Пока некоторые страны Ближнего Востока переживают острые внутренние проблемы и искусственно созданные кризисы, наподобие йеменского, ряд арабских государств, в частности Саудовская Аравия, активно претворяют в жизнь план по созданию общей арабской армии. В какой степени этот проект может воплотиться на практике?

В последние месяцы формирование общей арабской армии стало очередной навязчивой идеей некоторых региональных лидеров, которые теперь занимаются решением возникших перед ними трудностей.

Эта идея появилась довольно давно, еще в период правления президента Египта Гамаля Абделя Насера (Gamal Abdel Nasser) в 1956 — 1970 годах. К своей практической стадии она подошла в ходе объединения этой страны с Сирией и весьма серьезно обсуждалась в ходе войны в Персидском заливе в начале девяностых годов, однако ввиду условий, существовавших в то время, и объективных реалий Ближнего Востока эта идея так и не была воплощена в жизнь.

Сейчас многие арабские страны, существующие всего лишь несколько десятков лет, находятся в крайне тяжелой ситуации. Тем не менее идея о создании общей армии вновь стала раз за разом звучать на их совместных консультациях. Осенью 2014 года некоторые средства массовой информации сообщили о встрече представителей Саудовской Аравии, Египта, Кувейта и Объединенных Арабских Эмиратов, целью которой была подготовка к созданию некой постоянной военной коалиции или своего рода общей армии.

На совещании, прошедшем в середине весны нынешнего года в египетском Шарм-эш-Шейхе, лидеры Лиги арабских государств подчеркнули, что действительно обсуждали вопрос о формировании общих военных сил. Они также постановили, что 24 мая командование Объединенного армейского штаба государств-членов ЛАГ представит проект резолюции о создании арабской армии. По словам официальных представителей Лиги арабских государств, эта армия должна пресечь распространение деятельности экстремистских группировок на Ближнем Востоке.

Вопреки этому официальному сообщению данная мера направлена не против основных очагов экстремизма и терроризма на Ближнем Востоке и такфиристских группировок, которые представляют основную угрозу безопасности в регионе и являются марионетками некоторых радикальных государств вместе с Америкой. Истинная подоплека этого решения заключается в стремлении направить острие арабской армии против Исламской Республики Иран и некоторых политических групп, близких к Тегерану, в частности «Хезболлы» и ХАМАС.

Принимая во внимание данное обстоятельство, необходимо выделить несколько важных моментов.

Девочка на митинге «Хезболлы» в Бейруте против саудовских авиаударов по Сане


Во-первых, объединенные вооруженные силы арабских государств представляют собой проект, авторы и сторонники которого имеют различные и подчас даже противоположные интересы. Саудовская Аравия, которая вместе с некоторыми арабскими странами Персидского залива уже несколько месяцев втянута в йеменский кризис и атаки на эту страну, добивается как можно большей легитимности и получения своего рода мандата на возможные акты агрессии в будущем, чтобы иметь возможность моментально подавлять народные движения в регионе и устранять угрозу собственным патриархальным интересам. Руководство Египта, в котором политические элиты до сих пор продолжают противостоять друг другу, активно поддерживает любую внешнюю авантюру, чтобы отвлечь собственных граждан от решения внутренних проблем. К тому же эта страна наряду с некоторыми другими слабыми арабскими государствами не прочь, разумеется, воспользоваться образовавшейся таким образом возможностью использовать финансовую помощь саудитов.

Многие арабские страны, армии которых не в состоянии и несколько дней выдержать натиск вооруженных сил региональных держав, даже используют наемников, не являющихся этническими арабами. Для них идея создания механизма коллективной безопасности и групповой обороны — того, что уже воплотилось в Североатлантическом Альянсе — означает возможность спрятаться за спиной саудитов, поэтому они и готовы дать свое согласие на создание единой армии.

Между тем американцы, которые при президенте Бараке Обаме открыто выступили за отказ от участия в ближневосточных конфликтах и «перевод центра тяжести» на решение проблем в Азии, поддержали идею создания арабской армии, чтобы таким образом сократить свои обязательства по обеспечению безопасности собственных союзников в регионе.

