Китай покупает у Ирана всё больше нефти и газа, всё активнее участвует в инфраструктурных проектах на его территории, всё больше продаёт ему своих товаров и к тому же остерегает Запад от ужесточения санкций в отношении его атомного проекта. Казалось бы — чем не начало крепких, длительных дружеских отношений?

Также Китай всё громче вторит Ирану в его антизападной риторике и поддерживает его требования предоставить больше веса на мировой арене незападным странам.

Тем не менее, если верить политикам, предпринимателям и экспертам, мало кто из иранцев ждёт, что эти связи выльются в формирование полноценной и долгоживущей политической оси. Кроме того, нарастает беспокойство по поводу возрастающей зависимости Ирана от Китая — как в экономическом, так и в политическом смысле.

Иран не доверяет ни одной сверхдержаве, и для Китая исключение не делается, но своей склонностью к конфронтации Иран сам лишил себя всех остальных партнёров на мировой арене. Некоторые иранцы этим даже гордятся.

 «Иран не рассчитывает ни на чью поддержку, в том числе и на поддержку китайцев», — комментирует член комитета по национальной безопасности и внешней политике при иранском меджлисе Казем Джаляли. — «Китайцы, как и мы, считают, что заслужили право играть более важную роль в мировых делах».

Другие иранцы, однако, опасаются, что возрастающая зависимость их страны от Китая ограничивает их возможности.

 «Это неравноценные отношения», — считает аналитик-китаист из тегеранского Центра стратегических исследований Мохсен Шариатиния. По его словам, Ирану негде покупать многие товары, кроме как в Китае, и к тому же он нуждается в поддержке Китая на политической арене, тогда как у китайцев масса других возможностей сбывать свой товар, да и нефть с газом они могут покупать у многих других производителей.

 «Если нам понадобиться отдалиться от Китая, к кому же нам тогда приближаться?» — спрашивает политолог Аббас Абди, критически настроенный по отношению к собственному правительству. — «К России? К Евросоюзу? К США?». Он считает, что Китай — это «единственный вариант, и сами китайцы это знают».

Россия, хотя и снабжает Иран военным оборудованием и строит для него АЭС, теперь выступает за ужесточение санкций против Ирана, и Китай всё больше и больше смахивает на последнего оставшегося союзника Ирана среди постоянных членов Совета безопасности ООН. Пекин категорически утверждает, что дополнительные санкции ни в коем случае не должны затрагивать торговлю энергоносителями.

Санкции вынудили Иран возобновить тесные связи со своим старейшим торговым партнёром — их отношения сформировались ещё в пору расцвета Великого шёлкового пути, торгового маршрута, соединявшего Азию с Европой.

Иранское правительство и частный сектор, получающие большое количество нефтедолларов (в том числе и от Китая) обратились к жадным до энергоносителей китайцам, готовым продавать им те товары, которые западные страны им уже не продают.

В последние годы суммарный торговый оборот между странами резко вырос: в 1997 году он составлял 12 миллиардов долларов, а в 2009 достиг 28 миллиардов — об этом сообщил председатель негосударственной ирано-китайской торговой палаты Асадолла Асгароляди — «Уже в этом году мы перевалим за отметку в тридцать миллиардов».

Торговые отношения сделали Иран главным импортёров китайских товаров во всём ближневосточном регионе, благодаря чему Китай смог проникнуть на один из немногих рынков, где США вообще не представлены. В то же время Иран стал одним из главных поставщиков нефти для Китая, уступая только Саудовской Аравии и Анголе.

«Иран для нас крайне важен, потому что остальные рынки контролируются другими странами», — поясняет представитель правительства Китая, имеющий отношение к закупкам иранской нефти. — «В этом году мы будем покупать больше всех сырой нефти у Ирана, обогнав по этому показателю Японию», — продолжил этот чиновник, пожелавший остаться неизвестным в силу щепетильности обсуждаемой темы. — «Как и все остальные страны, мы тревожимся из-за атомного проекта Ирана, но и отказываться от своих интересов не готовы».

По словам иранских предпринимателей, западные страны теряют деньги из-за введённых ими же санкций.

«Иранцы перенаправили в сторону Китая более пятидесяти миллиардов долларов инвестиций», — заявил Асгароляди, занимающийся экспортом фисташек. — «Эти деньги можно было потратить на Западе, помочь экономически неблагополучным странам, но санкции не позволяют это сделать ... Запад сам усилил своего противника».

Древние базары Ирана завалены китайскими товарами — от дешёвых тканей и бытовых приборов до столовых приборов и презервативов. Новые муниципальные автобусы Тегерана сделаны в Китае; оттуда же происходит и сложное медицинское оборудование, стоящее в больницах.

Местному производству нанесён тяжёлый удар.

Но дешёвые импортные товары и нефть ещё не означают, что Китай обязательно будет твёрдо отстаивать интересы Ирана на международной арене, — во всяком случае, так говорят аналитики. А если Китай пойдёт на поводу у США и поддержит ужесточение санкций, Иран ничего не сможет поделать.

«Иран пытался заручиться помощью Китая для защиты от политики США», — комментирует Абди, — «Но у нас нет реальных рычагов, с помощью которых мы могли бы добиться от них реальной защиты».

Китайские нефтяные компании участвуют в работе шести нефтехимических проектов в Иране общей стоимостью 8,6 миллиарда долларов — об этом сообщил один специалист по нефтяной отрасли из Ирана.

«Иран никогда не закроет эти проекты, даже если начнутся проблемы с политикой», — сказал он. — «Западные компании избегают вести дела с Ираном, так к кому нам остаётся обращаться, как не к Китаю?».

Реально действующих проектов крайне мало по сравнению с тем, сколько их предполагалось реализовать совместными усилиями двух стран (несколько десятков). Самый дорогостоящий из этих проектов представлял собой подписанный в 2004 году контракт на сумму 100 миллиардов долларов, но, подобно многим другим проектам, это грандиозное начинание тихо провалилось.

«Мы получаем мало прибыли», — комментирует представитель китайского правительства. — «Иногда из-за технических или политических проблем не все контракты выполняются. Но пока что рынок наш».

Иранские политики не забыли, как в 1997 году китайцы отменили сделку на сумму 4 миллиарда долларов по снабжению Ирана ракетными и ядерными технологиями. Это произошло после того, как Китай договорился с США о снятии некоторых торговых барьеров и разрешении споров вокруг поддержки Америкой Тайваня.

«Мы для них всего лишь пешки», — считает политолог Абди. — «Потом они будут решать, как использовать нас».