В Калининград, оторванный от матушки-России, иностранному журналисту добраться тяжело — особенно во время учений «Запад-2017». Это выяснилось 14 сентября, когда журналистка Ilta-Sanomat Арья Паананен (Arja Paananen) ехала в Калининград на поезде прямо из столицы Литвы Вильнюса.


Первая проверка паспортов была в Вильнюсе, вторая — на литовской границе, третья, наконец-то, — на российской границе.


В российские поезда нельзя купить билеты без паспортных данных. Поэтому можно предположить, что в Калининграде к моему приезду уже готовились. Кроме всего прочего, я ехала в Калининград 14 сентября, когда начались совместные российско-белорусские учения «Запад-2017».


Сначала на российской стороне границы все шло довольно обычно. Дружелюбная женщина-пограничник проверила мой паспорт и спросила о цели визита. Мне поставили штамп в паспорт и миграционную карту после небольшой задержки, поскольку по какой-то причине электронное устройство не читало мой паспорт.


Я думала, что проверка паспорта уже позади, когда вдруг в дверном проеме появился улыбающийся молодой мужчина, одетый в штатское.


«Я, похоже, к вам?» — спросил мужчина, улыбаясь еще шире. Словно я должна была знать ответ на этот вопрос.


За этим последовал самый необычный в моей жизни допрос. Молодой работник службы безопасности все это время вел себя так, словно он — обычный пассажир, который просто со мной болтает о том о сем и восхищается всем, что слышит.


«Какой у вас красивый паспорт! А почему на обложке лев? Ого, у вас и на внутренних страницах есть животные! У вас в Финляндии что, много зверей?» — спросил мужчина, удивляясь изображению белки на странице в паспорте.


Потом, конечно, пошли вопросы, которых можно было ожидать, но тон все время был очень теплый и дружелюбный. Например, меня спрашивали, что я делала в Вильнюсе, почему еду в Калининград, сколько я планирую здесь пробыть, была ли я на Украине. На этом этапе я заметила, что за нашей беседой наблюдал коллега мужчины, одетый в униформу и фуражку. Он тоже все это время дружелюбно улыбался.


Когда я рассказала, что была в Одессе сразу после пожара в Доме профсоюзов в 2014 году, представитель службы безопасности решил осведомиться, что я думаю о произошедшем. Я ответила, что это было очень грустное зрелище.


«Да, у нас с вами похожая работа. Иногда — грустная и грязная», — начал рассуждать мужчина и спросил, договорилась ли я о какой-то встрече в Калининграде.


Я честно ответила, что у меня пока нет никаких договоренностей.


«Ха-ха, приехали сюда и ни с кем ни о чем не договорились», — усмехнулся мой оппонент, но допрос по этой теме не продолжил.


В какой-то момент он попросил у меня визитку. Когда я, в свою очередь, решила попросить мужчин представиться, они даже не назвали своих должностей, не говоря уж об именах.


«Мы — сотрудники», — ответили они.


Для облегчения работы допрашивающих я решила рассказать, что еще с 1990 года постоянно продлеваю российскую визу. Тогда меня впервые назначили корреспондентом в Москве.


Это очень поразило молодого мужчину.


«Вы так часто бываете в стране, что можете уже гражданство получить!» — брякнул он.


Я объяснила, что Финляндия допускает получение русскими второго финского гражданства, однако мне, финке, для получения российского гражданства придется отказаться от гражданства Финляндии.


Выслушав это, допрашивающий, похоже, понял, что я не планирую получать российское гражданство, но решил спросить, не планирую ли я завершить карьеру журналиста. Вопрос был задан таким тоном, что я уловила намек мужчины на мой возраст — в котором многие русские уже подумывают о том, чтобы выйти на пенсию.


Когда я ответила, что намерена работать еще 10-15 лет, пока хватит сил, допрашивающий закатил глаза, явно жалея меня.


На этом вопросы наконец закончились, улыбающиеся мужчины удалились, поезд продолжил свой путь. Интересно, столкнусь ли я в Калининграде с другими такими же необычными «сотрудниками».