В прошлом году на выборах в Европарламент (ЕП) в список «За права человека в единой Латвии» (ЗАПЧЕЛ) кандидатом был включен политик итальянского происхождения Джульетто Кьеза. Он не был избран, однако большая часть избирателей ЗАПЧЕЛ поверили ервопарламентарию Кьезе, что он в Брюсселе сможет защищать, в том числе и интересы живущих в Латвии. Кьеза согласился ответить на вопросы Neatkarīgā Rīta Avīze.

 

- Как вы расцениваете завоеванное вами второе место на выборах в ЕП – как успех или как неудачу?

 

- Думаю, что это был хороший результат. В свое время, когда Татьяна Жданок предложила включить мое имя в предвыборный список, она сказала, чтобы на большие успехи я не надеялся. Я осознавал это хорошо. Считал, что больших надежд нет, поэтому концентрировался только на участии в собраниях избирателей, и результат был неожиданно хорошим.


- В России многие говорят, что в Латвии царит русофобия. Каков ваш опыт из встреч с избирателями, является ли русофобия и ксенофобия большой угрозой в Латвии?

 

- Русофобия в Латвии есть, но мое мнение таково, что большинство жителей так не думают. По-моему, в правящей элите есть люди, которые специально работают, чтобы разжигать страсти. Думаю, что это самоубийственная политика. Россия была и останется соседним с Латвией государством. Россия – это гигант с огромными экономическими возможностями. Полностью отделить Латвию и Балтию от России, вбив клин между этими государствами, глупо. Это также не соответствует европейскому духу. Это Латвии надо было понять уже после вступления в ЕС. На выборах в ЕП мой лозунг был: «За демократическую Латвию – в Европе». Моя мысль во время участия в выборах заключалась в том, чтобы попытаться говорить с совершенно далекими людьми, как с итальянцами. И я понял, что нет различий между людьми в Латвии и Италии. Это значит, что Европа - реальность.

 

О своих впечатлениях я рассказывал и в других местах Латвии. На собраниях по выборам в ЕП я говорил по-русски, потому что не понимаю латышского языка, и не могу жаловаться на отношение ко мне.

 

- Может быть, вас воспринимали, как итальянца, который хорошо говорит по-русски?

 

- Думаю, что большинство меня воспринимало как друга русского меньшинства Латвии. По-моему, у большинства жителей Латвии современное, европейское понимание этих вопросов, в особенности у молодого поколения. Я понимаю боль и обиды старшего поколения, которые они пережили. У старшего поколения есть объективные причины быть таким. Известные политические группы использовали Балтию, в особенности Латвию и Эстонию, как козырь, карту в политическом противодействии России. Это особо можно было видеть в Европейском парламенте. Как латышские депутаты ведут себя в Европейском парламенте? Ваши депутаты непрерывно и систематически разжигали страсти.

 

Есть депутаты, которые чувствуют ответственность за государство и народ, который их избрал, но есть люди, которые ведут себя в ЕП не соответствующе европейскому духу. Как только вопросы касаются энергетики, когда рассматривались вопросы отношений ЕС и России, группа латвийских депутатов делала все, чтобы дискуссии стали деструктивными. Они сразу же начинали полемику по вопросам прав человека в России. Как бы там ни было, но Латвии, где у 370 000 человек нет права избирать, не следует быть той, кто что-то может указывать России за несоблюдение прав человека. Я видел, как латвийские депутаты вели себя во время югоосетинской войны России и Грузии. Они рассказывали абсолютную ложь, что Россия напала на Грузию. Эти избранные люди были не на уровне и выполняли сформулированные другими политические и стратегические задания. Есть силы, которым выгодно, что Европа конфликтует с Россией, только такие действия не в интересах ни ЕС, ни Латвии.

 

- Ощущался ли в Италии интерес к тому, что итальянец выступает кандидатом на выборах в ЕП от Латвии?