Во-вторых, вопреки ожиданию некоторых наблюдателей, боевая мощь создаваемой армии, основу которой формируют саудиты, не только не пугает сионистов, но и вызывает у них чувство удовлетворения. Пока главы арабских государств заседали в Египте и подчеркивали необходимость формирования совместной армии, израильская газета Haaretz написала, что это решение не вызывает у Тель-Авива никакой тревоги, а напротив облегчает его задачу, потому как оно мешает усилению иранского влияния в регионе, ведь арабские страны будут вынуждены принимать во внимание принципы безопасности Израиля. Таким образом получается, что хотя никто и не приглашал израильтян принять участие в создании арабской армии, они внесут в этот проект большую лепту.

Учитывая все эти реалии, формирование арабской армии можно считать одним из важнейших признаков того, что у Саудовской Аравии и Израиля есть общий интерес: противостоять росту региональной мощи Исламской Республики Иран. И это при том, что сионисты продолжают оккупировать важную часть арабских земель. А какие практические или хотя бы рассчитанные на публику меры были предприняты в связи с этим в последние годы? Никакие.

В-третьих, по мнению многих специалистов по вопросам Ближнего Востока и арабских стран, пусть наличие единой армии и создаст некоторые благоприятные условия в плане сотрудничества в области безопасности, оно также с самого начала поставит перед участниками данного проекта массу трудностей. Одна из них заключается в самой сути этой инициативы, потому как до сих пор остается неясным, будет ли участие вооруженных сил отдельных арабских стран добровольным — или же обязательным. И вообще — для отражения какой угрозы арабы реализуют такой проект, и на основании какой законодательной базы? Еще один важный вопрос касается того, кто будет руководить этими силами. В условиях, когда главы таких стран, как Саудовская Аравия и Египет, преследуют в этом проекте разные цели, они не согласятся так просто передать командование другой стороне. К тому же некоторые государства, к примеру Ирак или Катар, у которых своя собственная точка зрения на некоторые процессы, вряд ли смогут договориться с саудитами.

В-четвертых, даже если мы закроем глаза на все упомянутые трудности, которые не раз практически проявляли себя, когда Лиге арабских государств нужно было принимать какие-то решения, дееспособная армия, объединяющая вооруженные силы всех арабских стран, является всего лишь сладкой мечтой. Вот уже несколько месяцев коалиция десяти арабских государств под единоличным предводительство саудитов предпринимает авиационные атаки на территорию Йемена и тем самым как бы воплощает собой объединенную армию. Однако до сих пор этой коалиции так и не удалось уничтожить оппозиционное йеменское движение «Ансарулла».

Не следует также забывать и о том, что пик военной интеграции и взаимопомощи арабских государств пришелся на период арабо-израильских войн в 1948, 1956, 1967 и 1973 годах, а также на время войны, навязанной Исламской Республике Иран в 1980 — 1988 годах. Тем не менее даже тогда мобилизация сразу нескольких государств не помогла арабам добиться поставленных целей.

Помимо этого, «Щит полуострова» (объединенный воинский контингент стран-участниц Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива), который уже несколько лет представляет собой армию этой организации и на создание которого потребовались колоссальные финансовые средства, проявил себя только при подавлении народного восстания в Бахрейне, а вся его обычная деятельность сводится лишь к проведению ежегодных военных учений. Объединенные армии Саудовской Аравии и пяти других арабских государств Персидского залива объединяет между собой куда больше факторов, нежели когда речь идет о других членах ЛАГ. Также эти армии располагают большим опытом, подготовкой и вооружением, если сравнивать их с гипотетически возможной объединенной арабской армией. И тут встает следующий вопрос: разве арабские страны Персидского залива когда-то продемонстрировали такую боевую мощь, чтобы и другим захотелось сделать нечто подобное?

Более того, отсутствие боевого духа, продолжение затянувшихся региональных кризисов, наподобие йеменского, внутренние проблемы, ставшие после событий «арабской весны» лишь еще глубже, и страх перед реальными угрозами, такими как усиление активности террористических группировок «Аль-Каида», ИГИЛ и «Джабхат Ан-Нусра», сводят на нет всю браваду организаторов так называемой единой арабской армии.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.