Покойный техасский нефтяной магнат Дж. Пол Гетти (J. Paul Getty) однажды заметил, что хотя кроткие, может быть, и наследуют землю, но вот права на добычу нефти им достаются редко. Занимаясь инвестиционными проектами в нефтегазовом секторе на развивающихся рынках, я часто поражался неимоверному могуществу кучки крупных нефтяных трейдеров и тому влиянию на правительства, финансовые рынки и международные банки которым они обладают.

От фьючерсных бирж Нью-Йорка и Лондона до спот-рынков Роттердама и Сингапура трейдеры раздувают нефтяной пузырь. Им в первую очередь мир обязан сырой нефтью по 135 долларов за баррель. Хотя по очевидным причинам они помешаны на скрытности, я убежден, что именно они - эта группа нефтяных трейдеров из Лондона, Москвы и стран Персидского залива, жречество самой грандиозной геологической лотереи в истории - заправляют рынком черного золота. Правительства, с их запасами нефти, нефтеперерабатывающие заводы и распределительные сети и пресловутые 'семь сестер' мира Большой нефти - корпоративные гиганты вроде Exxon, Total, BP, Chevron, Shell и Conoco пребывают на вторых ролях.

Мир международной торговли нефтью, газом и металлом можно лучше понять на примере удивительной карьеры легендарного Марка Рича (Marc Rich) - возможно, самого могущественного и влиятельного нефтяного трейдера всех времен. Рич родился в Антверпене в семье бельгийских евреев, во время войны его родители бежали от нацистов в Америку и поселились в Нью-Йорке, где он и начал свою карьеру, поступив 'подмастерьем' (Lehrling) в трейдинговую фирму Phibro.

Марк Рич, за свои инстинкты убийцы прозванный коллегами 'матадором', напоминает персонажа фильмов про Джеймса Бонда. Он заработал миллиарды долларов на трейдинге в горячих точках, заключая сделки с одиозными режимами - с Ираном Хомейни, Ираком Саддама, Ливией Каддафи, Кубой Кастро и ЮАР времен апартеида, - с которыми не решались иметь дело ведущие нефтяные и нефтеперерабатывающие компании.

Со своей виллой на берегу Люцернского озера, со своими офисами в швейцарском кантоне Цуг, по слухам, охраняемыми бывшими спецназовцами, со своими дворцами в Марбелле и Сент-Морице, коллекцией Шагала, Матисса и Пикассо, подставными фирмами, зарегистрированными в Лихтенштейне, Панаме и Гибралтаре, миллиардными концессиями в африканских диктатурах и инсайдерскими контактами в святая святых Белого дома и Кремля, в израильском Кнессете и среди шиитской теократии Кума, Марк Рич - один из истинных владык финансового мира, таинственный серый кардинал рынка металлов и черного золота, а также один из крупнейших налогоплательщиков и филантропов Швейцарии. Первых громких успехов Рич добился, еще работая в Phibro, во время арабского нефтяного эмбарго 1974 года. Он нашел способ доставлять иранскую нефть от терминала на острове Харк в Британию и Голландию, которым король Саудовской Аравии Фейсал (Faisal) и страны Залива объявили бойкот за их открытую поддержку Израиля в ходе Войны Судного дня 1973 года.

В Иране у Рича по слухам были хорошие связи в самом дворце Ниаваран, резиденции шаха, а среди его партнеров по бизнесу числились сыновья главы ШАВАКа - известной своей жестокостью тайной полиции династии Пехлеви.

Однако идеология никогда не волновала Марка Рича. Когда шах лишился своего 'павлиньего трона', 'Матадор' и 'Адмирал' (партнер Рича Пинкус Грин (Pincus Green), специализировавшийся на самых трудных аспектах фрахта и логистики) начали заигрывать с окружением аятоллы Хомейни. Их не остановил даже захват посольства США в Иране и взятие американских дипломатов в заложники.

В 1983 году Марк Рич и Пинки Грин бежали в Швейцарию, спасаясь от 300-летнего тюремного срока за уклонение от налогов и нарушение внешнеторговых санкций, грозившего им согласно закону о торговле с враждебными государствами (Trading With the Enemy Act). Они поселились в швейцарском кантоне Цуг, где и оставались, пока в последний день своего пребывания у власти президент Клинтон не помиловал Рича. В играх трейдеров деньги не просто говорят - они кричат, и так громко, что трясутся даже стены Овального кабинета.

Вторжение Саддама Хусейна в Кувейт, программа ООН 'Нефть в обмен на продовольствие', открытие месторождений нефти и газа в 'неприкасаемых' с точки зрения Вашингтона Судане и Бирме, распад СССР, приведший к превращению аппаратчиков из КГБ и компартии в полновластных правителей Казахстана и Туркменистана - новых энергетических королевств, и экстерриториальное применение Закона США о коррупции за рубежом (US Foreign Corrupt Practices Act) помогли миллиардерам-трейдерам Лондона, Женевы и Хьюстона найти свою нишу.

