Недавние события в Иране подтвердили подозрения, что Китай снабжает Тегеран всеми ключевыми оборонными технологиями и системами вооружения, включая и те, поставки которых грубо нарушают декларируемую самим Китаем внешнюю политику, направленную, якобы, на недопущение распространения ядерных вооружений.

Военная помощь Китая выплыла наружу, когда администрация Обамы попыталась убедить Пекин присоединиться к остальным членам Совета Безопасности ООН, государствам-членам Евросоюза и большинству неприсоединившихся стран, в том числе, Бразилии, в принятии нового комплекта жестких санкций с целью наказать Иран за его программу ядерного вооружения.

С самого момента распада Советского Союза в 1991 году правительство  США крайне озабочено поступлением в Иран новых технологий оборонной промышленности и оказанием Ирану интеллектуальной поддержки в этой области Россией, Украиной и другими бывшими советскими республиками. В частности, это поставки самых современных противокорабельных ракет, ядерных технологий и чертежей баллистических ракет. Проблема и по сей день остается в числе актуальных для американского правительства.

Одно из последних событий в этой области — ожидаемая поставка в Иран новейших ракет противовоздушной обороны Алмаз-Антей S-300 по контракту, подписанному изначально в 2005 году между Тегераном и федеральным государственным унитарным предприятием России «Рособоронэкспорт».

США, Израиль и другие страны высказались против российских поставок ракет S-300, на том основании, что ракеты значительно улучшат иранскую сеть ракет земля-воздух и уменьшат шансы на успешную воздушную атаку иранских ядерных установок — если придерживаться мнения, что в какой-то момент в этом возникнет необходимость.

Иран почти не предпринимает усилий, чтобы как-то замаскировать то, что аналитики называют современной «подпольной железной дорогой»:  российские и украинские ученые постоянно наведываются в исламское государство, официально в качестве «туристов» или делегатов разных научных конференций с безобидной тематикой.

В действительности эти ученые оказывают помощь многочисленным иранским программам разработки вооружений.

В отчете ЦРУ американскому Конгрессу, который был опубликован в 2009 году, говорится, что помощь от китайских и российских предприятий «помогла Ирану достичь самодостаточности в производстве баллистических ракет».

Эта российская помощь, в частности, дала вполне определенные результаты, позволившие Ирану производить  воздушные истребители/штурмовики Шафак, которые конструктивно являются потомками самолётов, разработанных много лет назад в конструкторском бюро Микояна и других научно-исследовательских центрах аэронавтики бывшего Советского Союза.  

Но все же самым значительным долговременным вкладом Москвы стало отвлечение внимания западных стран, которые привыкли концентрироваться на проблемах помощи Ирану России и Украины в виде людей, технологий, вооружения и инженерных решений.

А между тем, такое глобальное отвлечение внимания дало возможность Китаю под шумок поставлять иранцам большое количество вооружений — и производственных мощностей для их изготовления.

На последней неделе военно-морские силы Ирана заявили о пробном запуске двух базовых моделей противокорабельных ракет ближнего радиуса действия, Наср-1 и Наср-2 (две разные по конструкции модели, в которых используются разные типы систем наведения), и ракеты дальнего радиуса действия, так называемой «Нур».

По сообщениям иранского новостного телеканала  «IRIB» и проправительственного информационного агентства «Borna», ракеты Наср-1 Наср-2 не просто находятся на вооружении у иранской армии; у Иранской организации аэрокосмической промышленности, «Aerospace Industries Organization», уже есть производственная линия, на которой в большом количестве производятся эти виды оружия.

Нур, с диапазоном действия свыше 60 миль, тоже производится в Иране, и, по словам аналитиков, в разработке находится новая версия ракеты с диапазоном дальности, втрое превышающим нынешний.

По данным специалистов в области авиационных ракет, оба вида оружия вначале были разработаны и произведены в Китае и известны как находящиеся на вооружении у китайских вооруженных сил.   

Нур производится в Китае под названием антикорабельная крылатая ракета C-802, а Наср была разработана специально для Ирана авиационной китайской группой Хунду в начале этого десятилетия. Немного поменяли названия, внесли некоторые изменения в конфигурацию, и получились две конкурирующие конструкции: C-704 производства китайской корпорации «China Aerospace Science and Industry Corp», (CASIC), и TL-2, выпущенная группой Хунду.

Сотрудничество с Ираном в области оборонных технологий промышленности началось почти с первых же дней исламской революции 1979 года.

Китайские специалисты в области вооружения остаются одними из лучших в области реверсивной технологии, и за десятилетия они скопировали немало систем вооружения, разработанных российскими конструкторами.

