Перевод предоставлен изданием "Курсор" (Израиль)

Болезненное ощущение, что правительство Нетаньяху – большая беда для всех нас, возникло отнюдь не в связи с событиями последней недели. И, по-видимому, это тревожное чувство не покинет нас в ближайшее время.

Это ощущение возникло вовсе не тогда, когда правительство приняло решение перехватить флотилию, направлявшуюся в Газу. Начало было положено давно, и список соответствующих событий достаточно длинен: пренебрежение решениями, принятыми самим же правительственным кабинетом, позорное невыполнение постановлений Высшего суда справедливости. И самое главное – паралич политического процесса, который лежит в основе существования правительства.

Паралич, ведущий к последствиям, серьезность которых трудно переоценить.
"Государство мечется между отчаянием и отрицанием очевидной реальности, - заметил писатель Давид Гроссман в беседе со своим американским коллегой Полом Остером во время последнего фестиваля писателей в Иерусалиме. – Мы помещаем себя в узкие рамки культуры ненависти и страха. Насилие проникло в наши внутренние органы. Мы были честолюбивым народом, а стали беспомощными. Государство, обладающее силой, парализовано. Суицидальное государство". Эти тяжелые слова отражают пугающую реальность, которую можно определить фразой "Сиди и ничего не делай".

Министры правительства делятся на тех, кто предпочитает "управлять" ближневосточным конфликтом, и тех, кто вообще не верит возможность мирного урегулирования; на тех, кто боится процесса урегулирования, и тех, кто ничего не делает для того, чтобы заставить Нетаниягу действовать во имя воплощения принципа "два государства для двух народов" а лишь обеспечивает его правительству "прикрытие задницы", покрывая его преступное бездействие. Но при этом абсолютно все являются специалистами по американской политике.

Все предъявляют претензии к Обаме, но в своем глазу не замечают бревна. Все заняты вопросом, что будет делать Нетаньяху после 26 сентября, но при этом игнорируют невероятную наглость, невероятное высокомерие, с которыми Нетаньяху позволяет себе руководить страной, не имея никакой государственной программы. Нетаньяху ни перед кем не собирается держать ответ – ни перед американцами, ни перед ООН, ни перед европейцами, ни перед палестинцами, ни перед сирийцами – а главное: он не считает нужным держать ответ перед нами, израильтянами: куда ведет нас это правительство, какие у него цели? Как поступят американцы, и что будет с нами, когда "единственная демократия на Ближнем Востоке" перестанет быть демократией?

Израильская политика бездействия на самом деле не нуждается в специалистах. Всем понятно, что проволочка с ответами на вопросы Барака Обамы, Джорджа Митчелла, Пан Ги Муна, Николя Саркози предназначена не для формирования новой политической инициативы или во имя долгожданного практического подтверждения готовности Нетаньяху к разделу страны. Тот, кто возлагал какие-либо надежды на Нетаньяху, просчитался. "Мира между смелыми лидерами" ждать не приходится. У Израиля нет такого лидера. И время, с которым играет Нетаньяху, это даже не ускользающее время – это потерянное время.

А пока его правительство продолжит скорбеть об изменениях, происходящих в исламизирующейся Европе и о резком повороте в турецкой политике. Министры Нетаниягу будут жаловаться на нового Ахмадинеджада, которым стал Эрдоган. Но будут рады открывшимся возможностям окончательно забаррикадироваться от остального мира. Это они умеют.

Недавно, когда британские консерваторы вернулись к власти, журнал The Economist сделал комплимент их противникам, проигравшим выборы. "Правительство лейбористов, - отметил еженедельник. – заслуживает всяческих похвал за то, что оно само сформировало эпоху, а не равнодушно плелась у времени в хвосте". О правительстве Нетаньяху можно сказать обратное: оно проявило полное равнодушие к эпохальным изменениям в мире и посеяло зерна будущей катастрофы.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.