Несмотря на все прогнозы министра обороны Израиля Эхуда Барака, Башар Асад вряд ли уйдет со своего поста в течение «ближайших недель». «Режим сотрясают мятежи, но угрозы для него пока нет», - уверен работающий в Дамаске западный дипломат.

После десяти месяцев жестоких репрессий, в результате которых погибли более 5000 человек, власти до сих пор удается сохранять спокойствие в Дамаске и не допускать распространения революционных настроений на второй по величине город страны Халеб. Несмотря на то, что об этом не раз писали в прессе, личная гвардия Башара Асада, 4-я дивизия под командованием его брата Махера на самом деле еще не проводила операций в провинции: четыре ее подразделения занимают позиции вокруг Дамаска. Почему сирийский режим все еще держится?

Превратив ислам в своеобразное пугало, Асад все еще пользуется поддержкой меньшинств: алавитов (он сам принадлежит к их числу), христиан, друзов и курдов (около 25% населения), к которым также следует добавить верных сторонников партии Баас по всей стране (2,5 миллиона человек) и многочисленных предпринимателей из Дамаска и Халеба. Другими словами, речь идет о немногим менее 50% населения страны. Такие резервы могут позволить ему провести проект реформы Конституции, референдум по которому намечен на март этого года. «Однако сильнее всего нас беспокоит то, что все больше людей начинают опасаться хаоса, который может возникнуть после насильственного свержения власти», - говорит один из оказавшихся за границей оппозиционных деятелей. Тем более, что бушующая в Хомсе религиозная война между суннитами и алавитами не предвещает ничего хорошего.

После того, как в середине декабря Дамаску удалось (с помощью российских союзников) загнать в ловушку Лигу арабских государств, он взял под неусыпный контроль отправленную в страну первую миссию наблюдателей. Результаты ее работы вызывают сомнения во множестве стран, однако Лига не может отказаться от своей первой инициативы подобного рода, так как это нанесет непоправимый удар по ее имиджу. На этом, собственно, и строится сирийский расчет: режим пытается выиграть время до конца марта, когда его иракский союзник придет на смену катарскому противнику во главе Лиги арабских государств.

Кроме того, хотя Асад находится в изоляции в арабском мире и на международной арене, помимо российской поддержки в ООН у него есть и другие сильные карты, как считает упомянутый выше дипломат: «Несмотря принятый в ЛАГ протокол, отчет миссии наблюдателей передадут сирийским властям в конце января, то есть в тот момент, когда его будут рассматривать в Лиге. Таким образом, у Дамаска будет время, чтобы подготовить защиту». От Багдада до Бейрута, Алжира и Аммана многие столицы все еще не хотят вводить санкции против Сирии, в распоряжении которой есть иранский рынок для сбыта нефти (Европа отказывается ее покупать). Вообще, санкции бьют в первую очередь по предприятиям и их сотрудникам, а не лидерам режима, которые разместили свои капиталы в оффшорах задолго до принятых в их адрес карательных мер.

Клан Асада также пользуется разногласиями среди оппозиции, которую раздирают на части личные ссоры. Его противникам все еще не удается объединиться и обратиться к меньшинствам, чтобы успокоить их. «Два наших главных фиаско», - признает один из соратников председателя Сирийского национального совета (главная оппозиционная сила в стране) Бурхана Гальюна. В конце декабря, после нескольких месяцев бойкота Национального координационного комитета за демократические перемены Гальюн подписал в Каире с его лидером Хайтамом Манной соглашение о переходном процессе в Сирии. Тем не менее, несколько часов спустя множество близких к исламистскому движению членов СНС заставили Гальюна пойти на попятный.

По слухам, сегодня этот бывший студент Сорбонны рискует потерять кресло председателя Сирийского национального совета. Такая ситуация подрывает доверие к оппозиционерам среди населения, в том числе и уставших от всей этой грызни молодых революционеров. Многие люди, которые до сих пор не заняли определенной позиции, ждут от их представителей за границей выработки настоящей переходной программы на период после ухода Башара Асада. «Но мы все еще не в состоянии сделать это, разногласия слишком сильны, - признает Хайтам Манна. - Каждый раз, как мы подчеркиваем необходимость формирования правового государства, исламисты отвергают эту идею». Наконец, (пусть и осторожные) высказывания СНС в пользу интернационализации конфликта далеко не однозначно воспринимаются в Сирии. «Режим пользуется этим, чтобы заявить, что оппозиция находится под каблуком у иностранцев», - подчеркивает дипломат.

В условиях раскола в оппозиции некоторые опасаются, что Асаду удастся переманить на свою сторону противников, которые еще готовы пойти на компромисс. За последние недели режим отправил несколько эмиссаров в Дубай и Париж, чтобы предложить оппозиционерам сформировать правительство народного единства. «Я отказался, - рассказывает нам один из них. - Власть позволяет нам сформировать правительство, но хочет сохранить за собой министерства внутренних дел и обороны. Пока нынешняя система безопасности остается в силе, я не желаю быть ее заложником». За кулисами Москва продолжает активно работать, чтобы провести «йеменское решение», то есть, например, доверить организацию переходного периода вице-президенту сунниту Фаруку аль-Шараа при сохранении Башара Асада в кресле лидера до будущих выборов. Сирийский режим - «политический труп», но никто не знает, когда же он, наконец, рухнет.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.