 

- Да, это было впервые, когда кто-то из Италии выступал кандидатом от Латвии. Между прочим – если бы кто-то из Латвии был кандидатом от Италии, это тоже было бы впервые, потому что таких случаев еще не было. Поэтому в Италии был большой интерес. Несколько раз я выступал на различных итальянских телеканалах, были даже газеты, опубликовавшие мое фото с предвыборного плаката, на котором я был виден с Татьяной Жданок, и который был размещен на улицах Риги. Для меня было большим сюрпризом, когда я узнал, что фактически никто из итальянских журналистов не знает о ситуации в Латвии. Когда я рассказывал, что в Латвии у 370 000 человек нет права голоса, для всех это было большим сюрпризом. Я говорил итальянским СМИ, что я выдвинул свою кандидатуру, потому что я, итальянец, могу баллотироваться, а тысячи человек, которые всю жизнь прожили в Латвии, не могут ни баллотироваться, ни голосовать. Тогда журналисты начинали думать. Помню дебаты на итальянском TV7. Почти никто в Италии не знал – и это тоже меня очень удивило, - что в Латвии такое большое русское меньшинство. И в ЕП ничтожен удельный вес тех депутатов, которые об этом информированы, разумеется, за исключением тех, кому приходилось напрямую соприкасаться с этим вопросом. Информационный уровень о Латвии очень низкий. Это тоже объясняет то, почему вопрос неграждан так долго не решается, и почему нет давления со стороны структур ЕС, чтобы устранить такую ситуацию.

 

- Если обстоит так плохо, то почему Латвия принята в Европейский союз?

 

- Когда началась дискуссия о вступлении Турции в ЕС, те, кто был против, подчеркивали, что отношение Турции к меньшинствам не соответствует Копенгагенским критериям. Я в этом не сомневаюсь – Турция не соответствует. Однако Копенгагенские критерии не соблюдаются ни в Латвии, ни в Эстонии. Латвийский закон о гражданстве не соответствует этим критериям. Как получилось, что Латвию и Эстонию вообще приняли в ЕС? Мой ответ прост. Тогда была установка Великобритании и Вашингтона, что эти государства надо принять в ЕС, потому что Великобритания и Вашингтон знали и рассчитывали, что эти государства будут торпедировать политику ЕС в отношениях с Россией. Так и произошло. Именно лобби Польши, Латвии и Эстонии отличаются реализацией такой политики.


- Вы широко известны как критик глобализации. Перед экономическим кризисом, пока большинство журналистов и комментаторов публиковали радужные прогнозы или молчали, вы не молчали. Ваши прогнозы исполнились?

 

- Да, именно поэтому я достаточно популярен в Италии, потому что мои читатели помнят, что я писал до кризиса. Я честно выполняю свою работу и горжусь своим журналистским исследованием о глобализации и ее влиянии. Одна из задач средств массовой информации – информировать людей не только о том, что произошло или что происходит, но, прежде всего, о том, что произойдет в будущем, к чему людям готовиться. Используя медицинскую терминологию – людей нужно информационно вакцинировать. Кризис тяжелый, но кризис только начался, и если миллионы людей поймут, какие перемены нас ожидают в ближайшие годы, то они лучше обезопасят себя от последствий этих перемен. К сожалению, СМИ во всем мире, даже в России, этого не делают.

 

Есть то, что называют главным информационным потоком, и там рассказывают, что кризис уже закончился, что ситуация нормализуется. Это неправильный подход, потому что это вводит людей в заблуждение. Я убежден, что сейчас мы видим только начало кризиса. Более того, мы видим начало совсем другого – исторического – кризиса. Начался кризис, у которого нет прецедента. Человечество впервые находится в фазе, когда прежняя модель развития больше не может продолжаться. Поскольку просто все объемы потребления человечества достигли максимально возможного уровня. Максимальный уровень достигнут, и дальнейшее экономическое развитие невозможно. Мы достигли максимально возможного уровня потребления энергии, максимально возможного уровня потребления продовольствия, максимально возможного уровня потребления пресной воды и т.п. Максимальный предел близок и в других сферах. Мы живем иллюзиями, что экономический рост будет продолжаться бесконечно. Но ресурсы нашей планеты ограничены. Если ресурсы ограничены, то невозможен бесконечный рост. Объем ресурсов имеет предел, поэтому, когда ресурсы будут исчерпаны, остановится и рост.

