До сих пор не утихает полемика по поводу того, что Атлантический совет США внес проект, который только предстоит утвердить. Тем не менее, перемены в американской стратегии на Балканах так или иначе будут. Вопрос только в том, насколько существенными они окажутся. Изменение американской стратегии, пусть даже в одном сегменте, имеющем отношение к Балканам, — настолько большая редкость, что неизбежно напрашивается вопрос: неужели эти изменения реальны и задуманы от чистого сердца? Собственно в докладе есть детали, в которых усматривают своего рода попытку извиниться (к примеру, упоминание об «историческом примирении с Сербией»). А нам всем известно, что Америка не извиняется. Говоря об американской искренности, не будем забывать — кое-что по поводу лжи и обмана нам хорошо объяснил известный представитель НАТО Джейми Шей. На вопрос, почему он так бездушно демонизировал Сербию и сербский народ с помощью лжи и небылиц, Шей холодно ответил: «Мы вели войну, и это была моя работа». Проблема в том, что мы и сейчас находимся в состоянии войны, которую США ведут против Сербии. Правда, война эта специфическая — «гибридная», как они говорят.


Российское влияние


Для Сербии важны все три основных вывода, изложенных в этом докладе. Первый — о расширении военного присутствия США на Балканах. Второй — о посреднической роли США в переговорах, и третий — об историческом примирении с Сербией. Речь идет о первом за несколько десятилетий западном документе подобного уровня, в котором Сербия не преподносится в крайне негативном контексте. И все-таки нетрудно заметить, что новая американская стратегия, как и старая, направлена на устранение российского влияния на Балканах. Только в старой стратегии Сербия рассматривалась как платформа и поддержка для расширения российского влияния, а в новой — Сербию считают потенциальным американским другом и партнером.


Главный подвох в том, что никто не объясняет, что такое на самом деле это «российское давление», и как его устранить. Быть может, речь идет о российском присутствии, которого почти нет, если не учитывать дипломатические представительства? Или имеется в виду какая-то идеология, хотя известно, что теперь уже ничего подобного не существует? Или проблема в активизации российских компаний и капитала, хотя известно, что в основном их деятельность символична? Возможно, подразумеваются энергоносители или сырье, которым доступ на Балканы всячески ограничивается, в том числе физически? А может, речь о российских вооружениях и ВПК? Или имеется в виду все понемногу? Любой анализ показывает: того, что американцы упорно называют российским влиянием, на самом деле не существует, и речь идет о небылице и просто иллюзии, поскольку ничего из перечисленного на Балканах нет, как нет и того, что могло бы превозмочь и затмить влияние Запада. Ответ, который получил глава нашего МИДа Ивица Дачич во время визита в США, просто смешен. В то время как ему рассказывали о российском влиянии на Балканах, он задал логичный вопрос: «А что делать с американским влиянием?» Ответ был таким: «Наше влияние позитивно, а русское — негативно», — холодно заявили американские дипломаты.


С точки зрения США и НАТО проблема заключается не в сербской поддержке России, ведь в условиях геостратегического противостояния держав эта поддержка чисто символическая. Проблема — в российской поддержке Сербии, которая сводит на нет все попытки США взять Балканы под свой полный контроль. Поскольку Соединенные Штаты никак не могут помешать России поддерживать нас (дипломатически в ООН, а также посредством экономического и военного сотрудничества), они пытаются подтолкнуть Сербию к самоубийственному шагу, чтобы она сама отказалась от своих связей с Россией. Отсюда и то сильное давление, которое США оказывают на Сербию в связи с гуманитарным центром в Нише, хотя прекрасно понимают, что этот центр совсем не шпионская российская база. Американцы хотят с помощью дипломатических игр вокруг этого центра испортить наши прекрасные отношения с Россией.


Американское «добродушие»


Как всегда, в Сербии нашлось достаточно гладко выбритых ученых, аналитиков и пожилых проамериканских мудрецов, которые оценивают «сильное российское влияние» в Сербии так же, как и американские стратеги. По привычке или по указанию они высказываются громче, чем сами американские представители. В новой американской стратегии они видят проявление американского добродушия, ведь США якобы дают нам последний спасительный шанс изменить свою политику. По их мнению, изменения во имя «исторического примирения» нам уже хорошо известны. Речь о признании независимости Косово, вступлении в НАТО и прекращении всяческих сношений с Россией. Они не понимают, что Сербия не может совершить подобную ошибку, поскольку никакими обещаниями не искоренить недоверия и опаски в отношении новой политики США. Следы американской неприкрытой враждебности по отношению к Сербии заметны на протяжении почти десятилетия, а из-за бомбардировок обедненным ураном мы будем помнить о них, пока существует Сербия.


