Послание от супердержавы было четким. Вы – наши союзники. Мы понимаем ваши трудности. Но пришло время перемен. Такова была история в 1989 году, когда седые старики в Варшаве, Праге, Будапеште и Софии обнаружили, как долговременная уверенность в происходящем исчезает с ветрами перестройки и гласности и пробуждением общественного мнения в их собственных странах. 

Для осанистых диктаторов Ближнего Востока все это должно казаться знакомым. Их правление зависело от двух опор. Одной из них была безнадежность – ощущение в народе того, что инакомыслие является не только опасным, но и бесполезным. Другой было потворство США: деньги, сотрудничество в сфере безопасности и крепкая рука помощи. Внезапно, обе опоры опасно зашатались.

Было бы довольно несправедливо проводить прямое сравнение между советским правлением в Восточной Европе и американскими союзами в Северной Африке и на Ближнем Востоке. США не вторгались в эти страны. Они не депортировали их элиты в вагонах для скота в дебри Вайоминга. Они не заставляли их изучать английский язык под дулом пистолета, не запрещали религию и не устанавливали чуждую экономическую и культурную систему. Кроме того, США не поддерживали свои геополитические интересы [в этих странах] с помощью танков. Советский Союз делал все это, и больше, в Восточной Европе.

Однако стоит выделить и сходства. В то время борцы за свободу из Восточной Европы видели в Советском Союзе желанный источник вдохновения. Они испытывали трепет от вида Андрея Сахарова, осуждавшего преступления прошлого. Они приветствовали Михаила Горбачева, когда тот проповедовал новое мышление и создание общеевропейского дома. Эти идеи – большие, смелые и хорошие – перевесили, по крайней мере, на время шрамы, оставленные пактом Молотова-Риббентропа и холодной войной.

Схожим образом, большие, смелые и хорошие идеи США – свободные выборы, открытая экономика, диктатура закона, свободная пресса – перевешивают гнев, ощущаемый многими простыми арабами по поводу того, что в их глазах является грехами прошлых американских администраций: несправедливой внешней политики, переворотов и путчей, поддержки уступчивых, но жестоких правителей и ослепляющей жажды нефти.

Пока что все хорошо. 1989 год несет в себе некоторые благоприятные уроки. Народовластие работает. Когда режимы теряют волю убивать и ощущают потерю внешней поддержки, они быстро рушатся.

Но что происходит затем? Тут параллели становятся более тревожными. Важный урок революций состоит в том, что их запросто можно украсть. Самые ловкие инсайдеры старого режима быстро выводят из страны свои деньги или очищают свои репутации. Если в Йемене, Тунисе, Египте и где-то еще падут существующие режимы, следите за хитроумными шпионами и аппаратчиками в тумане революции – они будут распространять слухи и манипулировать событиями, одновременно перевоплощаясь в юристов, ученых и бизнесменов.

Иногда воровство является более непосредственным (и не только потому, что из правительственных зданий или музеев можно украсть произведения искусства). Деньги исчезнут из государственных и партийных бюджетов и направятся на Кипр, в Панаму или (если речь идет о действительно крупной сумме) Лондон. Власть исчезает, но превращается в богатство. Затем это богатство может помочь выкупить обратно власть, либо с помощью инвестиций в СМИ, либо через пожертвования политическим партиям. Деньги – это ахиллесова пята демократии.

Главная опасность состоит в том, что люди хотят перемен, но получают хаос. Авторитарные режимы могут быть мрачными и нечестными, но они охраняют граждан от преступности и беспорядков с актами насилия. Взрыв бандитизма между Балтийским и Черным морями, произошедший после 1989 года, у многих охладил энтузиазм по поводу нового порядка.

США следует избегать ностальгии и уважительно поприветствовать новых лидеров. Прискорбно, но Россия упустила свой шанс после 1989 года, когда казалось, что она жалеет о потере своего геополитического влияния больше, чем готова приветствовать демократию и свободу. Мы все знаем, чем это закончилось.

Автор статьи – корреспондент журнала The Economist в Центральной и Восточной Европе.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.