 

В прошлом году, когда кризис только начался, сразу расцвела широкая критика глобальной системы, в особенности критика правой экономической политики. Критика прозвучала, но никакой левой альтернативы не появилось. И левая альтернатива не нужна. Почему нет левой альтернативы? Иллюзия о бесконечном прогрессе и развитии была общей и у левых, и у правых. Даже в марксизме, в работах Маркса не рассматривается вопрос о лимитах развития. Однако будет достигнута определенная фаза развития, когда ресурсы будут исчерпаны, и рост должен будет остановиться, и это определят не политические решения, а естественные причины, законы физики, биологии и химии. По сути, мы уничтожаем планету, поэтому не может быть левой альтернативы. Человечество дошло до рубежа и дальше идти некуда, поскольку иначе трагедия затронет миллиарды человек. Мы на точке, когда надо менять цивилизацию - и не влево или вправо, а разум нужно противопоставить неразумности.  Планете нужна не правая или левая, а вертикальная альтернатива. Значит, особо важна роль средств массовой информации, потому что надо помочь людям понять ситуацию.

 

Мир иллюзий, в котором жило большинство людей, - это вина СМИ. В последние 50 лет прославлялся культ потребления. Создано общество потребителей. На Западе сформировалось не гражданское, а потребительское общество. Обществу надо только потреблять и потреблять. Осталось два идола – деньги и потребление. В большой мере причина наших проблем в том, что человечество изобрело инструмент, который не функционирует и никогда не будет функционировать по законам природы. Наша цивилизация изобрела деньги, но деньги можно репродуцировать бесконечно. В реальном мире все лимитировано: вес Земли ограничен, объем атмосферы ограничен. Везде свои лимиты. Однако деньги – это инструмент, который можно увеличивать бесконечно. Деньги стали инструментом, при помощи которого можно проводить любые преобразования, работы, накапливать и тратить, и это создало иллюзию, что рост будет бесконечным.

 

Я в ЕП в течение последних полутора лет в основном занимаюсь изменениями климата. Создана специальная комиссия, мы обобщили ужасающую информацию. Нам осталось 15 лет. Решения нужно принимать в масштабах всей планеты, и мне страшно, что лидеры крупных государств их не смогут так просто принять, потому что их подданные в США, Китае и всюду живут в мире иллюзий, не зная о реальности. Возможно, Обама понял, но что он может предпринять, если миллионы американцев будут противиться переменам? Скажите миллионам американцев, что они больше никогда не будут жить так хорошо, как сейчас. Никогда! Что тогда Обама сможет сделать? По-моему, все же надо сказать правду всем. Надо сказать: «Люди! Мы жили выше возможностей наших ресурсов, а теперь ресурсы иссякают. Нам теперь осталось 15-20 лет, чтобы остановить процесс и повернуть движение развития цивилизации. Если этого не произойдет, катастрофа станет неуправляемой! В свое время, в 70-е годы 20-го века, Римский клуб разработал модель развития.

 

- Во времена СССР обзоры Римского клуба печатались даже по-латышски.

 

- Римский клуб в 2002 году в США и в 2005 году в Италии выпустил новую книгу «Лимиты развития». Прогнозы Римского клуба исполнились. Теперь они дополнены девятью сценариями развития. К сожалению, у всех них катастрофические последствия. Разница между сценариями только в количестве жертв – несколько миллиардов человек, или только сотни миллионов. Послание Римского клуба: если мировые лидеры начнут перемены сейчас, катастрофа закончится несколькими миллионами жертв. Если не начать перемены сейчас и потерять время, то исполнится девятый сценарий с несколькими миллиардами жертв. Нет выбора – с катастрофой или без катастрофы. Выбор между катастрофами – маленькой, средней или большой. Значит, мы должны предупредить миллионы человек, чтобы они начали готовиться к абсолютно другой системе цивилизации.

 

- Вы высказали эти предупреждения Латвии, встречаясь с избирателями?

 

- Да, все, что я сейчас рассказал, я пояснял также своим избирателям в Латвии. Это проблемы Европы и мира. Позитивно то, что к этим вызовам Европа может готовиться вместе. Европа – это реальность и реальная сила.

 

Перевод: Лариса Дереча