Нет такого врага Сербии, участвовавшего в наших неудачных гражданских войнах, которого США не мотивировали бы на конфликт, не вооружали бы, не обучали, и перед которым не ставили бы задачу проводить самые жуткие операции против сербов. А если было нужно, США сами непосредственно включались в конфронтацию. Так американцы стали прямыми соучастниками преступлений и преступных военных операций как в Хорватии, так и в Косово и Метохии. И после всего этого они еще удивляются, что в сербских СМИ о США не пишут хорошего, а позитивно отзываются о тех, кто все это время нам помогал. При этом США бесстыдно объясняют это контролем над СМИ.


Гибридная война


Последние шаги американской дипломатии подтверждают, что гибридная война (термин «специальная война» считается коммунистическим) становится главной частью стратегии на Балканах. И заметны признаки того, что гибридная война может занять главное место в американской стратегии вообще. Если окончательно упростить эту мысль, то достаточно принять во внимание два факта, чтобы понять, что именно Америка планирует на Балканах в ближайшем будущем. Первый важный факт: помощник Госсекретаря США по делам Европы и Евразии Брайан Хойт Йи внезапно назначен новым послом в Македонии. И второй факт: США расширяют военное присутствие на Балканах. Приезд Хойта Йи в Скопье не сулит ничего хорошего и лишь подтверждает предположения о том, что Скопье станет центром деструктивных операций против Сербии (ту же роль играл Будапешт во времена расшатывания режима Слободана Милошевича).


Расширение американского военного присутствия на Балканах США и НАТО преподносят как необходимость в интересах мира, поскольку напряженность между балканскими народами вновь растет и возникает угроза новых войн. То есть американский контингент увеличивается превентивно. Однако если задаться вопросом, кто на самом деле может спровоцировать войну на Балканах, то становится понятно: на это способны только те государства и псевдогосударства, которые находятся под полным американским контролем, и которые не могут сделать ни малейшего шага без согласия США, не говоря уже о военных действиях. Значит, для поддержания мира на Балканах американцам не нужны никакие военные подразделения, поскольку любую проблему они смогут решить простым телефонным звонком. Так что расширение американского военного присутствия может быть направлено только на рост военной угрозы и давления, а также может быть подготовкой к крайнему, военному, варианту, если целей не удастся достичь методами гибридной войны.


Неожиданно заявленная отставка (хотя информация об этом пока неоднозначна) американского Госсекретаря Рекса Тиллерсона говорит о том, что вся американская стратегия может претерпеть серьезные изменения. Если на его место действительно будет назначен, как предполагают, директор ЦРУ Майк Помпео, то перемены крайне вероятны. Скорее всего, основная ставка в стратегии будет делаться не на традиционные, а на гибридные методы ведения войны. В последние два десятилетия традиционные методы себя не оправдывали: там, где США одержали победу, ее как будто и не было, поскольку американцы только нажили себе и другим проблем, а там, где Россия решилась всерьез защищать свои интересы, эти методы не принесли никакого успеха вообще. Поэтому тотальное изменение стратегии США (а вместе с ними и НАТО), в которой акцент отныне будет делаться на «гибридных действиях», не станет сюрпризом.


Гаагская призма


Есть ли смысл смотреть на американскую стратегию для Балкан через призму гаагских приговоров?


Гаагский суд — это институт, который послужил катализатором для реализации американской политики на Балканах. С самого первого дня основания этого суда было известно, что он находится под американским влиянием, однако потребовалось немало времени для того, чтобы все поняли: американцы полностью контролируют Гаагский суд. Моментом истины стал фарс с осуждением и вердиктом об освобождении, вынесенном по делу хорватских генералов Анти Готовини и Младена Маркача, а также освобождение Рамуша Харадиная. Тогда мы поняли, что Соединенные Штаты на самом деле хотят, чтобы мир видел: они контролируют все — даже международный суд. То есть их искренние союзники и послушные им субъекты полностью защищены, какой бы ни была их вина, а их противники и те, кто не желает слушаться США, будут подвергаться гонениям, и их будут судить, даже если они невиновны. Таким образом, Гаагский суд превратился в институт, демонстрирующий апогей американского всесилия, а его приговоры стали предвестником будущего политического курса для небольших балканских государств.


