книги «Наследие Бенедикта XVI» Кристофа Дикеса (издательство Tallandrier).