Шестьдесят лет назад демократические государства освободили Европу от нацизма, выступив под одним флагом. В воскресенье лидеры мировых держав, неспособные договориться о том, как уйти из Ирака, встретятся на побережье Нормандии, чтобы почтить память 9000 солдат, погибших в день Д. Буш и Ширак сойдут на 'кровавый' берег Омаха-бич. День примирения или худшее из празднований в наиболее неподходящий момент?

Легко представить себе искаженное выражение лица паренька из Миннесоты Эдвина Хейвена (Edwin Haven), не переставая жевавшего жвачку, чтобы хоть как-то спастись от приступов тошноты, подступавших из-за качки в подвозившем их к Омаха-бич десантном катере. Гул, раздававшийся изнутри, заставлял солдата чувствовать себя в центре железного водоворота.

- Черт! - выругался сидевший рядом с Эдвином лейтенант, который переговаривался по рации с уже высадившимися на берег подразделениями. Слово эхом отозвалось в бронированных стенах катера, перевозившего к берегу детей фермеров, врачей и ветеранов первой мировой войны, служивших в 262 роте пехотинцев 66 дивизии армии США. Солнце еще не успело встать над горизонтом в тот день 6 июня 1944 года, когда откинувшаяся аппарель впустила внутрь сильным порыв воздуха с брызгами. Эдвин вцепился в свой автомат и дал вытолкнуть себя наружу: он не ощущал ничего, кроме пронизывающего страха и того, что его штаны до коленей вымокли в холодной воде Атлантики. Внезапно он понял причину несдержанности сержанта: открывавшийся берег совсем не походил на те планы, которые они изучали накануне. Между немецкими батареями не было ни единой щели. Возвышавшаяся над берегом гора была усеяна пулеметными гнездами, которые, казалось, усмехаются, выплевывая огонь в темные силуэты спрыгивавших на берег людей. В мышеловке на Омаха-бич не было видно даже песка, усеянного сотнями трупов.

В одном из многочисленных фильмов, снятых за последние шестьдесят лет о тех событиях, Эдвин мог бы спастись, захватить позиции немцев и с почестями вернуться в родную Миннесоту. В худшем случае - он пал бы геройской смертью и удостоился бы чести получить белый мраморный крест на американского военном кладбище, разбитом сегодня на высоте, где в тот день от свинца погибли многие солдаты. И все же. . . Эдвин относится к третьей категории солдат, сошедших на берег Омаха-бич - он пропал без вести. Возможно, пуля достала его еще в воде, и он так и не смог добраться до берега континентальной Европы. Волны, должно быть, вынести его тело в открытое море, где он и опустился на дно. А, может, он затерялся во время сражения, заблудился в нормандских лесах, где был убит выстрелом в упор, не найден и не похоронен.

Но у 1557 солдат, пропавших без вести в тот день, тоже есть свой уголок на американском кладбище в Кольвиль-сюр-Мер. На кладбище, где захоронено 9387 солдат больше нет места для могил, и родственникам пропавших без вести приходится довольствоваться поисками имен своих близких, выгравированными на большой полукруглой стене; в ее левом крыле можно прочесть и имя Эдвина. Некоторые из имен помечены звездочкой - это означает, что тела солдат уже найдены. В 2003 году было обнаружены останки еще трех солдат, лежавших в зоне кустарников, недалеко от кладбища. Напротив стены памяти золотыми буквами выгравирована надпись, бросающаяся в глаза каждому входящему: 'В память тех, кому мы обязаны высокой честью того, что дело, за которое они погибли, живет'.

Когда Жак Ширак (Jacques Chirac) и Джордж Буш (George Bush) перечитают эти слова во время празднования 60-летней годовщины высадки в Нормандии, для каждого они обретут свой смысл. Почти невозможно, чтобы президент США не подумал о сходстве между гибелью тех, кто пал в тот день Д 60 лет назад, и тех, кто сегодня продолжает гибнуть в Ираке. Почти невозможно, чтобы он не вспомнил об этих 9000 жизней, отданных за Европу и свободу. Почти невозможно, чтобы он, подобно многим другим американским аналитикам, не упрекнул Францию в том, что она не поддержала вторжение в Ирак с целью свержения тирана. 'В определенной степени наши нынешние сражения и цели подобны тем, что стояли перед Черчиллем (Churchill). Результат войны против терроризма зависит от нашей способности различить опасность и противостоять ей с твердостью и решимостью', - заявил с налетом торжественности американский президент, в момент открытия в феврале этого года в Белом Доме выставки, посвященной британскому премьер-министру, принявшему вместе с Франклином Рузвельтом (Franklin Roosevelt) решение о высадке войск союзников в Нормандии.

