10 октября Европейский Союз решил ужесточить позицию по отношению к Башару Асаду. Тем не менее, Франции и Европе нужно пойти гораздо дальше, чтобы без промедления изолировать убийц. 

Внешнего давления будет определенно недостаточно, чтобы заставить уступить Башара Асада. Сирийский национальный совет, который был сформирован 2 октября в Стамбуле для объединения всех оппозиционных сил, заявил, что сирийский народ сам свергнет упорно стремящийся раздавить его режим.  

За это он уже заплатил кровавую цену, причем цену высокую: более 3000 погибших, десятки тысяч задержанных (в настоящий момент в заключении остаются почти 15 000 человек), не считая пыти и избиения, похищения и изнасилования. Страдания гражданского общества уже давно превысили терпимый предел. Без иностранной помощи на его долю выпадут и еще более болезненные испытания. В этой связи нам необходимо оказать ему срочную помощь, чтобы все жертвы, которые ему пришлось принести с марта этого года, не оказались напрасными.

В Париже (10 октября в театре «Одеон» прошел вечер солидарности с сирийским народом), Лондоне и Нью-Йорке, а также Дели, Бразилии и Претории – везде у общественного мнения есть право обратиться к своему правительству, которое должно вмешаться в политическом, экономическом и юридическом плане, чтобы изолировать убийц. На Европе и Франции лежит особая ответственность в силу их исторических связей, географической близости и культурных контактов с Сирией. Тем более что их голос имеет большой вес на международной арене.  

Клад Асадов погряз в убийствах и коррупции и готов пойти на любую крайность, чтобы сохранить собственные привилегии. Эти хищники остаются глухи ко всем увещеваниям сил добродетели. Заявления о «глубокой обеспокоенности» и призывы к «максимальной сдержанности» отскакивают как резиновые пули от укрепленных стен их особняков. В то же время все эти политики, генералы, банкиры и бизнесмены, которые связаны с захватившим всю страну семейством, уязвимы для ответных мер, бьющих по их кошельку. А в этой области никто ничего, увы, так и не предпринял.  

В двойном вето нет ничего удивительного

ООН, к сожалению, уперлась лбом в тупик по этому, как и по многим другим вопросам. В Совет Безопасности было внесено немало проектов (одни подчеркивали необходимость диалога, несмотря на то, что Асад отвечает каждое предложение усилением репрессий, другие грозили ему «точечными мерами», которые каждый раз менялись, хотя последствия промедления становятся трагичнее день ото дня), его членам так и не удалось договориться о принятии осуждающей режим резолюции. Двойное российско-китайское вето 5 октября стало чем-то вроде разрешения на убийство.

Россия Владимира Путина пытается сохранить за собой право использовать силу против ингушей и чеченцев, или даже на границах с Украиной и Грузией. Москва поставляет тяжелое оружие в Сирию и ревностно охраняет свою базу в Тартусе, единственную опорную точку в теплых морях.

Раздосадованный ливийским прецедентом Китай отклоняет все предложения, которые посягают на право диктатур давить на корню протестные движения и преследовать меньшинства, ведь он и сам не раз применял его против уйгуров и тибетцев. Москва и Пекин заигрывают с действующей властью в Дамаске в надежде разыграть собственные карты на Ближнем Востоке. Кроме того, их олигархии явно предпочитают иметь дело с деспотами, а не вести переговоры с непредсказуемыми республиками, которые в настоящий момент формируются в арабском мире. 

Отношение развивающихся государств понять сложнее. Индия, Бразилия и Южная Африка морщат нос при упоминании санкций, которые, по словам их представителей, служат инструментом для возомнивших себя вправе решать все мировые вопросы постоянных членам Совбеза. Больно видеть, как три эти великие демократии поворачиваются спиной к истории, прикрываясь колониальным прошлым. 

Тоталитарное восприятие


Такие реакционные (в худшем смысле этого слова) позиции заслуживают всеобщего порицания. В первую очередь, они противоречат «ответственности по защите» мирного населения, которая была торжественно провозглашена на саммите ООН в 2005 году. Она стала продолжением принятой в 1948 году Конвенции о предупреждении преступления геноцида, из которой следует, что суверенитет государства не может быть причиной для невмешательства международного сообщества в случае геноцида, военных преступлений или преступлений против человечности. 

Они подкрепляют тоталитарное видение мира, которое выразил Йозеф Геббельс в Лиге Наций в сентябре 1933 года: «Господа, угольщик хозяин у себя дома. Мы – суверенное государство […]. Мы делаем все, что хотим, с нашими социалистами, пацифистами и евреями, и не обязаны отчитываться перед человечеством или Лигой Наций». 