Нас не должен смущать недавний приговор, вынесенный шестерым обвиняемым из Боснии-Герцеговины, поскольку он тоже полностью отражает будущую американскую политику на Балканах. Нам еще предстоит узнать, что именно для США важнее — добиться лояльности боснийцев, чтобы как можно больше отдалить их от влияния Турции, или дисциплинировать Хорватию, которая своими заявлениями больше других подрывает целостность Боснии и Герцеговины, или достичь некоего баланса в распределении вины за войну и преступления, чтобы склонить Сербию на свою сторону, а может, что еще. Ведь последние события на Балканах, связанные с преступлениями и преступниками, нетипичны по сравнению с предшествующим периодом. Кто и почему только сейчас решил арестовать 13 боснийцев в Конице за преступления против сербов, хотя эти тяжелейшие преступления были хорошо известны и задокументированы еще 20 лет назад?


Как дисциплинировать союзников


Если американские намерения в отношении Сербии искренни, и если заявление об «историческом примирении» не пустые слова, то США придется дисциплинировать своих сателлитов на Балканах, то есть в ультимативной форме потребовать от них отказаться от агрессивной политики и территориальных претензий. Возможно, именно поэтому сейчас у нас есть письменное подтверждение того, что нам было известно: Хорватия совершила агрессию против Боснии и Герцеговины с целью этнической чистки территории и присоединения ее к Хорватии. Испокон веков и умеренные хорваты, и тем более экстремисты считали Западную Герцеговину самым хорватским из всех регионов Хорватии. Преступный сговор, в который вступили Туджман, Шушак и Бобетко, приговор за преступления, заявление о международном конфликте и хорватской агрессии, несомненно, произведут на Хорватию отрезвляющее впечатление, заставив задуматься о вине в войне и преступлениях. Ведь хорваты повторили рассказ о «великосербской агрессии» и «Югославской народной армии-наследнице четников» даже не тысячу раз, как советовал Геббельс, а миллион, и сами себя убедили в собственной невиновности и сербской вине.


Но если уж мы заговорили о Боснии и Герцеговине, то нет сомнений, что Франьо Туджман, Гойко Шушак и генерал Янко Бобетко все время командовали вооруженными силами Хорватского совета обороны (ХСО) и контролировали политическое руководство Герцег-Босны. Однако точно и то, что у них возникли с ХСО большие проблемы. Их не смущало, что эти силы радикальны и совершают тяжкие преступления, но у них был также план свести счеты с самим Франьо Туджманом, которого всегда считали коммунистическим генералом. Самые радикальные заговорщики против Туджмана и загребской власти были физически устранены, в том числе, например, террорист-усташ Миро Барешич, генерал ХСО Блаж Кралевич, высокопоставленный политический лидер Анте Параджик, а также многие другие.


По логике, в свое время США не из любви, а в собственных интересах защитили усташей, совершивших преступления во Вторую мировую войну, и, возможно, сейчас этой операции их спецслужб, продолжавшейся многие десятилетия, пришел конец. Что бы мы ни думали об их мотивах, американцы защищали усташей, игнорировали их преступления и терроризм, преподносили их как «политическую организацию», которая коллективно присоединилась к Хорватскому демократическому содружеству и Франьо Туджману. Если США намеревались воспользоваться усташами для развала Югославии и формирования новой Хорватии, то почему потом американцы не устранили их с политической арены? США слишком компрометируют себя подобной грязной связью с рецидивами фашизма. Больше для них это недопустимо, ведь давление еврейских организаций растет. Так что есть основания, чтобы и с этой перспективы посмотреть на вердикт шестерым преступникам из Боснии-Герцеговины.


И все же реальная ситуация совсем другая. В последнее время всем бросилось в глаза, насколько хорватское политическое и военное руководство одержимо гибридной войной. Пример — министр обороны Хорватии, который упорно заявляет, что на его страну совершено «гибридное нападение». Нетрудно догадаться, кого он обвиняет. Неслучайно Хорватия — единственная страна в своем регионе, в которой создан Институт исследований кибернетических конфликтов как сферы гибридной войны. На самом деле Хорватия — в долгу перед НАТО, и теперь она готовится к гибридному конфликту, в котором по привычке заранее обвиняет Сербию. Таким образом, один центр гибридной деятельности может быть в Скопье, а второй — в Загребе.


Реальную картину будущей американской стратегии мы сможем оценить только после первых политических шагов Кондолизы Райс, чей приезд в качестве специального представителя США на Балканах гарантирован. Речь идет об одном из самых прославленных имен американской дипломатии, и от нее ожидают, что она найдет решение, соответствующее американским интересам. Когда Райс была Госсекретарем США, она прославилась радикальными решениями. Угрозы и шантаж были ее главным дипломатическим оружием, и вряд ли теперь что-то изменится.