В дипломатии парадигма, в рамках которой думают правительства, может определять ход событий не меньше, чем любые переговоры. Возьмем прошедшую 21-22 января в Стамбуле семистороннюю встречу по иранской ядерной программе. Баронесса Кэтрин Эштон (Catherine Ashton), верховный представитель Европейского Союза по иностранным делам и политике безопасности, считала, что она возглавляет на переговорах группу из «европейской тройки» (Британии, Франции и Германии) и трех других стран (Китая, России, Соединенных Штатов).

Между тем Китай упорно говорил о переговорах в формате «5+1» - что означает пять постоянных членов Совета безопасности ООН и Германию. С точки зрения Пекина, этот формат дает Китаю право вето в отношении коллективных действий группы и не позволяет другим странам, особенно США и отдельным членам Евросоюза, которых Вашингтон мог бы убедить за собой последовать, предпринимать против Ирана любые односторонние действия.

Главная цель Китая и России - предотвратить  любые прямые действия, которые могли бы угрожать тегеранскому режиму. Это противоречит парадигме единства, которую хотела создать Эштон. Иран не устоял бы против шести наиболее могущественных стран в мире, если бы они действительно действовали совместно, но в Тегеране знают, что они не едины. Пекин и Москва – союзники Ирана, который они считают самой могущественной страной в богатом энергоносителями регионе Персидского залива, и его ослабление не в их интересах.

На пресс-конференции после провала переговоров Эштон заявила: «Мы ожидали, что Иран продемонстрирует прагматичный подход  и позитивную реакцию. На такой результат я не рассчитывала». Интересно, на чем основывались ее надежды? Китайская пресса постоянно публиковала вызывающие иранские заявления. Газета коммунистической партии Global Times процитировала слова иранского президента Махмуда Ахмадинежада, заявившего за два дня до переговоров, что Запад не остановит ядерную программу Ирана: «Иранская нация не отступит ни на шаг. С иранской точки зрения ядерный вопрос закрыт». Официальное китайское информационное агентство «Синьхуа» сообщало: 

«Постоянный представитель Ирана в Международном агентстве по ядерной энергии (МАГАТЭ) Али-Асгар Солтание (Ali-Asghar Soltanieh) заявил за день до переговоров, что Иран не остановит проект по обогащению урана ни при каких условиях.
 
В четверг Солтание заявил в Москве, что Иран не боится угроз, и что «Исламская республика не закроет свою программу по обогащению урана», сообщило в пятницу официальное информационное агентство ИРНА.
 
«Мы ни при каких условиях не подчинимся резолюции Совета безопасности ООН и не остановим процесс обогащения урана ни на минуту», - цитирует его слова агентство».
 
После переговоров агентство «Синьхуа» сообщило из Стамбула:

«Глава иранской делегации на переговорах заявил в субботу, что предложенные Ираном «предварительные условия» - фактически являются не требующими обсуждения правами страны. 

Иран потребовал от мировых держав до начала переговоров отменить санкции и признать его право развивать ядерную программу и обогащать уран. Верховный представитель ЕС по внешней политике Кэтрин Эштон считает, что эти «предварительные условия» блокируют переговорный процесс, однако, по мнению Саида Джалили (Saeed Jalili), «это не предварительные условия, а права»».
 
Эштон, между тем, заявила, что санкции, наложенные в связи с иранской программой по обогащению урана, нельзя отменить, так как «МАГАТЭ не смогла удостоверить, что иранская ядерная программа имеет исключительно мирную природу».
 
К сожалению, Эштон предполагает только продолжение переговоров. «Европейская тройка» запустила этот процесс в 2003 году как мирную альтернативу прямому действию, к которому США прибегли в Ираке. Китай и Россия присоединились к нему по тем же причинам. Страны Евросоюза надеялись, что на переговорах удастся достигнуть решения, в то время как Пекин и Москва охотно позволяют Ирану продвигаться вперед, как он делал последние восемь лет, при отсутствии «решения», которое положило бы конец его ядерным амбициям.

Теперешняя парадигма дает Ирану  возможность обзавестись ядерным оружием, если он этого хочет. Достичь реального решения проблемы позволила бы только смена режима в Тегеране либо «односторонние» действия против Ирана и уничтожение его программы по созданию ядерных вооружений.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.