Погрузившись в свои мысли, французский президент по-прежнему будет уверен, что дело, за которое погибли молодые американские солдаты, вроде Эдвина, не имеет никакого отношения к захвату арабской страны. Что запутанная ситуация, сложившаяся сегодня на международной арене, стала результатом излишне воинственного и мало дипломатичного настроя американцев и британцев. Что пытки, отсутствие безопасности и терроризм доказывают: стоит подумать дважды, прежде чему пустить первую пулю. Ни тот, ни другой ничего друг другу не скажут, потому как такие вопросы - удел дипломатии, но, хотят они того или нет, обоим придется выпачкать свои начищенные башмаки в песке. Это произойдет в 9 часов 40 минут, в воскресенье. И они будут не одни.

Ширак превратил Нормандию в шахматную доску, на которой одновременно разыгрывает несколько партий и в каждой из них он ведет. Первая из этих партий - уже упоминавшаяся с США. Вторая разыгрывается на этой доске уже в течение года, и участвуют в ней не двое соперников, а двое привилегированных союзников - Германия и Франция. Мастерский ход президента галлов заключался в том, что он сумел добиться появления нынешнего главы германского правительства на праздновании годовщины события, ставшего началом конца Третьего Рейха. На это не отважились ни Конрад Аденауэр (Konrad Adenauer), ни Гельмут Коль (Helmut Kohl). Ширак демонстрирует свое влияние на Германию в союзе, благоприятствующем и франкам и тевтонам в коммерческом, стратегическом, общеевропейском аспекте и из-за конъюнктурной слабости обеих стран. Однако в этом союзе Франция марширует на месте.

Почтить память павших прибудут Тони Блэр (Tony Blair) и королева Великобритании, а также австралийский премьер-министр Джон Ховард (John Howard) и король Бельгии Альберт II (Albert II). Всего 17 глав государств и правительств всех стран, участвовавших в высадке войск, включая Канаду, Польшу и Норвегию. Каждый из руководителей встретится с ветеранами своей страны, после чего лидеры государств соберутся вместе в 15.50 в городе Арроманш, где 60 лет назад британцы устроили искусственный порт с причалами для кораблей, чтобы могли высаживаться люди и разгружаться все необходимое для реконкисты Европы.

Путин в Нормандии

Последний из длинного списка приглашенных - козырь, который Ширак уже давно держал наготове: речь идет о Владимире Путине. Кто-то удивляется присутствию Путина еще больше, чем приезду канцлера Германии. Причина заключается в том, что русская гордость так и не смогла снести полувекового наступления Запада, начавшегося утром 6 июня 1944 года. Французский президент превратился в главного международного защитника России Путина или Китая Ху Цзиньтяо (Hu Jing Tao), нередко ставя коммерческие сделки выше уважения к правам человека и гражданским свободам. Это старая мечта французской империи, начиная с Наполеона (Napoleon) и заканчивая Шарлем де Голлем (Charles de Gaulle), которую Ширак хочет сделать явью. Нижеследующий текст - хоть этому и сложно поверить - был написан 26 ноября 1893 года: 'Франция испытывает истинное и непритворное удовольствие, триумфально заключая в объятия достойного, доброго и могущественного царя. Вполне очевидно, что ей бесконечно приятно (знать), что вся Европа - и, прежде всего, Германия - видят близость и пылкость этого объятия, и потому она желает, чтобы освещенное со всех сторон бенгальскими огнями объятие продолжалось и выделялось яркостью своего божественного сияния'. Это португальский писатель Эка де Куэйрос (Eca de Queiros) уже тогда, во время своего пребывания в Париже в качестве консула, отметил галльское стремление протянуть руку великой восточной стране и заключить в объятьях между двумя государствами Европу.

В любом уголке Франции можно услышать какое-нибудь резкое выражение в адрес американцев, когда речь заходит о войне в Ираке. Но только не в Нормандии. Словно след неизгладимой благодарности запечатлелся здесь. 'Мы всегда будем оставаться в долгу у тех, кто высадился на этой земле. Они разрушили наш город, они бомбили его, чтобы прогнать нацистов. Я не слышала ни одного упрека в их адрес. Лишь благодарность', - говорит в интервью 'La Razon' Брижит ле Бретон (Brigitte le Brethon) - мэр города Каен, превращенного в те дни в результате бомбардировки союзников в подобие Дрездена или Герники. В операции участвовало восемь дивизий: пять высадились на побережье, пляжи которого получили кодовые названия 'Омаха', 'Сворд', 'Юта', 'Голд', и 'Юнона', еще три занимали позиции с воздуха. Из 200000 солдат, участвовавших в операции, погибло 9000 и почти 1600 пропало без вести, подобно Эдвину.

