Чуть ли не с детства я все время слышала от людей вокруг: «Ты такая прелесть…. хоть и черная». Будучи нигерийкой по происхождению, рожденной в Лондоне и выросшей в Атланте, я хорошо знакома с идеей о том, что темнокожие люди, и особенно темнокожие женщины, выглядели бы лучше, если бы их кожа была светлее.


Я знаю, что рекламная индустрия долгое время поддерживала этот предрассудок, выдвигая в качестве стандарта красоты белых моделей, моделей смешанной расы или моделей с относительно светлой кожей. В прошлом, моделей с темной кожей использовали — а в некоторых странах и до сих пор используют — для демонстрации осветляющих кожу свойств продукта, которые должны помогать женщинам приблизиться к стандартам.


Этот вредный миф действует на женщин из множества разных сообществ, к которым я принадлежу или принадлежала. Поэтому когда Dove предложила мне стать лицом нового геля для тела, я сразу согласилась.


Возможность представлять моих темнокожих сестер в рекламной кампании глобального косметического бренда казалась мне удобным случаем напомнить миру, что мы существуем, мы красивы и, что еще важнее, нас уважают.
Но однажды утром меня разбудило сообщение от подруги. Она спрашивала меня, неужели я — действительно та женщина из поста, который она видела в интернете. Я зашла в сеть и обнаружила, что неожиданно для себя оказалась символом расистской рекламы. Честное слово!


Если вы сейчас введете в Google «расистская реклама», первым делом поисковик выдаст вам мою фотографию. Между тем я с радостью снималась в этой рекламе, демонстрируя красоту и силу своей расы, и то массовое возмущение, которое вызвал ролик, меня серьезно расстроило.
Пока звучали призывы бойкотировать продукцию Dove, друзья со всего мира спрашивали меня, все ли со мной в порядке. Что ж, должна сказать, что я потрясена скандалом вокруг рекламы.


Если бы мне хоть на минуту показалось, что в рекламе я должна выглядеть в каком-то смысле ущербной или что речь идет о «до и после», я бы первой возмутилась этим и с легким (ну ладно, с тяжелым) сердцем, ушла со съемочной площадке. Такой сюжет противоречил бы всему, что я отстаиваю.


Однако мой опыт сотрудничества с Dove был вполне положительным. Я отлично себя чувствовала на съемках. Все женщины, вместе с которыми я снималась, полностью понимали концепцию и основную задачу — использовать наши различия, чтобы подчеркнуть, что любая кожа заслуживает ухода.
Я помню, что всем нам очень понравилась идея с футболками телесного цвета и с превращением друг в друга. Мы не знали, как в итоге все будет смонтировано и кто из нас попадет в финальную версию, но на съемках все, включая меня, были в отличном настроении.


Затем была выпущена 13-секундная версия ролика, предназначенная для «Фейсбука». В ней фигурировали я, белая модель и азиатка, превращающиеся друг в друга, снимая телесные футболки. Мне она понравилась, моим родным и друзьям тоже. Меня поздравляли с тем, что я появляюсь в ролике первой, что я замечательно выгляжу и что я воплощаю собой «Магию чернокожей девушки». Я была страшно горда.
Затем в США вышла 30-секундная телеверсия ролика. Я опять была в восторге. В ней нас — женщин разных рас и возрастов — было семеро, и каждая из нас отвечала на вопрос о том, как бы мы охарактеризовали свою кожу в стиле ярлыка для одежды.


Я опять появлялась первой, говорила, что моя кожа «на 20% сухая, на 80% блестящая», а потом еще раз появлялась в конце. Мне — как и всем моим близким — понравился и этот клип. Мне показалось, что он намного лучше сокращенной версии доносит до зрителей идею кампании.


Разумеется, рекламщикам стоит быть внимательнее и учитывать возможные эффекты своего творчества — особенно, когда речь идет о маргинализованной группе женщин. Важно следить за тем, чтобы реклама показывала — мнение потребителей не только слышат, но и уважают.


Я понимаю, почему кадры, распространяющиеся по сети, были так восприняты, особенно с учетом того, что с Dove в прошлом уже были связаны аналогичные скандалы. Это вопрос нехватки доверия, и я признаю, что изначально у публики были основания возмущаться. Тем не менее, я вижу, что в обсуждении слишком многое было упущено. Потребители не получили контекста, позволяющего составить обоснованное мнение.


Хотя я согласна с тем, что Dove правильно поступила, извинившись перед всеми, кого она могла оскорбить, но, на мой взгляд, фирме стоило бы при этом выступить в защиту своей творческой идеи и своего решения включить меня — женщину с очень темной кожей — в число лиц своей кампании. Не надо считать меня молчаливой жертвой неуместной рекламы. Я сильна, я красива и меня нельзя так просто стереть.