Долгое время Россия считалась в Турции врагом номер один. Когда существовала Османская империя, прогремел ряд жестоких войн с Россией. С 1923 по 1991 год Турецкая Республика несла ответственность за охрану южных границ НАТО.

Но после окончания холодной войны обстоятельства изменились, и сотни турецких предпринимателей потянулись на восток: недоразвитые экономические системы советских государств предлагали новые возможности.

Эти инвестиции окупились, потому что в 2008 году Россия обошла Германию и заняла первое место в списке внешнеторговых партнеров Турции: двусторонний оборот между этими странами, как ожидается, к концу года превысит 40 миллиардов долларов. Россия на 68% покрывает потребность Турции в природном газе, на 20% — в импортной нефти. Ежегодно Турцию посещают тысячи русских туристов; недавно между странами был подписан договор об отмене визового режима. Более того, недавно Турция вычеркнула Россию из «красного списка», куда службы национальной безопасности страны вносят внешние угрозы безопасности Турции.

Большая часть роста торгового оборота между странами объясняется ростом импорта энергоносителей из России. Турция находится в центре богатого энергетическими ресурсами ближневосточного и евроазиатского регионов и намерена занять узловую позицию на маршруте снабжения Европы нефтью и газом. Россия же очень хочет взять под свой контроль каналы снабжения Европы газом, а в Турции видит ключевого стратегического партнера по удушению и намерена провести ряд операций на дипломатическом фронте, чтобы обеспечить защиту своих энергетических и экономических интересов.

Эти две дополняющие друг друга задачи зачастую служат катализатором для заключения и других соглашений. К примеру, данное Россией согласие построить первый в Турции атомный реактор связано с желанием обеих стран углубить сотрудничество в области энергетики. «Атомстройэкспорт» и «Интер-РАО» договорились о строительстве четырех реакторов общей мощностью 4,8 ГВт примерно за 20 миллиардов долларов. Масштаб сделки, если ее условия выполнят, не будет иметь прецедентов, и в распоряжении Турции, по данным аналитиков из STRATFOR, окажется один из самых крупных реакторных комплексов в мире. Даже у самой России нет таких больших АЭС, и о планах строить такого масштаба реакторный комплекс в ближайшем будущем она не сообщала.

Отклоняясь от обычной практики, Россия согласилась профинансировать этот проект, компенсировав стоимость гарантированных поставок электричества на пятнадцать лет. Россия сохранит за собой 51%-ную долю во владении компанией, а 49%-ную долю, скорее всего, продаст турецкой энергетической компании Aksa. Турции придется положиться на Россию в плане обслуживания станции и поставок уранового топлива и запчастей. По сути дела, Турция согласилась разместить на свою территорию АЭС, построенную русскими, принадлежащую русским, обслуживаемую русскими и эксплуатируемую русскими, в обмен на гарантированные поставки российского электричества. Критически настроенные наблюдатели отмечают, что от этого Турция впадет в еще более сильную зависимость от России в сфере энергетики, а пользы от обмена технологиями в области мирного атома не получит.

Воспользовавшись переговорами о строительстве реактора как предлогом, Турция добилась от России уступок по другим проектам в сфере энергетики. Во время переговоров была достигнута договоренность о транспортировке российской нефти с черноморского побережья Турции на средиземноморское. Трубопровод строят «Газпром» — гигант российской энергетики, турецкая фирма Calik Holding и итальянская Eni. Смысл его — снизить танкерную нагрузку на перегруженный и узкий пролив Босфор, отделяющий Европу от Азии. Это основной пункт энергетической политики Партии справедливости и развития.

С геополитической точки зрения у Турции и России есть немало общих политических задач, связанных со странами черноморского и прикаспийского регионов. Кавказ издавна был ареной противостояния политических интересов России и Турции. Турция поддержала независимость Азербайджана, Армении и Грузии и вплоть до второй чеченской войны содействовала борьбе чеченцев за независимость. Россия же активно отстаивала права курдов и помогала Рабочей партии Курдистана. Но после подписания в декабре 2001 года плана действий по сотрудничеству в Евразии страны договорились о прекращении поддержки сепаратистов в Курдистане и Чечне, тем самым устранив серьезный источник осложнений в отношениях.

Одновременно с этим ухудшились отношения США и России из-за ситуации на Украине и в Грузии и одностороннего разрыва администрацией Буша договора о запрещении баллистических ракет. С точки зрения Турции же эти события совпали с резким осложнением отношений с США из-за нападения на Ирак.

В то время политика, проводимая Вашингтоном, коренным образом противоречила региональным интересам Турции. Как и Россия, Турция издавна стремилась не к борьбе за демократию, а к борьбе за стабильность на Кавказе. Более того, обе страны оказались едины в своем неприятии войны в Ираке. Из-за этого и Россия, и Турция выступили против громогласной кампании администрации Буша в поддержку демократии. В подтверждение истинности этого Турция строго следила за соблюдением конвенции Монтре о статусе проливов, согласно которому во время российско-грузинской войны доступ в акваторию Черного моря имело лишь минимальное количество кораблей поддержки флота США.

В Турции считают, что в любой схеме обеспечения безопасности в регионе должна участвовать Россия, а «внешние силы» (то есть США) должны воздержаться от вмешательства в ее непосредственную сферу влияния. Кроме того, Анкара признает за Россией право играть роль в решении «замороженных конфликтов» региона, особенно армяно-азербайджанского.

В кратко- и среднесрочном периоде, судя по всему, Турция будет стремиться вести сбалансированную внешнюю политику, максимизируя свою собственную политическую прибыль и пренебрегая даже своими традиционными союзниками с Запада. Москва намерена не давать Западу пытаться обойтись без ее нефте- и газопроводов, чтобы сохранять свою геополитическую влиятельность в Европе. Безусловно, существуют все условия для углубления странами двусторонних отношений в ближайшем будущем. С точки зрения турецкой политики — углубление сотрудничества с Москвой хорошо вяжется с внешнеполитическим курсом Турции на минимизацию проблем, в то же время принося ей пользу в плане решения ряда непосредственных внешнеполитических задач.

Аарон Штайн — журналист, работает в Стамбуле

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.