После победы Исламской революции и навязывания Ирану разрушительной войны с Ираком, закончившейся новым поражением империалистов, малочисленные западные страны изменили свой подход, перейдя от прямых военных действий к экономическим санкциям и мягкой войне. Эта война с Ираном началась после священной обороны в боевом противостоянии с Ираком и продолжается по сей день.  Она обнаруживает себя в мировоззренческой подготовке населения страны на долгую перспективу. Средства массовой информации являются благодатной почвой для этой войны, и поэтому они осознают свою большую ответственность. Учитывая важность СМИ в этой полномасштабной войне, специальный корреспондент газеты Javan взял интервью у одного из ведущих специалистов в этой области. Поделиться своими мыслями по этому вопросу любезно согласился Мохаммад Али Рамин, занимающий в прошлом и в настоящее время ряд ответственных постов в Иране и за его пределами, будучи генеральным секретарем Общества защиты мусульманских меньшинств на Западе, главой Мирового фонда «Холокост», сотрудником Союза «Исламский путь» в Европе, советником директора Организации телевидения и радиовещания Ирана,  членом научного совета университета «Пайаме Нур» и заместителем министра исламской ориентации по вопросам печати.

Javan: Как работали иранские средства массовой информации в период священной обороны?


Мохаммад Али Рамин: Во время навязанной войны с Ираком Иран находился в полной информационной изоляции от всего мира. Национальные СМИ старались изо всех сил донести до населения вести с фронтов, однако корреспонденты телеканалов, радиостанций и газет не обладали достаточным опытом для такого рода деятельности и даже были лишены необходимого оборудования. Иранские журналисты не могли даже делать нормальные репортажи о ходе войны, не говоря уже о том, чтобы мобилизовать общественное мнение в Иране и во всем мире и призвать, скажем, мусульман других стран защищать правду от лжи. Действительность такова, что самопожертвование воинов ислама было настолько велико, что они смогли сохранить Иран и отстоять завоевания Исламской революции. Их преданность имаму Хомейни помогала в войне с неприятелем, однако военное командование и политическое руководство внутри страны и на международной арене действовали вразрез желаниям имама и ослабляли мощь армии. Между политиками не было единства, поэтому выступления и позиция иранцев на международном уровне были настолько противоречивыми, что врагам ничего не стоило использовать это в свою пользу. Я припоминаю много случаев, когда политики поступали недостойно и тем самым наносили вред священной обороне. Хотя в то время меня не было в Иране, я прекрасно помню все события, связанные с войной. Поэтому в настоящее время не стоит излишне идеализировать работу иранских СМИ в период той навязанной войны. Журналисты тогда работали под строгим контролем и не имели свободы действий. Они сами строго следили за тем, чтобы не сказать в эфире чего-то лишнего и тем самым не оказаться пособниками врагов. Политическая обстановка в стране была закрытой, подчиняясь требованиям войны.

- Сейчас мы видим, что СМИ работают слабо. С чем это связано?


- Теперь все обстоит совершенно иначе. Тогда иранские средства массовой информации были ограничены, но мы знали нашего врага в лицо. Нам наносился фактический урон, гибли конкретные люди. и их смерть оставляла тяжелый отпечаток в сердцах других. Однако сейчас на смену обычной войне пришла мягкая, и ее влияние менее ощутимо. Враг невидим. Если вы сейчас спросите у простых иранцев или политиков, каким они представляют себе противника, в лучшем случае они перечислят вам около десяти признаков, но и они не позволят нам узнать его в лицо. Поскольку отсутствует какое-либо определение врага, его роль начинают играть некоторые члены общества, правящего режима и СМИ, но сами они этого не понимают. Вся сложность состоит в этом. Почему имам Хаменеи должен делать предупреждения сайтами и печатным органам? Разве в этом состоят его обязанности? Где же его заместители по вопросам печати? Когда нет четких границ, трудно разобрать, кто свой и кто враг. Поэтому в этой неразберихе мы видим, что некоторые силы занимают позиции врага и начинают действовать вместо него. Почему? Потому что отсутствует конкретная граница, которая отделяет свой фронт от вражеского.

Мы видим, как наши политики приносятся в жертву, культурный потенциал расходуется впустую и никто никому не помогает. Ситуация настолько запутана, что прежде всего надо расставить все по своим местам и провести четкие линии, чтобы узнать, кто наш враг и кто наш друг. Наши друзья те, кто поддерживает концепцию «велаяте факих», то есть верховного правления мусульманского богослова, чтит нашу Конституцию и отдает дань памяти нашим погибшим героям, а не те, кто поступает в угоду нашим желаниям. Эту мысль следует растолковывать, чтобы каждый орган информации не только не совершал преступления, но и выполнял свой долг, который состоит в том, чтобы разоблачать врага и разъяснять народу идеи Духовного лидера, наместника последнего скрытого имама. Пока этого не произойдет, мы обречены ломать голову над тем, что считать преступлением. Является ли ваша деятельность законной с точки зрения человеческих ценностей? Подчиняется ли этим правилам ваш сайт, новостное агентство или газета? Находится ли этот вопрос в вашей компетенции? Об этом никто никого не спрашивает.

