Данный материал публикуется в рамках акции 'Переводы читателей ИноСМИ.Ru'. Эту статью обнаружила и перевела наш читатель ursa, за что мы ей крайне признательны

__________________________________________________

Статья опубликована 16 марта 2006 года

Две модные в последнее время историософские книги, рекламируемые как оригинальные, полные открытий, и, вообще, новое слово в данной области, вовсе таковыми не являются. 'Смерть Запада' Патрика Бьюкенена - сегодня лишь одна из множества подобных и давно известных книг, эссе, статей, предлагающих множество доказательств заглавного тезиса - предварена 100 лет назад (квази-пророческим образом) 'Закатом Европы' Освальда Шпенглера. Точно так же Самюэль Хантингтон, автор, рассматривающий неизбежность конфликтов между цивилизациями ('Столкновение цивилизаций', имеет своего далекого предшественника, поляка Феликса Конечного, несколько трудов которого (особенно 'О величии цивилизации', 1935) провозглашало идею о том, что разница моральных, культурных и религиозных норм между цивилизациями - разное понимание добра и зла, образования и эстетики, а также разные взгляды на Бога, человека и мир) исключают не только синтез, сближение и взаимопроникновение, но даже мирное сосуществование их.

Почему я вспомнил об этом? А потому, что длящаяся уже некоторое время 'москальско-польская война' (в которой кагэбэшник Путин наносит более или менее коварные удары, а его марионетка Лукашенко монотонно колотит дубиной) воспринимается нашими комментаторами как столкновение исключительно политическое (дипломатическое) и временное, в то время как, по моему мнению, это очередной этап активизации вечного конфликта между цивилизациями, совместимость которых всегда была на нулевом уровне, подходили друг к другу, как кулак к носу, tout court.

Цивилизацию, к которой относилось Великое Княжество Московское, царская Россия и, наконец, Россия советская, Конечный назвал 'туранской цивилизацией' (бандитски агрессивной, неустанно терзающей Польшу, католический оборонный вал Запада), доказывая, что мирное сосуществование было в данном случае так трудно, что, практически, невозможно.

Правильно говорит Артур Адамский: 'Были обречены на неудачу все предпринимаемые в начале XVII века попытки сближения России с Речью Посполитой. Вследствие резко выраженного цивилизационного конфликта не могла принести серьезного результата Брестская уния 1596 года не могли удастся попытки договориться с казаками, которые - в качестве примера - предпочитали зависимость от Крымского ханства, нежели договоры с Речью Посполитой. Безнадежно недостижимыми оказались также и цели политики Чарторыйских, стремившихся в начале XIX века к объединению российского трона с польским'.

Действительно, из всего этого не могло выйти ничего, кроме взаимного мордобития и последующей сатрапии победителей, то есть порабощения народа, в котором личность имела гражданские права, цивилизацией, в которой личность всегда была ничем. Несмотря на то, что и католицизм, и православие поклоняются одному и тому же Господу и Матери Божьей, граница между ними всегда была границей между цивилизациями, по одну сторону культура (латинская цивилизация), по другую - варварская деспотия, дикарство. Ныне эта граница проходит по Бугу.

Русофильство (которое есть диверсия, саботаж польских и цивилизационных национальных интересов) родилось между политиканами Речи Посполитой в XVIII веке. Чарторыйские, Потоцкие, Браницкие, Станислав Август, Тарговица et cetera. В следующем веке царизм распространял через своих агентов идею так называемого 'славянского братства', которое было приманкой для наивных. Результативность этой пропаганды оказалась велика (например, чешские 'славянофилы' - профессор Ганка и другие). У поляков ее апогеем стала товианщина - деятельность (в кругах Великой Эмиграции) петербургского сектанта Анджея Товианского, московское агентурное происхождение которого я доказал в своих эссе уже много лет тому назад. Его величайшим успехом было то, что ему - к сожалению - удалось одурачить Адама Мицкевича. Символично 29 ноября 1844 года, когда Мицкевич во время парижского собрания уговаривал соотечественников послать верноподданнический 'Адрес царю'. Он кричал:

- Братья, сегодня явился мне дух царя Александра, который просил, чтобы мы за него молились!

Тогда вскочил Словацкий и парировал:

- А мне, братья, явился дух Стефана Батория, предостерегая, чтобы мы ни за какого москаля не молились!

Услышав это, Мицкевич впал в ярость, схватил Словацкого за плечо и грубо вышвырнул за дверь, крича по-русски:

- Paszol won, durak!

После чего настоял на отправке позорного 'Адреса' царю. Грустно это.

Более чем грустными, прямо подлыми являются попытки лизать кремлевскую з...у (кстати, не только всегда компрометирующие, но и безуспешные, в чем президент Квасьневский убедился уже в который раз). Правда такова, что всяческое русофильство - от действий в XVIII веке 'семьи' Чарторыйских, нелепого 'короля Стася' и тарговичан, через товианщину XIX века, восточную ориентацию эндеков века XX, а также коммунистов, до русофильского энтузиазма салонных генералов типа Дравича (между прочим, агента спецслужб ПНР), - все это по отношению к польским национальным интересам было уголовным преступлением par excellence. И будет таковым любая попытка подлизаться (Запад в последнее время весьма самым болезненным образом понял, чего стоят попытки подлизаться к мусульманской цивилизации).

Эти цивилизации не подходят друг другу - они никогда не будут кубиками лего.

____________________________________________

Автор перевода читатель ИноСМИ.Ru - ursa

Примечание: редакция ИноСМИ.Ru не несет ответственности за качество переводов наших уважаемых читателей

____________________________________________

Мы нужны друг другу ("Tygodnik Powszechny", Польша)

Русофобия ("Rzeczpospolita", Польша)

'Польский катехизис' или Почему Путин не доверяет полякам? ("Rzeczpospolita", Польша)