Организовав на этой неделе в Стамбуле новый раунд международных переговоров по вызывающей большие противоречия иранской ядерной программе, Турция надеется придать новое ускорение своему стремлению стать влиятельным региональным посредником.

Руководитель внешнеполитического ведомства ЕС Кэтрин Эштон (Catherine Ashton) провела в Стамбуле переговоры с турецким министром иностранных дел Ахметом Давутоглу (Ahmet Davutoglu), рассмотрев на ней вопросы, связанные с проведением намеченной на сегодня встречи. Отдельно Давутоглу провел переговоры с представителем Ирана на этой встрече Саидом Челили (Said Celili).

После переговоров с баронессой Эштон Давутоглу заявил: «Проведение очередной встречи спустя два месяца после Женевы само по себе демонстрирует наличие конструктивного подхода с обеих сторон». Говоря о Женеве, он имел в виду предыдущую встречу по ядерной проблеме, которая состоялась в этом швейцарском городе в декабре. «Мы надеемся, что итогом встречи в Стамбуле станет сохранение атмосферы взаимного доверия и что появится возможность для достижения более конкретных результатов».

Запад обеспокоен тем, что Иран вынашивает планы создания атомной бомбы, однако Тегеран эти обвинения отрицает.

На официальном уровне Турция умаляет свою роль на переговорах между представителями пяти постоянных членов Совета Безопасности ООН (Китая, Франции, России, Британии и США плюс Германия с одной стороны, и Ирана с другой). «Мы являемся лишь посредниками, организаторами данной встречи, - заявил высокопоставленный  турецкий дипломат. – Участвовать в переговорах мы не будем».

Эштон также сказала, что роль Турции сводится к организации встречи. «Переговоры будет вести та же команда, что и прежде», - подчеркнула она.

Однако именно Турция предложила Стамбул в качестве места для проведения переговоров по Ирану. В прошлом году турецкое правительство вызвало серьезные споры вокруг иранской ядерной программы, договорившись с Бразилией и Ираном об отправке иранского урана в Турцию в обмен на получение высокообогащенного урана из-за рубежа для его применения в медицинском реакторе. Запад эту договоренность отверг. Вскоре после этого Анкара разозлила своих союзников по НАТО, проголосовав против новых санкций в отношении Ирана в Совбезе ООН.

Западные критики обвиняют Турцию в том, что она защищает Тегеран. Эти обвинения усилились после того, как премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган (Recep Tayyip Erdogan) заявил в 2009 году корреспонденту Guardian, что направленная против иранской ядерной программы западная критика «не совсем справедлива, поскольку те [кто обвиняют Иран в создании ядерного оружия], сами обладают очень мощными ядерными арсеналами».

Турецкие дипломаты резко отвергают предположения о том, что их страна отворачивается от Запада. Являясь членом НАТО на протяжении полувека с лишним, Турция «давно уже ориентируется» на Запад, заявил другой турецкий дипломат. «Нет никакого противоречия между этой ориентацией и стремлением поддерживать хорошие отношения  с соседями», - отметил он.

Анкаре не нужен оснащенный ядерным оружием Иран, но она также всячески стремится предотвратить военную конфронтацию между Западом и Тегераном. Как заявил турецкий дипломат, Турция признает наличие «определенной озабоченности» по поводу иранской программы. Однако эту озабоченность «необходимо устранить к удовлетворению всех» вовлеченных сторон. Турция считает, что заключенная в прошлом году  в Тегеране сделка по обмену ураном - это оптимальный способ для продвижения вперед, и что эта сделка «по-прежнему  находится на столе переговоров».

В преддверии стамбульской встречи Давутоглу и турецкие дипломаты заявили, что их страна готова содействовать переговорному процессу путем создания благоприятной атмосферы для проведения плодотворных переговоров. «Могут быть проведены двусторонние переговоры с обеими сторонами», - сказал один дипломат.

С приходом Давутоглу на пост министра иностранных дел в начале 2009 года Турция стала проводить гораздо более активную внешнюю политику, которая основана на идее превращения страны в центр региональной силы на основе создания мощной экономики, решения внутренних вопросов и налаживания отношений с соседями по принципу «нулевых проблем».

Даже ограниченный доступ к стамбульским переговорам придаст мощный импульс амбициозным планам Турции. Но хотя Анкара твердо намерена и впредь улучшать свои отношения  с Ираном, ей приходится соотносить этот внешнеполитический приоритет с другими целями Турции, в частности, с ее стремлением стать честным посредником в ядерном споре и убедить Запад в том, что она не разворачивается в сторону Востока.

Перед встречей в Стамбуле Турция начала тонкие закулисные маневры, стремясь обеспечить сохранение этого баланса. Примером тому стало решение Анкары отложить окончательное решение вопроса о запланированном на 14-17 февраля государственном визите турецкого президента Абдуллы Гюля в Иран. По сообщениям турецких газет, Гюль поедет в Иран только в том случае, если ядерные переговоры в Стамбуле дадут какой-то результат. Таким образом, Турция хочет оказать на Иран давление, чтобы тот продемонстрировал гибкость во время стамбульской встречи.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.