Подобных типов всегда можно увидеть на улицах больших городов, они разговаривают сами с собой, задают вопросы и отвечают, кричат или говорят тихо, что-то обсуждают и проповедуют. Детьми мы их боялись. Это были «юродивые». Это как раз то, на что похож стиль мышления израильского общества. Мы говорим сами с собой, изобретаем ложные аксиомы, носимся с ними, будто они были  ниспосланы свыше, убежденные, что весь мир их принимает. Но мы разговариваем исключительно сами с собой. Никто их не принимает. Израильская общественность не просто говорит сама с собой, но и полностью себя обманывает.
  
Прекрасный тому пример - Иерусалим. Это запущенный город, грязный, местами чудовищно уродливый, страдающий от бедности и невежества.  Это город, разрываемый на части национальными, религиозными,  социальными конфликтами, частично находящийся под оккупацией во всех ее жесточайших формах. Предполагаемое образование, культура, открытость и процветание вопреки реальному положению вещей является средоточием наших национальных  чаяний.
Это - столица, которую не признает ни одно государство мира, но она, по словам премьер-министра,  является «нашей вечной столицей». Иерусалим относительно маргинальный город, конечно, по сравнению с Тель-Авивом. По многим причинам это город, на окраины которого не стекаются толпы светских израильтян для приятного времяпрепровождения. Это город, о котором читает наставления даже премьер-министр. Но сам он не практикует то, что проповедует, используя любую возможность улизнуть из него на выходные дни. Этот город – «сердце нации», постепенно становится городом евреев ультра ортодоксов и арабов - двух беднейших меньшинств общества.

Это - «скальная основа нашего существования», однако в действительсности - разделенный и расчлененный город, который благодаря нашим вводящим в заблуждение формулировкам стал «объединенным Иерусалимом». Это город, политическая судьба которого окутана мраком неизвестности больше, чем какого-либо другого города в Израиле, но он «наш во веки веков». Этот дискурс, который сопровождается самообманом, ведется между нами самими, только между нами. Мы все оказались подвержены иерусалимскому  синдрому.

Границы Иерусалима обманчивы. Если исходить из учета религиозных и национальных чувств в отношении Старого города, то связи между религией и суверенитетом  быть  не должно. Умань на Украине  является святым местом для многих евреев, но никто же не говорит об установлении израильского суверенитета над этим городом. Так что трудно понять, к чьим религиозным чувствам здесь обращаются в условиях постоянно расширяющихся до неузнаваемости границ города – на восток и на запад, на север и на юг.

Какая связь между иерусалимским районом Гило, который находится ближе к Церкви Рождества Христова в Вифлееме, чем к Западной стене (Стене Плача – прим. переводчика) и святыням Иерусалима? А как насчет Писгат Зеева и вечного Иерусалима? Какая связь между еврейским Иерусалимом и лагерем беженцев Шуафат? И как премьер-министр  Биньямин Нетаньяху   (Benjamin Netanyahu) может создавать искусственное различие между строительством в Гило и Хар Хома, которые находятся в пределах нынешних муниципальных границ, и в Маалех Адумим, который лежит за городской чертой, на Западном берегу? Почему строительство в Гило заморозить нельзя, а в Маалех Адумим можно? Тогда почему не расширить муниципальные границы Иерусалима до Хеврона, Мертвого моря, Рамаллаха, Рамле? Почему не объявить все это нашей столицей и не вести там безрассудное строительство?

Премьер-министр лжет нам и в других случаях. Например, в вопросе «наших обязательств защищать свободу вероисповедания в Иерусалиме  приверженцам всех религий, гарантировать справедливое и равное отношение ко всем  жителям города – евреям, арабам и другим». Свобода вероисповедания? Это грустная шутка. Ни в одном другом городе доступ к святым местам не ограничивается по возрастному принципу, как это делается в отношении мусульман, которые хотят молиться в мечети Аль-Акса. Справедливое и равное отношение? Когда это, если такое вообще случалось,  Нетаньяху бывал в палестинских районах любимого города?

Конечно, Израиль может продолжать разговаривать сам с собой и обманывать себя, считать, что не только Иерусалим, но и долина реки Иордан, и Голанские высоты навсегда останутся израильскими. Он может считать, что живущие на них израильтяне - не «поселенцы», а «жители»,  как они всегда себя называли,  а сами эти районы вовсе не являются оккупированными территориями. Он может считать, что еще одно израильское творение -  «поселения» составляют «основу национального согласия», как это сейчас говорят безо всякого на то основания. Он может считать, что нынешняя линия, по которой проходит разделительная стена, это и есть настоящая международная граница. Мы может говорить и говорить сами с собой как юродивые на улицах в моем детстве, которых мы очень боялись.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.