 Китайские инженеры использовали этот опыт, чтобы обучить иранскую промышленность изготавливать запасные детали для оставшихся у Ирана от времен шаха систем оружия американского производства, в ту пору, когда Тегеран потерял возможность покупать американские запчасти. Это произошло в результате наложенного США эмбарго на торговлю с Ираном, которое, кстати, действует до сих пор.

В результате сегодня Иран может самостоятельно производить воздушные суда, ракеты, оборонные электронные системы и различные другие системы оружия.

По заявлению представителей иранских воздушных сил, на той же неделе, когда произойдет запуск ракет, Иран сформирует и первый эскадрон воздушных истребителей иранского производства, Саекех, «Гром».

Это воздушной судно — модифицированная версия старого истребителя Northrop F-5, бывшего первым на вооружении во времена вьетнамской войны. Оно имеет некоторые тонкие отличия, в том числе, двойной вертикальный хвост. Это еще один вид вооружения традиционного типа из числа тех, которые Иран стал производить благодаря китайской помощи развитию.

Эти и другие ирано-китайские программы, в результате кумулятивного эффекта, могут в конечном итоге привести к нарушению баланса безопасности в регионе. И в этом смысле их значение перевешивает важность российской сделки с поставкой S-300.

Однако на данный момент намного большую тревогу в области передачи оборонных технологий вызывает незаконная продажа в прошлом году Ирану 108 датчиков давления. Специалисты по ядерным технологиям утверждают, что эти изделия, под названием мембранно-емкостные преобразователи, были приобретены в таком большом количестве исключительно с целью использования их для мониторинга работы газовых центрифуг, которые Иран использует для получения обогащенного урана, пригодного для производства оружия.

Теоретически эти датчики давления продавать Ирану запрещено, однако в подробном исследовательском отчете, подготовленном бюро Associated Press в Тайпее, показано, что, используя техническую документацию, датированную задним числом, и сертификаты с ложным указанием конечного пользователя, китайские агенты сумели наладить тщательно продуманную эстафетную цепочку, скрывающую истинное место назначения этих компонентов.

Швейцарским изготовителям этих компонентов сообщили, что датчики, заказанные их торговым агентом из Тайваня, предназначались для отгрузки в Шанхай.

В техническую документацию с разрешениями на экспорт были внесены изменения, так что пунктом назначения их стал Тегеран, где их получила иранская компания.

По данным AP, транзакция по датчика давления сначала проводилась открыто. Из документов видно, что 24 января 2009 года компания Roc-Master Manufacture & Supply Company заказала приборы для отгрузки на их базу в Шанхае. Заказ – на сумму 112303,72 долларов  — был размещен через фирму Heli-Ocean Technology Co. Ltd., тайваньского торгового агента швейцарской компании-изготовителя Inficon Holding AG.

Как явствует из документов, 6 февраля Heli-Ocean получил стартовый платёж от Roc-Master и разместил заказ на датчики у компании Inficon.
 
Затем ситуация изменилась. Roc-Master представил пересмотренный заказ на приобретение, датированный задним числом тем же 24 января, дав компании Heli-Ocean указания отправлять датчики не в Шанхай, а в Тегеранский аэропорт. Грузополучателем стала иранская компания «Мошевер Санат Моузер» (Moshever Sanat Moaser), которая на своём веб-сайте представляется провайдером специализированных сплавов и промышленных деталей.

Дэвид Олбрайт (David Albright) из института Institute for Science and International Security в Вашингтоне, автор выходящей на днях книги «Peddling Peril: How the Secret Nuclear Trade Arms America's Enemies» (Опасности розничной торговли: как тайная торговля ядерным оружием вооружает врагов Америки), заметил, что именно китайцам удается, исхитрившись, спасать ядерные программы Тегерана, обеспечив канал снабжения, когда все другие усилия по приобретению нужных компонентов оказываются безуспешными.

« [Иранское] правительство искало помощи везде —  у России, Европы, США, — но этим странам мешает международное сообщество», — говорит г-н Олбрайт.

По сообщениям европейских разведслужб, до сих пор были заблокированы девять из десяти попыток приобретения этих датчиков.

Министр иностранных дел Китая заявил, что не знал об этой продаже, и что весь нелегальный экспорт предметов, связанных с ядерными технологиями, запрещен.

Однако наблюдатели, знакомые со схемами ведения торговли между двумя странами, подчеркивают, что Пекин не в состоянии решительно отказать иранцам в том, что они хотели бы иметь, законным способом или нет.

Испытывающий постоянный энергетический голод Китай приобретает до 15 процентов нефти и природного газа у Ирана, и эта зависимость со временем будет только расти  — как и запросы Ирана на все более продвинутую военную технологию.