Патриарший экзарх всея Белоруссии митрополит Павел осудил это произведение киноискусства и призвал верующих его не смотреть. Хорошо, что хоть не требует запрета, не призывает к анафеме, не устраивает крестный ход с протестом против показа. Хотя, на мой взгляд, такое скандальное внимание к этому произведению только делает ему дополнительную рекламу.


Для белорусов эти российские споры малопонятны. Личность Николая II не вызывает у нас никаких особых эмоций. В Белоруссии не существует влиятельного общественного движения, основанного на идеологической смеси православия, монархизма и имперскости.


С самого начала у нас все выглядит странно. Ведь в целом фильм (которого, кстати, еще почти никто не видел) о любви молодого цесаревича, будущего русского царя, и балерины Матильды Кшесинской. Николай тогда еще не был женат, то есть о нарушении святости брака, покушения на семейные ценности речи нет.


Проблема заключается в том, что Николай II канонизирован Русской православной церковью, признан святым. И Церковь считает, что святого нельзя представлять, как обычного человека, здесь не может быть никакого художественного воплощения образа.


Дело в том, что канонизация Николая II состоялась в тот короткий период постсоветской истории России, когда все, что делали большевики и советская власть, оценивалась со знаком минус, а их политических противников наделяли всеми положительными качествами.


Фактически святым его объявили только за сам факт мученической смерти. Церковь поддалась общему общественному настроению и тем самым создала ту проблему, которая сейчас вылезла на поверхность.


Проблема как раз в том, что мучеником объявляют историческую фигуру, политика, причем не такого далекого прошлого. И это очень спорное решение. Ведь Николай II, как и любой политик, — очень противоречивая фигура, даже с точки зрения российской истории.


На нем лежит много грехов. Это и «кровавое воскресенье» (расстрел мирного шествия рабочих в Санкт-Петербурге 9 января 1905 года), и поддержка черносотенцев, виновных в еврейских погромах. А печально известная распутинщина привела к тому, что царь оказался в изоляции даже в среде императорской семьи.


И с точки зрения имперского величия России правление Николая II нельзя назвать удачным. Бесславные результаты в войне России с Японией — это вообще первое поражение страны европейской или христианской цивилизации в военном конфликте с азиатской державой.


И в Первой мировой войне, в ходе которой царь объявил себя верховным главнокомандующим, Россия получила в основном поражение. Немецкие войска оккупировали большую часть империи, включая половину территории Беларуси.


А сейчас, согласно РПЦ, Николай II — святой. И это значит, что ничего плохого о нем писать, снимать или рисовать нельзя. То есть и исторические работы на тему его царствования запрещены? Очевидный абсурд. РПЦ сама создала себе проблему, попала в определенную ловушку.


Не менее интересны и такие рассуждения митрополита Павла. Мол, сегодня оскорбляют императора Николая II, завтра будут оскорблять Владимира Ильича Ленина, а послезавтра — кого-то другого. О ком-то другом — это о ком? Даже боюсь делать предположения.


А вот про Ленина — это интересно. Из контекста этой фразы митрополита следует, что оскорбительные произведения о Ленине — это еще большее святотатство, чем о Николае II. Но ведь именно с согласия «вождя мирового пролетариата» принял мученическую смерть последний российский царь и его семья. То есть палач и его жертва возводятся на один уровень? Странная параллель.


А фильм «Матильда» в кинотеатрах, несмотря на протесты Церкви, начал демонстрироваться уже с 26 сентября.