Перевод предоставлен изданием «Курсор» (Израиль)

Для того, чтобы выжить в наших политических джунглях, следует соблюдать несколько основных законов. Одним из самых важных является так называемый «закон катастроф», гласящий, что политик никогда не должен предотвращать грядущие катастрофы, даже если он убежден в том, что таковая может с нами произойти.

Он не будет пытаться предовратить грядущую катастрофу не потому, что является равнодушным или злым человеком, а потому что общественность не оценит его усилий. Политик знает: для того, чтобы предотвратить будущую катастрофу он должен уже сегодня спровоцировать небольшую кризисную ситуацию. Но как только он поступит подобным образом, общество обвинит его в неприятных результатах инициированного им кризиса. Его назовут неудачником и паникером, ему придется заплатить за свою попытку предотвратить беду политической карьерой и добрым именем. Никто не отблагодарит его за предотвращенную катастрофу – ведь она не случилась.

Прежде, чем я проанализирую иранскую ситуацию в контексте неписанного «закона катастроф», хочу привести два весьма характерных примера – один из экономической сферы, второй – из сферы безопасности. Оба примера доказывают действенность «закона катастроф». Экономический пример касается банковского кризиса 1983 года.

Уже в 1981 году Яаков Гадиш, исполнявший обязанности начальника бюджетного отдела министерства финансов, понял, что настало время прекратить спекулятивную регуляцию банковских акций и покончить с сомнительной финансовой пирамидой. Гадиш обратился к тогдашнему главе минфина Йораму Аридору и сказал тому, что следует незамедлительно прекратить спекуляции с акциями крупнейших банков, иначе этот колоссальный пузырь лопнет, ввергнув экономику страны в абсолютный хаос.

Читайте также: Нетаньяху не верит в мир с палестинцами

Аридор сказал своему подчиненному: «Хорошо, однако прежде ты должен заручиться согласием банкиров». Гадиш обратился к владельцам банков, но не получил их согласия. Он вернулся к Аридору и потребовал от него пойти на этот шаг в одностороннем порядке.

Однако Аридору эта идея не понравилась. Он прекрасно понимал, что такое «закон катастроф». Он знал, что если он своим распоряжением прекратит спекулятивную регуляцию банковских акций, банкиры и общественность обвинят его в собственноручном уничтожении курицы, несущей золотые яйца, якобы превращающей многих граждан в «состоятельных» людей. Никто не оценит его усилий по предотвращению финансовой катастрофы. И эта катастрофа разразилась – в 1983 году банковская система в Израиле рухнула.



Второй пример - из военной сферы. Речь идет о Войне Судного дня. Представим себе, что Голда Меир приняла бы спорное решение, отдав приказ ЦАХАЛу нанести превентивный удар по египетской и сирийской армиям в октябре 1973 года. В ту же минуту большая часть израильского общества (и весь мир) подвергли бы главу правительства уничтожающей критике, назвав ее поджигательницей войны – ведь противник «всего лишь проводил учения».

Голда была бы обвинена в том, что в истерическом припадке начала ненужную войну, в которой погибли несколько десятков солдат. Кто тогда был способен понять, что таким образом Голде Меир удалось бы предотвратить катастрофические последствия Войны Судного дня, в которой погибли 2569 израильтян?

Еще по теме: По данным WikiLeaks Россия передала Израилю коды от иранской ПВО

Ну а теперь поговорим о Биньямине Нетаньяху и Иране. Если Нетаньяху атакует Иран, он нарушит «закон катастроф», инициировав относительно небольшой военно-политический кризис с целью предотвратить большую беду в будущем. Можно предположить, что ракеты, которые, по всей видимости, будут в ходе военной операции выпущены по Тель-Авиву, не идут ни в какое сравнение с опасностью иранских ракет с ядерными боеголовками. Не говоря уже о существенном изменении стратегического баланса между Израилем и Сирией, Хизбаллой и ХАМАСом, которые будут чувствовать себя совершенно иначе под иранским ядерным зонтиком.

Все, кто утверждают, что невозможно предугадать, ликвидирует ли израильская атака на иранские объекты ядерный потенциал Исламской республики (к тому же нет никакой уверенности, что Иран нападет на Израиль, получив в свои руки атомную бомбу), а поэтому нет смысла действовать, не понимает, в чем заключается роль лидера государства. Вся его деятельность должна быть сосредоточена на составлении баланса рисков и шансов, связанных с наиболее сложными сценариями развития дел в обозримом будущем.

Если им становится ясно, что будущая катастрофа, ущерб от которой может быть колоссальным, возможна (даже с низкой вероятностью), они обязаны действовать немедленно. Иногда лидер обязан инициировать небольшую войну, чтобы избежать большой катастрофы в будущем. Именно в этом заключается его роль.

Читайте также: Барак провоцирует войну Израиля с Ираном


Легче всего запугивать граждан опасностями, связанными с израильской превентивной атакой, ни слова не говоря о том, какова может быть цена бездействия. Был ли, например, прав Эхуд Ольмерт, распорядившись (согласно зарубежным источникам) атаковать сирийский реактор? Ведь и он брал на себя колоссальный риск.

Все сказанное выше не означает, что Израиль должен атаковать Иран. Да и шансы на это невелики. Просто потому, что Нетаньяху прекрасно знаком с неписанным «законом катастроф», который не смеет нарушать ни один израильский лидер.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.