Страны без естественных границ похожи на амеб. Столетиями они расширяются и сокращаются, сокращаются и опять расширяются.

Сейчас западный мир недоумевает, почему политика России в отношении Ирана выглядит такой сложной. Чтобы ответить на этот вопрос, нужно обратиться к истории четырехвековой давности.



При Иване Грозном Россия победила татар и начала расширяться на восток – в Сибирь – и на запад – к Каспийскому морю. Там она впервые столкнулась с Персией – предшественницей современного Ирана.

Первый персидский посол посетил Кремль четыре столетия назад – в 1592 году. В течение следующего столетия две империи – христианская и мусульманская – сосуществовали друг с другом, сохраняя настороженность.

Читайте также: ЕС запрещает импорт иранской нефти

Затем в 1722 году Россия вновь продвинулась на юг, начав первую из четырех своих успешных войн с Персией. В дальнейшем Россия упорно откусывала по кусочку от персидской центральноазиатской империи. В 1828 году по Туркманчайскому договору Россия получила контроль над Каспийским морем.

Одним из авторов этого договора стал новый российский посол в Персии Александр Грибоедов – остроумный и обворожительный поэт и драматург, только что прибывший от санкт-петербургского двора.

Однако недовольство, вызванное в Персии договором, выплеснулось наружу, когда из шахского гарема бежал евнух-армянин, а из гарема шахского зятя – две девушки-армянки. По условиям нового договора, армянам разрешался беспрепятственный выезд из Персии в контролируемую Россией Армению. Посол Грибоедов проявил принципиальность и взял беглецов под защиту.

На фоне того, что произошло дальше, захват американского посольства в Тегеране в 1979 году и происшедшее два месяца назад разграбление британского посольства выглядят безобидными вечеринками.

Толпа из тысяч взбунтовавшихся персов смела охранявших русское посольство казаков и перебила всех, кто в нем находился. Несколькими днями позже изуродованные останки евнуха были опознаны только по шраму на руке.

16-летняя жена Грибоедова Нина, узнав об участи своего мужа, была так потрясена, что с ней случился выкидыш, и она потеряла ребенка. Остаток жизни она отказывала всем, то к ней сватался. Сейчас большой, выше человеческого роста, памятник Грибоедову в Москве служит популярным местом для встреч молодежи. В Санкт-Петербурге имя Грибоедова носит живописный канал в историческом центре города.

Российское общество не забыло резню в посольстве, но Кремль, который удерживал контроль над Северным Ираном до 1946 года, она явно не испугала.

Еще по теме: Россия и Иран отказываются от доллара в двусторонних расчетах


В 1907 году, на фоне роста военной мощи Германии, Россия и Британия решили прекратить тратить силы на свою «Большую игру» на территории бывшей Персидской империи и подписали в Санкт-Петербурге Англо-русское соглашение, по условиям которого Персия была разделена на три зоны влияния – северную российскую, центральную нейтральную, управлявшуюся шахом, и южную британскую. Это позволило Британии разрабатывать нефтяные месторождения на юге Ирана и построить в Абадане нефтеперерабатывающий завод. Основанная в 1909 году Англо-персидская нефтяная компания со временем превратилась в то, что сейчас известно как BP.

Это разделение сохранялось до августа 1941 года, когда Британия и Советский Союз провели за три недели совместную военную кампанию, свергли прогерманского шаха и привели к власти его сына Мохаммеда Резу Пехлеви. В течение следующих пяти лет страну, которая к этому моменту уже стала называться Ираном вместо Персии, контролировали две иностранные державы.

 В начале 1946 года Британия вывела свои войска, однако Красная армия оставалась в Северном Иране и позже крайнего срока, установленного в 1943 году на Тегеранской конференции.

В это время как раз начиналась холодная война, и Сталин решил попытаться расширить контроль над севером Ирана, создав две марионеточные советские республики и подписав с Тегераном нефтяное соглашение, передававшее Советскому Союзу в собственность 51% нефтяных месторождений иранского севера. Однако вскоре после ухода Красной армии марионеточные республики рухнули. В конце 1947 года иранский парламент отказался ратифицировать нефтяное соглашение.

Еще по теме: За убийством иранских ученых-ядерщиков стоит ЦРУ


Помня обо всем этом, я с трудом заставлял себя не улыбаться, когда в среду сидел в новом комфортабельном пресс-центре российского Министерства иностранных дел и слушал, как министр Сергей Лавров рассуждает о «недопустимости» вмешательства во внутренние дела Ирана.



В данном случае подобный морализм в дипломатии может быть продиктован изменением реалий.

За последние шесть десятилетий доходы от торговли нефтью и растущее молодое население обеспечили Иран мощной военной машиной. Сейчас он, возможно, создает атомную бомбу.

Напротив, российская амеба сократилась. Население России уменьшается и мощь, которую может продемонстрировать Кремль сейчас, явно не достигает советского уровня.

На Каспийском море Москва теперь контролирует только примерно 20 % от 7000 километров береговой линии, причем половина этих 20% находится на территории Дагестана, в котором сейчас разворачивается наиболее бурное повстанческое движение на исламском юге России. Сейчас Москва больше не пытается дотянуться через Каспий до севера Ирана и дестабилизировать там остановку – напротив, она боится, что Иран дотянется через Каспий до юга России и дестабилизирует обстановку на нем.

В прошлом году арабская весна покончила с рядом связей, которые достались России в наследство от Советского Союза. Российское влияние в Средиземноморье фактически свелось к одной точке – к военно-морской базе в Тарсусе, на побережье Сирии. Сейчас Россия поддерживает сирийское правительство – своего последнего средиземноморского союзника. В этом месяце она направила в Сирию свой последний авианосец, а также новую партию патронов для сирийской армии. Однако над будущим Сирии по-прежнему висит большой знак вопроса.

Между тем российское общество совершенно не хочет втягиваться в военный конфликт – ни в Сирии, ни в Иране.

Еще по теме: Архивы. Из Ирана в Россию

В Средней Азии Россия громко говорит, но действует крайне осторожно. В июне 2010 года Роза Отунбаева, бывшая тогда президентом Киргизии, четыре раза публично просила Москву послать солдат, чтобы покончить с межэтническими столкновениями в Оше. Президент Дмитрий Медведев в ответ пообещал изучить этот вопрос.

Возможно, российская политическая система и авторитарна, однако Кремль внимательно прислушивается к обществу через разветвленную систему опросов общественного мнения.

Ослабленная армия, стареющее население, отсутствие общественной поддержки военных авантюр – ни Ивана Грозного, ни Иосифа Сталина - его новейшего аналога – такие вещи не беспокоили.

Таким образом, сейчас российская амеба сжимается, и нет оснований думать, что лидеры страны захотят связываться с Тегераном.