- Сейчас в ходе этой мягкой войны средства массовой информации могут играть ключевую роль. На чем следует сосредоточиться и как справится с этой непростой задачей?


- Прежде всего сами журналисты должны глубоко вникнуть в высокие идеалы, содержащиеся в Конституции Исламской республики Иран и религиозных лозунгах системы имамата. Вслед за этим следует осознать принципы подачи информации в исламе, потому что надо отдавать себе отчет в том, какие мораль, риторика и методы берутся на вооружение. Является ли высоким принципом афиширование тайн других людей? По Корану, распространение непристойной информации – великий грех. Сейчас принято публиковать все подряд – правду и ложь, хорошее и плохое – и этим еще гордятся. Возможно, публикация того или иного сообщения и разрешена законом, но недопустима традицией и исламом и тогда его не следует разглашать. Журналистам также следует уяснить себе, к кому относятся те идеалы и принципы, которые они берутся отстаивать. Враг – это тот, кто препятствует нашим идеалам. Обязанностями средств массовой информации является опознать врага, найти его слабые стороны и даже противоречия. Меня удивляет, что наши СМИ не занимаются разоблачением противоречий и тайн врагов.

- Мы знаем, что на Организацию телевидения и радиовещания Ирана накладывают санкции и запрещают трансляцию некоторых иранских каналов на другие страны. Не было бы лучше создать на Западе некий небольшой информационный анклав, чтобы продолжать работу в таких сложных условиях?


- Когда у какого-либо информационного органа главным источником новостей являются иностранные ресурсы, то и сам этот орган может считаться иностранным. Если наши новости, аналитика и общественные деятели находятся под влиянием, народ будет думать и поступать точно так же. Сейчас большинство современных художественных фильмов и сериалов, транслируемых на нашем телевидении, снимаются на Западе или в Иране, но на западный манер. Тогда будет ли нанесен ущерб исламу и мусульманам, если решать закрыть Организацию телевидения и радиовещания?

- Западные государства и наши враги постоянно угрожают нам санкциями. Что нам следует делать, чтобы поддерживать связь с мировым общественным мнением?

- Исламская революция с самого начала не была чисто иранской. Она была задумана как глобальный процесс. По этой причине она оказала воздействие на значительную часть людей во всем мире, заставила задуматься угнетенных и вселила надежду и стимул в мусульманскую общественность. В противостоянии этому мировому движению врагу удалось ограничить его частными вопросами, придав национальный оттенок. В наши дни из-за некоторого своего легкомыслия мы лишаемся части активных регионов, появившихся в течение последних нескольких лет, но если наши политики будут придерживаться глобального исламского взгляда, они непременно добьются мирового влияния. Один из главных наших просчетов за эти тридцать с небольшим лет после победы революции состоит в том, что заграничные представительства Исламской республики Иран (посольства, культурные представительства и даже исламские центры) были не столь успешны в мобилизации сил, примкнувших к идеям исламской революции и разделяющих взгляды «велаяте факих», а таких сил во всем мире огромное множество. У наших сторонников в других странах большой авторитет. Если бы представители Исламской республики уделили им хотя бы небольшое внимание, они бы могли содействовать реализации наших исламско-революционных целей. Дело в том, что мусульмане в других странах, и особенно бедные слои населения, не считают иранское правительство чисто национальным, замкнутом на решении только внутренних задач. Для них Исламская республика ассоциируется с понятием мусульманской общины, имамата и защиты угнетенных и поэтому обладает истинным авторитетом.

Мы не можем ради своих высоких целей призвать к борьбе мусульман и угнетенных всего мира, пользуясь только узкими национальными требованиями. Однако, придерживаясь глобального исламского взгляда и содействуя угнетенным гражданам всего мира, мы сможем сделать их своими заступниками в моменты опасности или когда враг угрожает нам новыми санкциями.

Все прошедшие годы наши органы информации придерживались, в основном, сугубо национальных интересов и сейчас, когда мы оказались в полной блокаде, они считают себя огражденными от всего мира. Это мнение ошибочно. Сейчас еще не поздно вновь вернуться к глобальному исламскому взгляду и использовать весь его потенциал.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.