Кроме того, они создают препятствия на пути стремящихся к свободе и человеческому достоинству народов по всему средиземноморью, как будто жители региона недостаточно зрелы, чтобы самим решать свою судьбу, и навсегда обречены на страдания от жестоких диктаторов. Наконец, (это, наверное, самая серьезная проблема) под предлогом предотвращения развития вооруженного конфликта по ливийскому сценарию сторонники бездействия создают почву для самых опасных авантюр, какие только видел Ближний Восток.  

Опасность регионального взрыва


Если международное сообщество продолжит бездействовать, перед ним в полный рост встанут четыре безрадостных перспективы. Первая уже получила конкретное воплощение: эскалация террора, убийства мирных манифестантов, устранение умеренных политических деятелей и обстрел поддержавших мятеж городов. 

Вторая опасность набирает размах по мере того, как власть наращивает число провокаций, чтобы разозлить христиан, разжечь огонь ненависти между алавитами и суннитами, восстановить арабов против курдов. Другими словами, речь идет о столкновении общин и конфессий. Третий призрак поднимается над развалинами Растана: начало настоящей гражданской войны. Все большее число солдат и офицеров покидают армейские ряды, чтобы бороться с республиканской гвардией и 4-й бронетанковой дивизией, которая следует приказам прославившегося своей жестокостью брата президента Махера Асада.    

Некоторые столицы закрывают глаза на похожие трагические события, как было, например, в 1982 году, когда Хафез Асад уничтожил десятки тысяч мирных жителей в городе Хама. Но тут перед нами встает и четвертая угроза: возможность распространения конфликта. Если стратегия создания напряженности окончится провалом, сирийские спецслужбы могут попытаться дестабилизировать весь регион с помощью своих протеже и союзников. Израиль, Иран, Ливан, Турция и Ирак – топлива для конфликтов здесь более чем достаточно, и для всепоглощающего пожара хватит всего одной искры. 

Ужесточение санкций

Проявив завидную зрелось мысли, молодые люди из координационных комитетов до настоящего времени с успехом подавляли страстное желание отомстить, которое вызывает у людей произвол военных, полицейских и наемников. Тем не менее, несмотря на всю свою бдительность, сопротивлению, скорее всего, не удастся отразить все подлые удары затравленного режима. Предоставить его своей судьбе было бы верхом безрассудства.  

Большей части представителей демократической оппозиции (как внутри, так и за пределами страны) удалось объединиться, чтобы потребовать от международных инстанций использовать все законные меры для защиты сирийского народа от жестокости его руководства. Необходимо, чтобы Европейский Союз как можно скорее подал пример Организации объединенных наций, приняв решение о введении самых жестких санкций, которые он только в состоянии осуществить. Сейчас всем нам нужно как можно дальше расширить их спектр.

Заморозка финансовых активов и запрет на выдачу виз, которые в настоящий момент затрагивают менее 60 человек и 20 компаний, должны коснуться всех хоть как-то связанных с подконтрольными клану Асадов предприятиями физических и юридических лиц. В этот список также следует включить всех высокопоставленных чиновников в исполнительной власти, гражданских институтах и армии.   

Помимо эмбарго на углеводороды, оружие и поставки оборудования, которое может быть использовано для усиления репрессий, пришла пора оставить экспорт в Сирию не являющихся необходимыми для населения товаров и услуг, например, пользующихся большой популярностью среди элиты предметов роскоши. Напрашивается также и жесткое ограничение деятельности работающих в Европе сирийских предприятий, которые каким-то образом связаны с режимом. Кроме того, необходимо прекратить деятельность европейских кредитных организаций, которые сотрудничают с этим государством. 

Безнаказанность не пройдет

Если культурные связи с сирийскими деятелями искусства и интеллектуалами на неправительственном уровне должны усилиться, то официальные контакты с государственными учреждениям в подобных обстоятельствах кажутся чем-то недостойным. Так, на соглашение между Лувром и Национальном музеем Дамаска, подписанное с большой помпой Николя Саркози и Башаром Асадом в ноябре 2009 года, а также на франко-сирийское соглашение о культурном сотрудничестве (от февраля 2011 года) должен быть незамедлительно наложен мораторий. Безнаказанность больше не пройдет.

Совершены злодеяния, которые могут быть названными преступлениями против человечности: данный факт позволяет обратиться в Международный уголовный суд и санкционирует действия любых правоохранительных инстанций, подотчетных Интерполу. Кроме этого необходимо ввести ответные меры против сотрудников посольства, которые, как дипломаты в Париже, вносят свою лепту в гонения оппозиционеров.

Сирийский национальный совет должен сказать, примет ли он другие меры. Но Европа не должна ждать, пока ситуация ухудшится, чтобы помочь народу, находящемуся в опасности.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.