Вспоминается известная шутка Вуди Аллена: все, что наши мамы считали для нас полезным - молоко, солнце, красное мясо, - на самом деле таковым не является. По прошествии недели бесполезной дипломатии в отношении Ирана и дискуссий с очень умными  знатоками этой страны нам необходимо, как мне кажется, начать задавать вопросы о том, все ли правильно в нашей политике, основанной на экономических санкциях и бесплодных  дискуссиях по поводу иранского режима.

По моему мнению, существует по крайней мере пять причин, по которым нужно прервать это обсуждение. Во первых, мы придаем ауру легитимности режиму, который уже разделен внутренне и подвергается давлению со стороны некоторых представителей клерикалов и «Зеленого движения». Пока мы ведем диалог, мы более склонны к тому, чтобы во время встреч скорее для проформы ставить вопросы о грубых нарушениях прав человека, не получать после этого никаких результатов и вновь проводить встречи. Когда мы подключаем госсекретаря Хиллари Клинтон и заставляем ее бегать за иранскими представителями, становится понятным, что в настоящий момент мы наносим больше вреда, чем делаем добра, поддерживая контакт с этим деспотическим режимом.

Во-вторых, единственным приемлемым результатом является полный демонтаж иранской ядерной программы, а не какой-нибудь другой вариант, который будет неокончательным и который будет невозможно проверить. В этом случае Иран получил бы возможность заниматься в ограниченном объеме обогащением ядерных материалов. Но чем больше мы говорим, тем более вероятным представляется «компромиссный»  вариант. Так было в прошлом году, хотя иранцы и не согласились заключить эту сделку.

В-третьих, переговоры, в том виде, в каком они построены в настоящий момент, сфокусированы преимущественно на ядерных вопросах, и эта та область, где Иран чувствует себя достаточно комфортно, защищая свою позицию. Мы очень мало времени уделяем обсуждению поддержки Ираном терроризма и нарушений им прав человека, то есть тех тем, которые усугубляют внутреннюю напряженность в Иране.

В-четвертых, нет никаких указаний на то, что иранский режим способен заключить сделку. В октябре мы предложили очень привлекательную сделку, в соответствии с которой часть иранских ядерных материалов могла бы проходить процесс обогащения и после этого возвращаться в страну. Если эта сделка станет жертвой внутренних распрей между различными группировками иранского руководства, то в таком случае останется мало надежд на то, что более хорошая сделка сможет воспрепятствовать появлению в распоряжении Ирана ядерных возможностей.

В-пятых, сложно предложить вариант, при котором экономические санкции, от которых страдают простые граждане, могли бы заставить репрессивный режим – если не брать во внимание Южную Африку – признать свое поражение по геополитическим вопросам. И в случае с Южной Африкой мы имели поддержку двух десятков государств для того, чтобы сделать это государство изгоем.

Но мы должны показать нашим союзникам, насколько мы разумны и насколько упрямы иранцы, утверждают сторонники ведения переговоров. Но почему? Если санкции не имеют никакого эффекта или имеют незначительный эффект, а контакты стали непродуктивными, то зачем нам пытаться производить впечатление на тех, кто находится на нашей стороне?

Так что же следует делать? У меня четыре предложения. Во-первых, мы должны оказать активную поддержку «Зеленому движению» (финансовую, технологическую и политическую), которое дает единственную надежду на позитивные изменения и появление такого режима, который не будет проводить столь ужасную политику в области прав человека и который будет менее агрессивным на международной арене. Разговоры о том, что мы «испортим» «Зеленое движение», предоставляя ему помощь, являются безосновательными спекуляциями и противоречат заявленному желанию движения получать поддержку от Соединенных Штатов.

Во-вторых, мы должны продолжить и усилить шпионскую деятельность по поводу иранской ядерной программы, а также ее саботаж. Каждый раз, когда происходит «автомобильная авария» с участием ученого, работающего в ядерной области, или внедряется компьютерный вирус, мы выигрываем время и задерживаем график реализации иранской ядерной программы. При этом мы уточняем ту цену, которую будут платить все те, кто участвует в реализации ядерной программы. Считайте это крайней целевой санкцией.

В-третьих, нам необходимо сделать права человека центральной темой в нашей     двусторонней и многосторонней дипломатии в отношении Ирана. Привлечение внимания к пагубному характеру этого режима позволяет  подрывать его легитимность внутри страны и поддерживает «Зеленое движение». Мы должны протестировать теорию о том, что наиболее эффективной стратегией разоружения является активная политика в области прав человека, при которой Евросоюз и другие государства оказывают дипломатическое давление на иранский режим.

И, в-четвертых, мы должны разработать и поддержать реалистичный план использования силы. Если существует реальная угроза применения силы – не оккупация или агрессия, а нанесение ударов, достаточных для того, чтобы нанести ущерб ядерной программе, вооруженным силам и Революционной гвардии, - то это может оказать влияние на процесс принятия решения. А что можно сказать по поводу того, что нация может сомкнуться вокруг национального флага в случае нападения? На самом деле это будет зависеть от характера ударов, а также от того, насколько сам режим отдалился от иранского народа, проводя массовые убийства, заключения под стражу и изнасилования в тюрьме. Есть основания считать, что широкая антиправительственная коалиция считает существующий режим нелегитимным и нарушающим декларируемые исламские заповеди. В этих условиях нанесение удара может стать переломным моментом, а не фактором, способным сплотить народ.

Цель должна состоять в том, чтобы сделать все возможное для ускорения развала режима, и одновременно мы должны предпринимать усилия для того, чтобы затормозить ядерную программу, или заставить Иран вообще от нее отказаться. Да, это потребует полного переосмысления нашей стратегии в ее нынешнем виде, а также использования санкций и ведения переговоров для того, чтобы побудить этот движимый идеологией режим отказаться от попыток оказать воздействие на международное сообщество. Мы должны начать эту работу как можно раньше и сделать это до того, как существующий подход нанесет дополнительный ущерб «Зеленому движению» и нашим перспективам, направленным на обуздание Ирана.