'Антиамериканизма здесь нет. Здесь ветераны находятся у себя дома. Многие из них даже говорят о своих сомнения, насколько хороша была идея отправить молодых ребят в Ирак', - говорит адмирал Кристиан Брак де ла Барьер (Christian Brac de la Barriere), президент ассоциации, созданной для организации празднования 60-летия высадки в Нормандии и координатор 1187 мероприятий, которые должны пройти в ближайшие месяцы. Похоже, что подобное же чувство братства испытывают и сотни американцев, ежедневно посещающих музеи и кладбища Нормандии. 'Те, кто приезжает сюда, не говорят о политике. Их переполняют эмоции, но они не обращают внимание на то, что происходит сегодня', - говорит Фред Родес (Fred Rhodes), заведующий американским кладбищем в Кольвиле.

В Нормандии сегодня каждый камень излучает дух той операции. В магазинах, где продаются сувениры для туристов, доходы увеличились на 15-20%. Парижские книжные магазины отводят специальные стеллажи для множества книжных новинок, посвященных дню Д. Все деревни и города Нормандии разработали свою программу празднования тех событий второй мировой войны. Каждый из населенных пунктов будет бить в колокол в тот день и час когда, шестьдесят лет назад, он был освобожден от нацистов. В Каене удары колокола будут звучать особо, в них будет чувствоваться налет Истории, потому как городской колокол является точной копией филадельфийского Liberty Bell, диаметром 1,16 метра, впервые прозвучавшего в день принятия Декларации о Независимости США в 1776 году, а последний раз - точно 6 июня 1944 года.

Это празднование 60-летнего юбилея носит особый символический характер: он может стать последним десятикратным юбилеем, на котором присутствуют ветераны второй мировой; многим либо вот-вот исполнится, либо уже исполнилось по 80 лет. Именно они стали героями того сражения, и адмирал Брак де ла Барьер говорит, что будет рад, если на праздновании соберется хотя бы 5000 ветеранов: 'Многие уже стары, кто-то, конечно приедет, тем же, кто живет в Соединенных Штатах, предстоит проделать не такой уж простой для их годов путь'. Именно потому организаторы мероприятий хотят, чтобы память о событиях войны сохранилась для новых поколений. В сотнях населенных пунктов Нормандии будут проходить вечера, где жители этих мест смогут услышать об освобождении от свидетелей событий 60-летней давности.

Орел и петух, смотрящие друг на друга

С любым уголком Нормандии связан какой-нибудь исторический анекдот, имеющий отношение к событиям 60-летней давности. В первом освобожденном в Ранвилле баре 'Gondree' рассказывают, к примеру, следующий. Этот построенный из камня и дерева бар расположен прямо напротив моста Пегасус, который 6 июня 1944 года был захвачен кучкой английских солдат из 6-ой авиатранспортной дивизии, спустившихся на планерах на берег еще до начала бомбардировки. По мосту должна была проходить бронетехника, прибывавшая на побережье для того, чтобы продолжить наступление. Оттеснив немцев, солдатам было необходимо продержаться до 12.00, когда должно было подойти подкрепление. В 12.02 шествовавший перед колонной шотландский волынщик посторонился и уступил дорогу генералу лорду Ловатту (Lovatt), который встал навытяжку перед майором Ховардом (Howard) и произнес: 'Прошу простить за опоздание'. Официантка из 'Gondree' говорит, что ей кажутся 'не слишком убедительными разговоры о том, что французы и немцы - двоюродные братья. Здесь немцы после себя оставили не самую добрую память. В бар их приходит совсем немного, и их встречают не слишком хорошо. Если бы можно было выбирать, я бы предпочла, чтобы к нам приходили американцы'.

На кладбище в Кольвиле почти невозможно найти ни пылинки между геометрически ровными артериями, которые образуют 9387 могил белого мрамора. Каждая стоит 200 долларов и каждая смотрит в сторону Америки: 9387 героев, павших за победу. Достаточно приблизиться к немецкому кладбищу в Ла Камб, где захоронены 21160 германских солдат, чтобы понять, что такое игра в 'чет-нечет', когда на игральную доску кости бросает сама История. 21160 плоских каменных плит серого цвета, под которыми покоятся солдаты, не сумевшие избежать своего поражения. Адмирал Брак де ла Барьер молча прогуливается среди могил, когда внезапно мы решаемся нарушить молчание: 'Солдат всегда остается солдатом, и переживания у всех солдат одинаковые'.

У ворот американского кладбища находятся две каменные фигуры: стоящие лицом друг к другу женщины держат в руках птиц. У одной в руках орел, символизирующий Соединенные Штаты, у другой - галльский петух. В какой-то момент эти статуи были олицетворением союза двух стран, заботящихся друг о друге и охраняющих друг друга от врагов. . . а что же сегодня?