Геополитика и санкции ООН, переводы на тайные счета в швейцарских банках и сложные схемы фрахта танкеров, при которых владелец груза дюжину раз менялся за время пути от терминала в Персидском заливе или на Черном море до НПЗ где-нибудь в Японии или на Карибах - все это принесло миллиарды долларов нефтяным трейдерам из Женевы, Цуга и Лугано.

В девяностых годах сводный брат Саддама Барзан аль-Тикрити (Barzan Al Takriti) бывший (какая ирония!) представителем Ирака при Организации Объединенных Наций в Женеве, заключал от лица SOMO (иракское государственное предприятие, занимавшееся сбытом нефти) коррупционные сделки, которые позволяли президенту Ирака продавать трейдерам вроде 'Матадора' или техасской компании Bayoil нефть, предназначавшуюся для покупки молока детишкам Багдада, в обход санкций ООН, добывая тем самым лишние миллиарды долларов на поддержку режима партии 'Баас'. Кроме этого иракская нефть контрабандой вывозилась танкерами с месторождений Киркука через Курдистан и Восточную Анатолию в нефтеналивной порт Джейхана, где контрабанда 'отмывалась' с помощью законных сделок с НПЗ.

Скандалы, связанные с международной торговлей нефтью, бывало, изменяли ход истории. Например, волны от скандала вокруг французской компании Elf Aquitaine, замешанной в историю со взятками в Габоне, докатились до самого Елисейского дворца. В России поползновения олигарха Михаила Ходорковского продать Exxon долю 'ЮКОСа' и его попытки пригласить Генри Киссинджера (Henry Kissinger) и банковский клан Ротшильдов в опасное, но прибыльное зазеркалье газового рынка Западной Сибири, вызвали гнев Владимира Путина.

Путин, в конце концов, выступил против Ходорковского, бывшего в 2003 году богатейшим нефтяным олигархом и банкиром России. Кремль стал сильнейшим игроком на международном рынке нефти и газа, возможно, за вычетом верхушки Саудовского королевского дома. Российские нефть и газ - это самое увлекательная и сложная область из всего, что я видел за свою карьеру распорядителя фондов, когда искал возможности для заключения выгодных нефтяных сделок в самых темных углах планеты.

Международная торговля нефтью в настоящий момент находится в руках у нескольких фирм, таких как Glencore (основанная Марком Ричем и частично владеющая крупнейшей горнодобывающей компанией Xstrata) и Gunvor (в числе хозяев которой владеющий немецким олигарх из бывших офицеров КГБ, обладающий черным поясом по дзюдо и прочными связями с Путиным еще с тех времен, когда тот работал в петербургской мэрии). Gunvor и Glencore входят в число крупнейших трейдинговых компаний мира, их доходы варьируются от 70 до 80 миллиардов долларов. Возможно, это крупнейшие частные компании на Земле. При этом у них нет ни нефтеперерабатывающих заводов, ни нефтяных скважин, ни флотов супертанкеров, ни заправочных станций. И все же именно через них проходит большая часть нефти и газа, они торгуют черным золотом, принадлежащим 'Газпрому', 'Роснефти', 'Сибнефти' и компаниям из стран ОПЕК, они заключают запутанные, непрозрачные сделки, которые ни одно правительство неспособно полностью контролировать, несмотря на все внимание ЦРУ, MI6, Моссад, ФСБ и их коллег из стран третьего мира к перемещениям нефтяных танкеров.

Хотя США и свергли Саддама Хусейна, когда он попытался продавать киркукскую нефть за евро, и туже затянули петлю санкций на шее Ирана, когда аятоллы собрались открывать на острове Киш нефтяную биржу, следующему поколению 'матадоров' и 'адмиралов' предстоит иметь дело с Россией. Кремль создал нефтяную биржу на Васильевском острове в Санкт-Петербурге, и собирается заключать на нефть марки Urals контракты в рублях.

Президент Дмитрий Медведев, ранее занимавший пост председателя 'Газпрома' - компании поставляющей в Евросоюз четверть импортируемого им газа, что делает ее самой дорогой компанией в мире - планирует создать 'нефтерубль', символ возрождения России в качестве энергетической сверхдержавы, способный бросить вызов доллару в качестве резервной валюты. А тем временем, квазигосударственные образования от иракского Курдистана до колумбийских наркоторговцев и племенные вожди Западной Африки охотно выдают нефтяные концессии отважным авантюристам, готовым вести разведку там, куда не могут добраться Shell, BP и Exxon. Нефтяные трейдеры в буквальном смысле слова пишут черновик истории в самых темных закоулках планеты.

Матейн Халид - инвестиционный банкир и экономический аналитик из Дубаи.

_________________________________________________

Грядут энергетические войны ("Newsweek", США)

Они неправы насчет нефти, ей-богу! ("The Times", Великобритания)

Скажи 'нет' Большой Нефти ("The Baltimore Sun", США)

Gunvor, Путин и я: правда о российском нефтетрейдере ("The Financial Times", Великобритания)